Поиск по этому блогу

Загрузка...

Манипулирование международным правом в рамках антиизраильской «законности»

Роби Сабель
Израильское соблюдение международного права является чрезвычайно сильным. В длинном ряду решений Верховный суд Израиля приказывал израильскому правительству, армии и службам безопасности менять политику, которая, по мнению суда, представляла собой нарушение обычного международного права. Суд даже вмешивался в фактические боевые ситуации. 
  • Возможно потому, что критики Израиля знают об этой реальности, они осуществляют процесс манипулирования международным правом таким образом, чтобы изобрести правила, которые применимы только к Израилю, а не к другим государствам или к другим ситуациям.
  • Критики Израиля изобрели новую международно-правовую концепцию под названием «незаконная оккупация». В вооруженном конфликте международное право четко разрешает военную оккупацию. Совет Безопасности ООН никогда не объявлял незаконной израильскую оккупацию. Американская оккупация Ирака после второй войны в Заливе повсеместно считалась правовым актом.
  • Часто манипулятивно представлялось как правовая аксиома, что "зеленая черта" уже имеет статус юридически обязательной границы. Подписав мирное соглашение, Израиль и Иордания взаимно признали прекращение соглашения о перемирии и его демаркационной линии. С истечением срока перемирия истекает срок действия линии прекращения огня. Таким образом, формально, не существует никакой юридической «зеленой черты».
  • В любом принятом правовом стандарте Газа не находится под израильской оккупацией. Международное право требует, чтобы для того, чтобы область считалась оккупированной, территория должна «фактически находится в подчинении неприятельской армии». Опять же существует, по-видимому, уникальное определение «оккупации» применимое только к Израилю.
  • Суть любой правовой системы в том, что закон применяется одинаково ко всем. Разработка индивидуальных норм международного права для приложения там, где дело касается только Израиля, подрывает международное право и может иметь коварное и коррозионное воздействие на верховенство закона в целом.
Попытка представить Израиль как государство, которое нарушает нормы международного права, стала периодически чертой «законности», которая ведется против Израиля. Хотя ни одно государство не имеет идеальной истории в этом отношении, Израильская история соблюдения международного права является чрезвычайно сильной. 

Израильские суды применяют обычное международное право как часть «закона о земле» и в длинном ряду решений, которые Верховный суд Израиля навязал израильскому правительству, армии и службам безопасности, чтобы изменить политику, которая, по мнению суда, представляет собой нарушение обычного международного права. Возможно, уникально среди национальных судебных систем, суд вмешивался даже в фактические военные ситуации. Израильское правительство имеет почти безупречную репутацию соблюдения подобных судебных приказов.

Автор может лично привести слова не очень дружественного ответственного египетского переговорщика, сказавшего ему в частной беседе, что хотя переговоры с Израилем - «ад», он знает, что после того, как соглашение будет достигнуто, у Израиля будет очень хорошая запись соблюдения своих обязательств.

Возможно потому, что критики Израиля знают об этой реалии, они осуществляют процесс манипулирования международным правом таким образом, чтобы изобрести правила, которые применимы только к Израилю, но не к другим государствам или к другим ситуациям.

Вопиющие примеры таких манипуляций:

Резолюции ГА ООН

В соответствии с Уставом ООН, резолюции ГА ООН имеют статус рекомендаций государствам и не обязательны. Они не создают международного права, и ни одно государство не может быть «виновным» в нарушении такой резолюции. Такие резолюции являются политическими заявлениями, продиктованными любой группой государств, которые могут собрать большинство голосов по данному вопросу в данный момент времени. Ярким примером является Резолюция 194 (II) ГА ООН от 1948, в которой предлагались меры для разрешения арабо-израильского спора, включая вопрос о беженцах. Все арабские страны, бывшие членами ООН в то время, проголосовала против резолюции, поскольку они возражали против какого-либо признания Израиля. Генеральная Ассамблея впоследствии видоизменила часть резолюции, касающуюся беженцев.

