Поиск по этому блогу

Загрузка...

Два года с начала весны (Перепост)

Мордехай Кейдар

Арабская весна - это не только снежный ком, начавшийся с поджегшего себя тунисского зеленщика, покатившийся дальше благодаря волне народного протеста и набравший скорость так, что стал похож на обвал. За кулисами стоит эмират Катар. Именно он, а не Запад или Израиль - постоянный обвиняемый - привел к падению ряда арабских режимов.

Мохаммед Буазизи - зеленщик, поджегший себя в декабре 2010г. в тунисском городке Сиди Бузиде, не смог преодолеть гнев и отчаяние от того, что тунисская полицейская наложила на него штраф за торговлю в неположенном месте, конфисковала его тележку для продажи овощей, а когда он стал возмущаться - влепила ему пощечину. Его отчаянный поступок увлек за собой арабские массы в Тунисе и других странах, поскольку символизировал и их отчаяние: и им осточертели режимы, не дающие им прокормиться, тираны, задействующие службы безопасности против своего народа, ограничивающие простого гражданина.
Не эти массы, возможно, не предприняли таких действий вследствие поступка Буазизи, каким бы потрясающим он ни был, если бы не получили моральное поощрение и реальную помощь в их борьбе.

В течение последних двух лет Катар был по уши замешан в финансировании народного брожения. Он также участвовал в посылке различной помощи в Ливию и Сирию и продолжает делать это. Катарский телеканал аль-Джазира раздувает проблемы в арабских странах и разжигает их посредством призывов к демократии, правам человека, свободе выражения.

Таким образом, сотрясение в арабском мире, в сущности, является следствием ужасного положения, созданного тираническими режимами, но и воспламенения атмосферы каналом аль-Джазира. Мохаммед Буазизи был символом.

Сам Катар далек от демократии, как восток от запада: в начале декабря катарский суд приговорил к пожизненному заключению 36-летнего поэта Мохаммеда Бин а-Диба аль-Аджами. Тот восхвалял революции в арабском мире, но при этом критиковал катарского эмира. Более того, он призывал к революции в Катаре, хоть знал, что ему угрожает за это смертная казнь.

Если эмир не помилует аль-Аджами, то вызовет резкую критику в арабском мире. Но, повидимому, он не обратит внимание на критику, и продолжит поощрять "братьев-мусульман" захватывать власть в остальных арабских странах в то время, как он занимается затыканием ртов на своем заднем дворе.

Через 2 года после начала в арабском мире встряски, получившей название "арабская весна", полная вырисовывающаядя картина не вызывает оптимизма. Есть еще государства, в которым режим стоит на куриных ножках, и, возможно, что волна покатится туда. Но если посмотреть на судьбу тех стран, где власть уже пала, то есть шанс того, что это падение от плохого к худшему.

Египет: ожидаемый провал

25 января исполнится 2 года с начала волнений в Египте. Достижения "революции" многочисленны и значительны: коррумпированный диктатор Мубарак находится в тюрьме; главы режима выброшены с позором, часть из них - в тюрьму; "братья-мусульмане" победили на президентских выборах и получили половину мест в парламенте; армия была вынуждена подровняться под линию, диктуемую президентом-исламистом, и даже президент США воспринимает власть "братьев-мусульман" как свершившийся факт.

Но положение в Египте сложно и неопределенно в нескольких плоскостях: молодежь революции, либералы, светские, образованные и безработные, своими телами сбросившие Мубарака и заплатившие кровавую цену на демонстрациях против него, - обнаружили, что революция украдена у них. В самых кошмарных снах они не предвидели, что гражданская революция превратится в исламскую. Девушки в джинсах и майках, выходившие на демонстрации на площадь Тахрир ("площадь Освобождения"), не ожидали, что в результате революции на четверти мест в парламенте усядутся представители салафистских движений, которые верят, что "самый лучший хиджаб для женщины - это ее дом".

Но политические разочарования, какими бы большими они ни были, ничтожны по сравнению с разочарованиями в области экономики. И в Египте остался на местах почти весь административный аппарат, полный скрытой безработицы, лишними чиновниками, запутанной бюрократией, кумовством и приближенными. Шансы, что они поведут страну к развитию и расцвету, не выше, чем во времена Мубарака.

