Поиск по этому блогу

Загрузка...

Эротическая Республика

Авшин Шани

Иран находится в тисках беспрецедентной сексуальной революции. Может, это, в конечном счете, свергнет режим?

Когда кто-то упоминает Иран, что сразу приходит вам на ум? Аятоллы, религиозный фанатизм, женщины, завернутые в покрывала? А как насчет сексуальной революции? Вот именно. За последние 30 лет основные западные СМИ были чересчур заняты радикальной политикой Исламской Республики Иран. Однако страна претерпела фундаментальные социальные и культурные преобразования.Мы не говорим, насколько они положительны или отрицательны, но говорим, что они безусловно - беспрецедентны. Социальные отношения изменились в последние несколько десятилетий настолько, что многие члены иранской диаспоры просто шокированы, когда они посещают страну: «В эти дни Тегеран заставляет Лондон казаться более консервативным городом», сказал мне знакомый британский иранец, по своему возвращению из Тегерана. В отношении сексуальных нравов, Иран действительно движется в направлении Великобритании и Соединенных Штатов Америки, и очень быстро.

Не удивительно, что хорошую информацию об иранских сексуальных привычках трудно найти, однако, значительный объем можно взять из официальной статистики, составляемой Исламской Республикой Иран. Снижение рождаемости, например, - это сигнал более широкого использования противозачаточных средств и других форм планирования семьи, а также - разрушения традиционной роли семьи.

За последние два десятилетия страна переживает такое быстрое падение рождаемости, какого никогда не было отмечено в человеческой истории. Ежегодные темпы прироста населения Ирана, резко упали до 1,2% в 2012 году с 3,9% в 1986, и это, несмотря на тот факт, что более половины иранцев находятся в возрасте до 35 лет.

В то же время в последние три десятилетия средний брачный возраст для мужчин вырос с 20 до 28 лет, и иранские женщины теперь выходят замуж между 24 и 30 годами, т.е. на 5 лет позднее, чем десять лет назад. По данным официальной статистики, около 40% взрослых, достигших брачного возраста, являются в настоящее время холостяками. Частота разводов также взлетела и утроилась с 50 000 зарегистрированных разводов в 2000 до 150 000 в 2010 году. В настоящее время по стране насчитывается один развод на каждые семь браков, но в крупных городах частота значительно выше. В Тегеране, например, соотношение составляет один развод на каждые 4 брака, что почти сопоставимо с Великобританией, где 42% браков заканчиваются разводом. И нет никаких признаков, чтобы тенденция замедлилась. За последние шесть месяцев разводы увеличились, в то время как количество браков значительно снизилось.

Изменение отношения к браку и разводу совпали с драматическим изменением того, как иранцы подходят к отношениям и сексу. Согласно данным одного исследования, приведенным высокопоставленным представителем Министерства по делам молодежи, в декабре 2008 большинство мужчин респондентов признали, что имели, по крайней мере, одну связь с представителем противоположного пола до брака. Кроме того, около 13% этих «незаконных» отношений привели к нежелательной беременности и абортам --число, хотя и скромное, но немыслимое еще поколение назад. Вызывает удивление, что научно-исследовательский центр при Министерстве по делам молодежи предупредил, что «нездоровые отношения и нравственное вырождение являются ведущими причинами разводов среди молодых иранских пар».

В последние два десятилетия совершила взлет подпольная секс-индустрия. В начале 1990-х проституция существовала в большинстве крупных и средних городов и, особенно - в Тегеране, но проститутки и сутенеры были практически невидимыми, вынужденными действовать в глубоком подполье. В настоящее время проституция выглядит лишь как подмигивание и кивок во многих городах по всей стране. Часто проститутки шатаются по улицам, ожидая случайных клиентов, чтобы забрать их. Десять лет назад, газета Entekhab утверждала, что только в Тегеране было почти 85 000 проституток.

Опять же, нет хорошей общенациональной статистики на количество проституток. Глава иранской государственной социальной службы благосостояния недавно сказал BBC: «Некоторые статистические данные не имеют позитивной функции в обществе. Вместо этого, они имеют негативное психологическое воздействие. Лучше о них не говорить». Однако имеющиеся данные указывают, что 10-12% иранских проституток состоят в браке. Это особенно удивительно, учитывая суровые исламские наказания, существующие за внебрачный секс, особенно - для женщин. Еще более удивительно, что не все проститутки в Иране – женщины. Новый доклад говорит, что богатые женщины среднего возраста, а также молодые и образованные женщины в поисках краткосрочных сексуальных отношений, ищут персональных услуг проституток мужчин.

Конечно, было бы ошибкой считать, что традиционные ценности полностью исчезли. Патриархальная культура Ирана по-прежнему сильна, и ортодоксальные ценности по-прежнему поддерживаются традиционными социальными классами, особенно - в провинциальных городах и деревнях. Но, в то же время, было бы ошибкой предположить, что сексуальная либерализация набирает силу только среди городского среднего класса.

Так что является движителем сексуальной революции Ирана? Существует несколько возможных объяснений, включая экономические факторы, урбанизацию, новые средства коммуникации и появление высокообразованного женского населения — все это, вероятно, частично отвечает за изменение отношения к сексу. В то же время, однако, большинство этих факторов присутствуют и в других странах региона, которые, однако, не испытывают аналогичных процессов. (Действительно, волна социального консерватизма прошла по большей части Ближнего Востока, в то время как Иран движется в противоположном направлении). Так чем же отличается Иран? Как ни парадоксально, но это пуританское государство — жесткое, вне пределов досягаемости, посвятившее себя борьбе с «порокм» и содействию «добродетели», видимо, питает возникшие полосы либерализации Ирана.

После Исламской революции 1979 года, которая забросила аятоллу Рухоллу Хомейни во власть, иранский режим способствовал идее коллективной морали, введению строгих кодексов поведения и всего, кроме стирания границ между частной и общественной сферами. Сохранение исламского характера страны был одним из основных источников законности режима, и, таким образом, не существует практически ни одного аспекта частной жизни, который не регулировался бы толкованием исламского права. (Действительно, священнослужители регулярно выпускают фетвы на приемлемость интимных, а иногда, хоть и чрезвычайно редко - сексуальных сценариев). Однако за 34 года преемник Хомейни так и не смог создать утопического общества, факт, который говорит о моральном и идеологическом банкротстве режима, который уже борется с экономическими и политическими кризисами.

Эта неудобная правда касается и молодых людей в Иране, где меняющиеся сексуальные привычки стали формами пассивного сопротивления. Вопреки государственных структур, иранцы ставят (сознательно или подсознательно) под сомнение их законность. Слабые попытки режима противодействовать происходящим сейсмическим сдвигам, например, его неоднократные предупреждения об опасности, которую несут «незаконные отношения», только еще больше отчуждают тех, кем он желает управлять. Медленно, но верно сексуальная революция в Иране истощает идеологическое рвение государства, которое ведет к сфабрикованному понятию утопического общества, основанного на ломких, фундаменталистских принципах

В Нью-Йорке «Секс в большом город» может звучать пусто и банально, но в Иране, его социальные и политические последствия пускают глубокие корни.

Перевод: Мирьям Аргаман

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

И ещё