Правовое положение Палестины таково, что эта статья была чудесным образом превращена в юридически обязывающую норму международного права. Однако правовая реальность такова, что даже там, где Генеральная Ассамблея снова принимает такую резолюцию, она, тем не менее, снова становится рекомендательной. По словам ведущего французского юриста «нет никакого основания для рассмотрения, чтобы посредством повторов, ненормативная резолюция могла быть превращена в позитивный закон посредством своего рода колдовского эффекта». Ни одно государство не заявляло, что оно принимает резолюции Генеральной Ассамблеи, как таковые, как связывающие его. Тем не менее, часто слышатся заявления, что Израиль «нарушает» резолюции Генеральной Ассамблеи. Видимо есть толкование Устава ООН, которое применимо только к Израилю.

Резолюции Совета Безопасности ООН

Эти антиизраильские тактики «законности» зная, что резолюции ГА ООН не являются обязательными, пытаются обвинить Израиль в нарушение резолюций Совета Безопасности ООН. Здесь снова критики игнорируют четкие правила, изложенные в Уставе ООН. Резолюции Совета Безопасности являются только привязками, где Совет, действуя в соответствии с главой VII Устава, заявляет, что там-то и там-то был акт агрессии государства или действия государства, представляющие собой угрозу для мира во всем мире или безопасности.

Совет Безопасности никогда не делал такого заявления в отношении Израиля, ни по этому вопросу он никогда не делал такого заявления относительно арабской агрессии против Израиля. Как и Генеральная Ассамблея, так и Совет Безопасности является политическим органом и его резолюции являются политическими заявлениями, а не юридическими суждениями. Члены ООН обязались осуществлять резолюции Совета Безопасности только тогда, когда они являются решениями, принятыми на основании главы VII. Тем не менее, это положение Устава не оградило Израиль от обвинений в нарушении необязательных резолюций Совета Безопасности.

“Незаконная” военная оккупация

Существует законная дискуссия, является ли Западный берег действительно территорией противника суверенного государства, а следовательно, подлежащей правилам военной оккупации? За пределами такой дискуссии, однако, bon mot используется почти всеми антиизраильскими публицистами, что израильская военная оккупация незаконна как таковая. Однако, в вооруженном конфликте, международное право четко разрешает военную оккупацию. Интересно отметить, что Совет Безопасности ООН никогда не объявил израильскую оккупацию незаконной. Нежелание Совета Безопасности осуждать израильскую оккупацию как незаконную не обязательно проистекает из симпатии к политике Израиля, а скорее всего, от осознания того, что оккупация является вполне законной в случае вооруженного конфликта.

Постоянные члены Совета, несомненно, помнят оккупацию союзниками Германии и Японии после второй мировой войны, четко правовую в соответствии с законами вооруженного конфликта. Совсем недавно американская оккупация Ирака после второй войны в Заливе была универсально признана правовым актом, и его законность даже получила открытое подтверждение Советом безопасности. Применение законов военной оккупации к Западному берегу может не принести Израилю много общественного пиара, но оно является законным и альтернативой может быть только применение израильского закона, т.е. аннексия. Однако тот факт, что Израиль действовал законно, не удерживает его недоброжелателей от попыток прицепить к деятельности Израиля новой придуманной международно-правовой концепции «незаконная оккупация».

«Право на возвращение» арабских беженцев

Согласно нормам международного права, государство должно впускать своих граждан на свою территорию, а поэтому можно говорить о «праве на возвращение» граждан государства в государство их гражданства. Международные договораы, в которых Израиль является стороной, ссылаются на право лиц вернуться в «свою собственную страну» с некоторыми ограничениями. Основные региональные правозащитные договоры четко разъясняют фразу «их собственную страну», как относящуюся только к гражданам страны. Некоторые академики считают, что такое право должно также применяться к постоянным жителям, но, по-видимому, ни одно государство не заняло такую позицию и правительства толкуют это правило как означающее, что право применяется только к гражданам.