Прекратился туризм, кормивший при Мубараке миллионы египтян. С туризмом исчез важный источник пропитания многих из тех, кто сейчас живут гораздо ниже уровня бедности, который и так низок в Египте. Иностранные миллионеры уже два года воздерживаются от вложениы капиталов в стране из-за нестабильной ситуации, им не ясно увидят ли они прибыль от вложенных денег или они уйдут в песок. Отсутствие капиталовложений плохо влияет на создание новых рабочих мест для множества египтян, достигающих возраста, когда они должны начать работать, создать семью и кормить ее.

Множество выпускников университетов становятся безработными из-за тяжелой ситуации с трудоустройством и являются социальным взрывчатым веществом. Средний возраст вступления в брак растет и уже превысил 30-летнюю отметку, потому что создание семьи превратилось в немыслимую экономическую задачу для большинства молодых, и достаточно этого факта, чтобы вытащить их на улицы выпустить гнев против символов власти, гос.учреждений и полицейских участков.

Новая конституция дает большие полномочия президенту за счет других ветвей власти - в первую очередь парламента - от этой конституции идет резкий запах диктатуры. Многие, в том числе религиозные крестьяне, спрашивают: не для этого ли "братья-мусульмане" рвались к власти?

Деятельность избранного год назад парламента заморожена постановлением суда, и президент не спешит возобновить работу парламента. Он не хочет отвечать на трудные вопросы, которые могут быть заданы ему парламентариями. Он не заинтересован в парламенте, который может принять неугодный ему бюджет. И вообще столкновение президента с определенной политической, культурной и социальной повесткой дня с парламентом, в котором представлены различные, в том числе противоположные тенденции, не является рецептом политической устойчивости, а будет дорогой в тупик, где обе стороны идут в обнимку, старясь вонзить друг другу нож в спину.

Через 2 года после начала встряски в Египте эта страна выглядит как плохонькая телега, привязанная в нескольким крепким коням, тянущим ее в разные стороны: президент, конституционная комиссия, члены парламента, армия, всегда временное правительство, светская улица, религиозная улица, салафисты, сторонники Мубарака.

Прогноз на будущее не выглядит розовым, ведь властно-конституционный тупик влияет на и без того разрушающуюся экономику, а борьба за культурный имидж Египта часто выливается в уличные беспорядки, что влечет полицейское насилие, поднимающее общественный гнев до уровней времен борьбы против Мубарака. Задним числом, возможно, среди "братьев-мусульман" уже есть считающие, что было ошибкой браться за возжи дрянной египетской телеги - ведь у нее нет шансов добраться целой до какой-либо хорошей цели, и ясно, что они - хоть и получили тяжелое наследство от Мубарака и Тантауи - будут идентифицироваться с провалом.

Ливия - арена военных действий

В разобщенной на племена Ливии коалиция части племен при массированной поддержке НАТО сумела устранить Каддафи. Но с тех пор, как он был ликвидирован противниками более года назад, Ливия служит ареной межплеменной войны за власть, экономические интересы, территорию и влияние. Восточные племена (Киренаика) воюют против западных (Триполитания), а южные племена враждебны всем другим.

Ливийское общество поляризировано и этнически из-за арабско-берберского раскола, и у этого есть экономические последствия. Прогноз: пока Ливия будет оставаться одним государством, она продолжит быть ареной межплеменной войны. Это естественное состояние межплеменных отношений, особенно для живущих в Сахаре и на протяжении сотен лет развивших "ацабийя" (племенной фанатизм) - опасное явление, особенно для "других", "чужих". Оружие, в изобилии находящееся в Ливийской пустыне, превращает насилие, коренящееся в культуре региона, в особо жестокое.

Тунис - без надежды 

Пламя Буазизи разожгло массовый протест, включавший массовые демонстрации против властей, пока президент Зин аль-Абадин Бин-Али не был вынужден бежать, спасая свою жизнь. Он и его жена убежали, прихватив полторы тонны золота из Центрального банка страны.

На выборах, состоявшихся в 2011г., больше всех голосов получила исламистская партия, находившаяся до того вне закона. Не заняв больше половины мест в парламенте, она была вынуждена создать коалицию со светской партией во главе с Мунцафом аль-Марзуки, интеллектуалом и либералом, на протяжении лет боровшимся за гражданские права в Тунисе и находившимся до 2011г. в изгнании за критику президента Бин-Али.

Лидер исламистов Рашад аль-Ануши предложил светскому аль-Марзуки быть президентом, что облегчило легитимизацию новой власти в глазах светских, хоть правит исламистская партия. В этом смысле Тунис - образец для подражания. Особенно в свете того факта, что речь идет о первой попытке создать демократическую политическую систему после долгих лет авторитарной власти президентов Бургибы и Бин-Али. Надежды тунисцев взмыли вверх.

