Поиск по этому блогу

Загрузка...

О беспорядках в Турции


The Washington Times
19 июня 2013г

Подлинник (оригинал) статьи на английском языке: What Turkey's Riots Mean

Беспорядки в Турции начались 31 мая. Сопоставимы ли они с арабскими восстаниями, свергшими четырех правителей после 2011 г., "зеленым движением" в Иране в 2009 г., приведшим на прошлой неделе кажущегося реформатора на пост президента, или, возможно, "оккупацией" Уолл-стрит, оставившей за собой незначительные последствия?

Стамбульское правительство сказало матерям
"забрать своих детей домой", но вместо этого они присоединились
 к протестам на площади Таксим.

Эти беспорядки знаменуют собой важное событие с долговременными последствиями. Турция стала более открытой и либеральной страной, в которой, как никогда раньше, лидеры сталкиваются с ограничениями демократии. Но насколько это изменит роль ислама в Турции, в основном зависит от экономики.

Материальный рост, подобный китайскому, был главным достижением Реджепа Тайипа Эрдогана и партии ПСР, которую он возглавляет. Личный доход населения более чем удвоился, изменив лицо страны за декаду правления Эрдогана. Я посещал Турцию начиная с 1972 года и видел последствия этого роста практически во всех областях жизни – от еды на столе до турецкого характера.

Эрдоган указывает родителям: 
"Я слежу за вами. Вы должны иметь не менее трех детей."

Этот впечатляющий рост объясняется увеличением доли голосов, отданных ПСР в курсе трех выборов с 34 процентов в 2002 г. до 46 процентов в 2007 г. и до почти 50 процентов в 2011 г. Это также объясняет, каким образом эта партия сумела подчинить себе армию, служившую в качестве основной политической власти в стране в течение 90 лет.

Доминирование Эрдогана над правительством было поставлено под угрозу, особенно после июньских выборов 2011 г., благодаря его уязвимости в двух отношениях:

Зависимость от иностранных кредитов. Для поддержания уровня потребительских расходов турецкие банки вынуждены брать значительные займы за рубежом, в частности, пользуясь поддержкой мусульман-суннитов. В результате текущий дефицит по счетам настолько повысил потребность в кредитах, что в 2013 году лишь один частный сектор должен взять займы на 221 млрд. долл. США, что составляет почти 30 процентов от ВВП страны, оцениваемом в 775 млрд. Если поток денег в Турцию прекратится, то "парти" (прим. перев.: игра слов: "party" означает и вечеринку и политическую партию) закончится, вероятно, приведя к краху фондового рынка, коллапсу валюты и концу экономического чуда.

В понимании Эрдогана демократический мандат наделил его правами султана. Премьер видит свое избрание – особенно в 2011 году, когда ПСР получила половину голосов избирателей – в качестве карт-бланш на свои действия до следующего голосования. Он дает волю собственным эмоциям (напомним его конфронтацию с Шимоном Пересом в 2009 г.), вмешивается в мельчайшие вопросы (его решение использовать городской парк вызвало нынешние беспорядки), занимается социальной инженерией (указывая супружеским парам иметь трех и более детей), впутывает Турцию в непопулярную внешнеполитическую авантюру (Сирия) и демонизирует половину избирателей, не голосовавших за него (называя их пьяницами, совокупляющимися в мечети). Такие действия завоевали ему поддержку в низших слоях общества – из тех, кто голосовал за него прежде, однако разожгли против него ярость растущего числа турков, возмущенных его авторитаризмом, а также критику со стороны лидеров Европы. Канцлер Германии Ангела Меркель сказала, что она была "потрясена" недавними полицейскими разгонами.

Эти две слабости указывают на важность, которую играет экономика для будущего Эрдогана, ПСР, и страны в целом. Если финансовая система Турции выдержит демонстрации, то исламистская программа, лежащая в основе платформы ПСР, будет продолжать свое наступление, хотя, быть может, более осторожно. Возможно, Эрдоган останется лидером, в следующем году став президентом с недавно расширенными полномочиями. Или, возможно, его партия решит избавиться от него и – как это случилось с Маргарет Тэтчер в 1990 году – оттолкнуть его на обочину, в пользу тех, кто может проталкивать ту же программу, не провоцируя столько враждебности.

После двух недель демонстраций стамбульская фондовая биржа потеряла почти 10 процентов своей стоимости.



Но если "горячие деньги" покидают Турцию, если иностранные инвесторы находят лучшие места для вложений и если покровители из Персидского залива прохладно относятся к ПСР, то демонстрации могут положить конец правлению ПСР и остановить наступление исламизма и исламского закона. Борьба внутри партии, особенно между Эрдоганом и президентом Абдуллой Гюлем, а также внутри исламистского движения, особенно между ПСР и движением Фетхуллаха Гюлена, может ослабить исламистов. Более основательно, многие избиратели, не относящиеся к исламистам, но голосовавшие за разумное экономическое руководство ПСР, могут покинуть партию.

Заработная плата трудящихся снизилась на 5 процентов. Реальные потребительские расходы в первом квартале 2013 г. снизились на 2 процента по сравнению с 2012 г. После того, как начались демонстрации, совокупная стоимость акций на стамбульской фондовой бирже упала на 10 процентов, а процентные ставки поднялись на 50 процентов. Эти и другие экономические показатели будут влиять на будущее исламизма в Турции.


Даниэль Пайпс

Перевод: И. Эйдельнант

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

И ещё