Манипулирование правилом, как предлагают арабские государства – это, что «прочно установленная норма в международном праве и практике», а именно: право всех палестинских арабских беженцев на «возвращение» в Израиль, даже если они не граждане и не постоянные жители Израиля».

Толкование фразы «палестинские беженцы» в этом контексте было, кроме того, расширено до включения всех прямых потомков. Арабские заявки теперь гласят, что даже несмотря на то, что участвующее лицо родилось в другой стране, как и его родители и бабушки и дедушки, он может быть гражданином другого государства и постоянным жителем другого государства, но, ем не менее, международное право предоставляет им право на «возвращение» в Израиль. Предполагается, что при таком определении, более пяти миллионов человек могут претендовать на «право на возвращение» в Израиль. Нет такого толкования термина «беженец» или «право на возвращение», которое бы применялось в какой-либо ситуации, отличной от израильско-палестинского спора. Следует добавить, что приверженность палестинских переговорщиков к их требованию, чтобы Израиль признал такое «право», делает очень трудным достижение прагматичного решения проблемы.

«Стена Апартеида»

Существует очевидная попытка опорочить Израиль с отвратительным явлением расизма и апартеида, называя барьер безопасности Израиля как «стену апартеида».

Любое пограничное ограждение служит для разделения областей, и можно лишь мечтать о мире без границ. Однако пока что Израиль сталкивается с террористическими актами, и для него является законным, как и для других государств, поставить барьер для предотвращения террористических нападений и незаконных вторжений. Те, кто называет ограждение «стеной апартеида», часто ссылаются на консультативное заключение Международного суда по этому вопросу. Они забывают отметить, что мнение Международного Суда Справедливости не упоминает ни «апартеид», ни аналогию с апартеидом. Кроме того, хотя суд подвергает критике прохождение «стены», расположенной за пределами «Зеленой» линии перемирия 1949, суд проявил осторожность, чтобы не отрицать в принципе право Израиля на строительство такого ограждения безопасности.

Апартеид был определен как «социально-политическая линия, направленная на расовую сегрегацию и дискриминацию, проводимая правительствами белого меньшинства в Южной Африке с 1948 по 1994». Словарное определение «расовой сегрегации»: особая; бывшая политика сегрегации и политико - экономическая дискриминация в отношении не европейских групп в Южно-Африканской Республике».

Среди выдающихся особенностей политики апартеида в Южной Африке были: запрет на браки между белыми и людьми других рас; запрет на внебрачные половые отношения между белыми и черными людьми; запрещение черным выполнять любую квалифицированную работу в городских районах, за исключением кварталов, предназначенных для черной оккупации; запрещение забастовок для чернокожих; запрещение африканцам получать образование, что позволило бы им стремиться «к положению в обществе, которое бы не было поддержано». Черным студентам запрещалось учиться в университетах для белых. Во всех общественных учреждениях, как рестораны, плавательные бассейны и общественный транспорт были введены надписи : «Только для европейцев» и «Только для не европейцев» для обеспечения соблюдения этого закона. Даже самые ярые хулители Израиля предположительно должны чувствовать себя неудобно в утверждении, что таково положение в Израиле.

Осознавая, что обвинениям современного Израиля в фактическом апартеиде не хватает достоверности, обвинение утверждает, что сам факт того, что Израиль - еврейское государство, доказывает, что есть «апартеидоподобная» ситуация. Один веб-сайт пишет что «апартеид начался и укоренился в самом создании колониального еврейского государства». Суть обвинения против Израиля лежит в часто повторяемом обвинении, что его расизм «проявляется наиболее четко в израильских государственных символах: еврейском флаге, гимне и государственных праздниках». Обвинители не высказывают даже слова критики против десятков либеральных демократических государств, которые имеют христианские кресты на их флагах, ни против многочисленных мусульманских государств с полумесяцем как символом ислама в качестве их государственного символа. Опять-таки представляется, что существует специальное юридическое определение апартеида, касающееся Израиля.