Но относительная стабильность в политической плоскости не привела к существенному изменению в жизни простого человека, особенно в его экономическом положении. У этого множество причин: коррумпированная властная система, значительная часть которой продолжает функционировать по принципу "друг приводит друга"; инфраструктура, оставшаяся в том же плачевном состоянии; владельцы капиталов не спешат вкладывать ден;ги в проекты, которые могут создать источники дохода для массы граждан; экономический кризис в Европе, препятствующий существенному увеличению производства товаров. Рядовому тунисцу стало ясно, что хоть его надежды в политике реализовались, но не привели к существенному улучшению его экономического положения.

Также разделенность тунисского общества осталась без существенных изменений. Оно полярно разделено на городскую элиту и периферию из деревень и пустыни, значительная часть которой живет в племенных рамках. Города гораздо более светские, либеральные и открытые, чем закрытая периферия.

И этническое разделение не способствует единству тунисского общества. Кроме арабов, там живут берберы и негры, страдающие от отрицательного имиджа. Поскольку у власти нет влияния на это, то изменения вследствие устранения Бин-Али ничего не изменили в том, что касается социальной составляющей.

Вследствие экономических проблем в последние месяцы в Тунисе проходят демонстрации протеста против власти, в основном, на периферии. Дело дошло до того, что даже президент аль-Марзуки, прибывший в Сиди-Бузид для участия в церемонии памяти Мохаммеда Буазизи, был вынужден бежать от града камней и проклятий. Он хотел демократию и получил ее в морду, народ хотел демократии, но оказалось, что она - не станок для печатания денег.

Прогноз в отношении Туниса не оптимистичен: экономическое положение в мире вообще и в Европе, в частности, не изменится существенно к лучшему в ближайшем будущем. Администрация не перестанет быть коррумпированной, а социальное расслоение продолжит влиять в худшую сторону, закрывая окна возможности, стоящие перед государством, особенно шансы молодежи из общественной и экономической периферии. Разочарование влияет на политическую устойчивость, а подрыв стабильности влияет в худшую сторону на капиталовложения и экономическое положение.

Тунисским массам, поддерживавшим исламистское движение, выяснилось, что у того нет волшебной палочки, чтобы справиться с проблемами страны. Массы уже понимают, что у ведшего их лозунга "ислам - это решение" нет реального содержания.

Сирия - следующая резня

С марта 2011г. наблюдатели описывают события в Сирии с ощущением, что близится падение Асада, а с ним распад государства на маленькие гомогенные единицы: курдскую на северо-востоке, друзскую на юге, алавитскую на западе, район Дамаска и район Халеба (Алеппо). Оценки по созданию автономной алавитской территориальной единицы усилились вследствие известий, что власти перебрасывают тяжелое оружие и снаряжение в район гор Анцарии на западе страны - традиционное место проживания алавитов, чтобы защищаться там от мусульман.

В последние дни стали поступать сообщения, что подразделения Свободной сирийской армии наступают на горы Анцарии и десятки алавитских деревень оставлены жителями - от страха ножей мусульман, пронизанных ненавистью к алавитам. Эти мусульмане хотят отомстить за резню, устроенную режимом в последние 2 года, а также в предыдущие периоды: например, между 1976 и 1982 годами - период предыдущего восстания "братьев-мусульман", закончившегося резней тысяч в феврале 1982г. в городе Хаме.

Если эти известия верны и противники Асада в самом деле берут под контроль горы Анцарии, это может стать физическим концом алавитов и их мечты о власти хотя бы над собой. Кровь, которая будет пролита при резне мусульманами-суннитами алавитов, превзойдет все, что было в Сирии до сих пор, и не ясно, насколько мир поспешит на помощь этой общине, когда вода и ножи дойдут до горла.

Что это говорит в отношении будущего Сирии? Видно, страна скатывается в болото крови, огня и слез, разрываясь на части сотнями вооруженных милиций, часть которых солидаризируется с аль-Каидой. С точки зрения Израиля, это может быть проблемой: такие соседи не предвещают хорошее, и если тяжелое оружие или оружие массового поражения попадут им в руки, то нам придется справляться с новыми вызовами.

("Макор ришон" 28.12.12)
Перевел Яков Халфин
МАОФ


Источник

Комментариев нет:

Отправить комментарий

И ещё