Возможно, наиболее удручающее указание на реальную цель кампании «Израиль-страна апартеида» содержится на одном из самых активных сайтов, который ее популяризует. Он пишет, что среди целей «судебного преследования за преступления апартеида», есть цель «дать право истинному большинству вернуться к владению их собственной землей, обеспечивая при этом защиту прав этнических меньшинств». Другими словами, реальная цель кампании апартеида заключается в отрицании законности государства Израиль. Высказывается решимости, что единственной ситуацией еврейского населения Израиля, на которую оно может надеяться, это быть «защищенным» этническим меньшинством в арабском палестинском государстве.

Юридический статус демаркационной линии перемирия

Израильское правительство, возможно, должно решить, следует ли принять демаркационную линию перемирия между Израилем и Иорданией от 1949, известную в народе как «зеленая черта», за переговорную основу для границы между Израилем и будущим палестинским государством. Этот вопрос, однако, часто представлен манипулятивно, в качестве правовой аксиомы, что "зеленая черта " уже имеет статус юридически обязательной границы.

В соглашении о перемирии 1949 года между Израилем и Иорданией утверждается, что "зеленая черта" есть демаркационная линия перемирия, и что она не должна «толковаться как наносящая ущерб в любом смысле, в конечном счете, политическому урегулированию между сторонами». Соглашение о перемирии далее явно определяет, что: «демаркационная линия перемирия... согласована сторонами без ущерба для будущих территориальных урегулирований или пограничных линий или претензий любой из сторон, относящихся к ней». Ни Израиль, ни Иордании не определяли когда-либо «зеленую черту» как международная граница. До 1967 Иордания и другие арабские государства воздержались от признания «зеленой черты» в качестве границы, из-за их нежелания признать легитимность Израиля даже в пределах «зеленой черты».

Подписав мирное соглашение, Израиль и Иордания теперь взаимно признали прекращение Соглашения о перемирии. В соответствии с нормами международного права, международные границы остаются даже после отмены договоров, которыми они были установлены. Однако это несправедливо в отношении прекращении огня или демаркационных линий перемирия. Временный характер линии огня или перемирии таков, что истекает срок их действия с истечением срока прекращения огня или перемирия. Таким образом, формально «зеленая черта» не имеет больше юридической силы.

Резолюция 242 Совета Безопасности ООН, принятая всеми сторонами в споре как согласованные рамки для мирных переговоров, не упоминает «зеленую черту». Израильско-иорданский мирный договор относится к «определению границы в соответствии с мандатом» в определении израильско-иорданской границы. И снова, нет никакой ссылки на «зеленую черту».

Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН, запрашивающая консультативное заключение Международного Суда по «Правовым последствиям от строительства стены на оккупированной палестинской территории» не ссылается на «зеленую черту». Письменное заявление Лиги арабских государств в Международный Суд в данном случае ссылается на «линию перемирия, которая теперь обозначает границу между Палестиной и Израилем». Далее заявление, однако, замечает: «Цель перемирия была не в установлении или признании каких-либо территориальных, тюремных или иных прав, притязаний или интересов любой из сторон». Иорданский судья Аль-Хасауна, в своем отдельном мнении, написал, что «нет никаких последствий, чтобы «зеленая черта» стала постоянной границей». Даже консультативное заключение суда последней инстанции, в котором сильно критикуется Израиль за прохождение «Стены», четко заявляет, что его консультативное заключение» не создает последствий, чтобы» зеленая черта» должна стать постоянной границей».

И, тем не менее, по-прежнему слышатся притязания в отношении Израиля, что линии временного перемирия имеет правовой статус постоянной границы.

Комиссии по расследованию

Когда Соединенные Штаты или Соединенное Королевство или другие демократические государства создают судебные комитеты по расследованию вопросов, связанных с их вооруженными силами, мировое общественное мнение, как правило, видит это как отражение демократического характера соответствующих государств. Автор не смог найти случаи международного требования, чтобы такие комиссии включали иностранных граждан. Израиль имеет заслуженную репутацию независимой и беспристрастной судебной системы. Тем не менее, когда Израиль создает такой судебную комиссию по расследованию, он почти автоматически встречает требование, чтобы комиссия включала не израильского участника. Таким образом, по-видимому, существует одно международное правило для израильских комиссий по расследованию и другого - для остальной части мира.

«Оккупированная» Газа

Начиная с 2005, после одностороннего ухода Израиля из Газы, не было израильского контроля в районе сектора Газа. Этот район находится в ведении Хамаса. Нет израильского военного правительства в секторе Газа. Законы в Газе, как уголовные, так и гражданские, являются законами Хамаса. Хамас контролирует экономику, налоги, суды, полицию и тюрьмы. Он имеет свих собственных, хорошо вооруженных ополченцев. Правительство Хамаса ощутимо не было назначено Израилем и не является подчиненным Израилю. По любому принятому правовому стандарту Газа не находится под израильской оккупацией. Израиль поддерживает блокаду в попытке предотвратить поставки оружия в Газу. Это, однако, не является «оккупацией». Кроме того сектор Газа имеет сухопутную границу с Египтом, над которой Израиль вообще не имеет контроля.

Требование международного права, чтобы область, которая рассматривается как находящаяся под оккупацией, была «фактически в подчинении неприятельской армии». Международный Суд Справедивости дал свое мнение, что «территория признается оккупированной, если она действительно находится под властью вражеской армии, и оккупация распространяется только на те территории, где такая власть была создана и может осуществляться». В последнем случае суд подтвердил свою позицию, заявив, что «оккупация требует осуществления фактической власти иностранных сил» (подчеркивание добавлено). Даже в докладе Комитета Международного Красного Креста (МККК) по данному вопросу пришли к выводу, что «оккупация не может быть установлена или поддерживаться исключительно за счет осуществления власти из-за пределов границ оккупированной территории; должно быть определенное число иностранных 'сапог на земле'». Доклад МККК относится к «традиционным правилам об оккупации с их сильным акцентом на фактологическую основу продолжающегося присутствия на местах».

По политическим соображениям ООП хочет сохранить статус Газы как «оккупированной» территории. Однако самое удивительное, что Комитет Международного Красного Креста продолжает поддерживать идею, что сектор Газа находится под израильской оккупацией. И снова оказывается, что уникальное определение «оккупации» применимо только к Израилю.

Законы вооруженного конфликта

Законы вооруженного конфликта являются одними из лучше всего установленных норм международного права, и многие из договоров по этому вопросу рассматриваются как отражение обычного международного права. Демократические государства, включая Израиль, включают эти правила в постоянные инструкции и военные наставления своим вооруженным силам. Однако в отношении Израиля недавно была попытка изобрести два новых правила:

Пропорциональность в бою 
Право вооруженных конфликтов признает требование о соразмерности в двух контекстах. Во-первых, это запрещение атаковать военную цель, если это может привести к чрезмерным жертвам среди гражданского населения, относительно имеющегося военного преимущества. Во-вторых, меры самозащиты должны быть соразмерны угрозе, однако, в отношении Израиля было разработано новое правило: что в фактическом бою Израиль не должен использовать оружие, которое не пропорционально оружию, используемому террористическими группами. В отношении других государств такого правила нет, напротив, все войска пытаются сосредоточить превосходящие силы и оружия против вражеских позиций и позиций сил. Эта универсальная военная практика, однако, не защищает Израиль от обвинений в использовании «несоразмерной» силы в фактических боевых ситуациях.
Жертвы среди гражданского населения 
Жертвы среди гражданского населения являются, к сожалению, общей чертой всех вооруженных конфликтов. Это особенно справедливо, когда враг размещает свое оружие среди гражданского населения, как и Хамас в секторе Газа и «Хезболла» в Ливане. Это нарушение законов вооруженного конфликта в преднамеренном превращении гражданского населения в мишени, и государство может понести ответственность за халатный или небрежный выбор цели. Однако что касается Израиля, любые вражеские гражданские потери представляются как результат «военного преступления», даже несмотря на то, что признается, что Израиль предпринимает огромные шаги, чтобы попытаться предотвратить или свести к минимуму гражданские жертвы.

Самооборона только против нападений от государств

Возможно, самые вопиющие попытки манипулирования международным правом против Израиля было решение большинства Международного суда, что Израиль не имеет права на самозащиту против террористов, действующих с территорий, находящихся под контролем Палестинской Администрации. Суд решил, что он не будет даже рассматривать, является ли барьер безопасности Израиля законным актом самообороны против действий террористов. Суд основывал свое решение на своем толкования статьи 51 Устава ООН, которой признается «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если вооруженное нападение совершено на члена Организации Объединенных Наций. Суд истолковал статью 51 как требующую, чтобы нападение исходило от иностранного государства, хотя в Уставе ООН нет никакого упоминания о таком требовании.

Суд поэтому вдруг определил, что «статья 51 Устава не имеет отношения к этому случаю». Его вывод состоял в том, что Израиль не имеет права на самозащиту ни против каких террористических действий с территорий, находящихся под контролем Палестинской Администрации. Британский, голландский и американский судьи в суде были единственными, кто отказался согласиться с таким поразительным судебным решением. Это странное мнение суда не было выполнено никакими другими государствами, а один академический автор отмечает, что «государственная практика наводит на мысль, что международное сообщество признает право на применение силы в целях самообороны против негосударственных субъектов на иностранной территории, для того, чтобы иностранное государство не могло надеяться на предотвращение или пресечение террористической деятельности".

Заключение

Израиль имеет обширную запись соблюдения международного права, и его судебная система гарантирует, что он будет продолжать его соблюдать. Суть любой правовой системы, однако, заключается в том, что закон применяется одинаково ко всем. Этот принцип подрывается врагами и противниками Израиля с помощью попыток манипулировать международным правом в рамках их «законности» против Израиля. Разрабатка индивидуальных норм международного права для применения там, где дело касается Израиля, подрывает международное право и может иметь коварное и коррозийное воздействие на верховенство закона в целом.

Notes

1 “Except for certain internal matters, such as the budget, the Assembly cannot bind its members. It is not a legislature in that sense, and its resolutions are purely recommendatory.” “The Assembly is essentially a debating chamber.” Malcolm Shaw, International Law, sixth edition (2008), p. 1212.
2 UNGA Resolution 194 (III), UN GAOR, 3rd session, part I, 1948, Resolutions, pp. 21-24.
3 Israel was not a member of the UN at the time.
4 Article 11 of UNGA Resolution 194 (III), UN GAOR, 3rd session, part I, 1948, Resolutions, pp. 21-24.
5 Prosper Weil, “Towards Relative Normativity in International Law,” 77 American Journal of International Law 413 (1983).
6 “Most Council resolutions contain only exhortations or recommendations.” “A Chapter VII resolution has therefore become shorthand for a legally binding measure.” Anthony Aust, Handbook of International Law 2005 (2009), p. 214.
7 For example, “Europe is ultimately taking part in the subjugation of the Palestinians by funding Israel’s illegal occupation.” http://www.counterpunch.org/2013/03/13/funding-and-denouncing-israeli-occupation
8 In a case submitted by the PLO against the French company that built the Jerusalem light rail, the French Court of Appeal recently reconfirmed that occupation is legal. http://fr.slideshare.net/fullscreen/yohanntaieb3/decision-de-lacourdappel/1; : http://www.israel-flash.com/2013/04/la-cour-dappel-de-versailles-olp-c-alstom-et-veolia-conclut-que-loccupation-par-israel-nest-pas-illegale/#ixzz2QWVjg6eB
9 S/RES/1483 (2003). http://daccess-dds-ny.un.org/doc/UNDOC/GEN/N03/368/53/PDF/N0336853.pdf?OpenElement
10 Article 5-(d)(ii), Convention for the Elimination of All Forms of Racial Discrimination 1965, entered into force 4 January 1969, 660 UNTS 195; Article 12(4), International Convention on Civil and Political Rights 1966, entered into force 23 March 1976, 999 UNTS 171.
11 American Convention on Human Rights 1969, entered into force 18 July 1978, 9 ILM 673 (1970); European Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms 1950, entered into force 3 September 1953, 213 UNTS 221; Protocol No. 4 to the European Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms 1963, entered into force 2 May 1968, ETS 46.That the right of return is restricted to nationals is also reflected in the “Declaration of Principles of International Law on Mass Expulsion,” 62 International Law Association Conference Report 13 (ILA 1986), Articles 1, 2, 3, 7.
12 See, e.g., Oriol Casanovas, “La Protection Internationale des Réfugiés et des Personnes Déplacées dans les Conflits Armés,” 306 Recueil des Cours 2003 (2005) 86.
13 Refugees Background, Palestine Liberation Organization, Negotiations Affairs Department, Permanent Status Issues. http://www.nad-plo.org/permanent/refugees.html
14 Those criticizing the construction tend to use the word “wall” and call it a “separation wall” though in fact only a tiny fraction of the total length of the barrier (less than 3 percent) is actually a thirty-feet-high concrete wall. One organization has published a three-hundred-page treatise “proving” that Israel is applying apartheid. Occupation, Colonialism, Apartheid? A re-assessment of Israel’s practices in the occupied Palestinian territories under international law, Democracy and Governance Programme of the Human Sciences Research Council of South Africa. http://www.hsrc.ac.za/Media_Release-378.phtml
15 For examples of other democratic states that have built similar fences see: http://www.jewishvirtuallibrary.org/jsource/Peace/fence.html
16 ICJ Advisory Opinion, Legal Consequences of the Construction of a Wall in the Occupied Palestinian Territory, 9 July 2004.
17 See this author’s critique of the court’s ruling on the issue, R. Sabel, “The International Court of Justice Decision on the Separation Barrier and the Green Line,” Israel Law Review 38, 1-2 (2005), p. 316.
18 http://www.africanaencyclopedia.com/apartheid/apartheid.html
The Statute of the International Criminal Court defines apartheid as one of the crimes against humanity, being “inhumane acts….committed in the context of an institutionalized regime of systematic oppression and domination by one racial group over any other racial group or groups and committed with the intention of maintaining that regime” (Article VII of the Statute of the ICC).
19 http://www.merriam-webster.com/dictionary/apartheid
20 Prohibition of Mixed Marriages Act, Act No. 55 of 1949.
21 South African Immorality Amendment Act, Act No. 21 of 1950; amended in 1957 (Act 23).
22 South African Bantu Building Workers Act, Act No. 27 of 1951.
23 South African Native Labour (Settlement of Disputes) Act of 1953.
24 South African Bantu Education Act, Act No. 47 of 1953.
25 South African Extension of University Education Act, Act No. 45 of 1959.
26 South African Reservation of Separate Amenities Act, Act No. 49 of 1953.
27 “Israel has made itself into a white colonial settler state, mimicking South Africa before the end of apartheid.” Lisa Rofel, Anthropology, UC Santa Cruz. http://www.arabicnews.com/ansub/Daily/Day/060609/2006060907.html
28 The Palestinian grassroots Anti-Apartheid Wall Campaign. http://www.stopthewall.org/downloads/pdf/4PageFactSheetOctober9.pdf
29 Daryl J. Glaser, “Zionism and Apartheid: a moral comparison,” Ethnic and Racial Studies 26, 3 (2003), pp. 403-421,403, 408.
30 http://www.geocities.com/savepalestinenow/internationallaw/studyguides/sgil3k.htm
31 1949 Hashemite Jordan Kingdom-Israel General Armistice Agreement, 656 UNTS 304, Article III, paragraph 2.
32 Article VI, paragraph 8, ibid.
33 Article VI, paragraph 9, ibid. Article 5(2) of the Israeli-Egyptian Armistice Agreement has an even more explicit disclaimer, which states: “it is not to be construed in any sense as a political or territorial boundary and is delineated without prejudice to rights, claims and positions of either Party to the Armistice as regards ultimate settlement of the Palestine question.”
34 While the Israel-Jordan Peace Agreement does not explicitly state that it supersedes the Armistice Agreement, the two agreements are patently incompatible.
35 Article 3(1), 1994 Treaty of Peace between the State of Israel and the Hashemite Kingdom of Jordan. Annex I (a) Article 2 (A)(7) of the treaty provides that the section of the boundary separating Jordan from the West Bank is marked on the map as an “ administrative boundary between Jordan and the territory which came under Israeli Military government control in 1967.”
36 Written Statement of the League of Arab States, January 2004, paragraphs 1.2, 5.15.
37 Separate Opinion, Judge Al‑Khasawneh, paragraphs 10, 11.
38 C/2004/03, paragraph 35.
39 Article 42 of the 1907 Hague Regulations.
40 ICJ Advisory Opinion, Legal Consequences of the Construction of a Wall in the Occupied Palestinian Territory, 9 July 2004, paragraph 78.
41 ICJ, Armed Activities on the Territory of the Congo (Democratic Republic of the Congo v. Uganda), decision of 19 December 2005, Para.173.
42 ICRC, Occupation and Other Forms of Administration of Foreign Territory, Report prepared and edited by Tristan Ferraro Legal adviser, ICRC, Summary, Article 1. http://www.icrc.org/eng/resources/documents/publication/p4094.htm
43 ICRC,Occupation and Other Forms of Administration of Foreign Territory, Report prepared and edited by Tristan Ferraro Legal adviser, ICRC, p. 48.
http://www.icrc.org/eng/resources/documents/publication/p4094.htm
44 See on this issue Dore Gold, “Legal Acrobatics: The Palestinian Claim that Gaza is Still ‘Occupied’ Even After Israel Withdraws.”
http://www.icjs-online.org/indarch.php?eid=490&ICJS=2394&article=536
45 See, e.g., http://www.icrc.org/eng/where-we-work/middle-east/israel-occupied-territories/index.jsp
46 Article 51 (5) (b) of 1977 Additional Protocol I to the Geneva Conventions of 12 August 1949 and Relating to the Protection of Victims of International Armed Conflicts.
47 The Caroline Case, J. Moore, Digest of International Law 2, p. 412 (1906).
48 See, e.g., the Report of the UN Fact Finding Mission on the Gaza Conflict (A/HRC/12/48) (2009) The “Goldstone” Report.
49 I CJ Advisory Opinion, Legal Consequences of the Construction of a Wall in the Occupied Palestinian Territory, 9 July 2004, paragraph 139.
50 Separate opinions of Judges Higgins, Buergenthal, and Owada, ICJ Advisory Opinion, Legal Consequences of the Construction of a Wall in the Occupied Palestinian Territory, 9 July 2004.
51 Kimberly N. Trapp, “Back to Basics: Necessity, Proportionality and the Right of Self-Defence Against Non-State Terrorist Actors,”56 International and Comparative Law Quarterly, pp. 141, 156 (2007).

Перевод: Мирьям Аргаман

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

И ещё