Поиск по этому блогу

Загрузка...

Нужен наглый народ, чтобы остановить наглое государство

Даниэль Гринфилд

Международное сообщество взглянуло в глаза Путину и опустило глаза. Многосторонность провалилась точно так же, как это было во времена Лиги Наций, потому что, как и тогда, она не сработала.

Существует международный порядок, при котором каждый делает вид, что он - реальная сила в мировых делах, а на самом деле, Соединенные Штаты и несколько партнеров делают всю работу, а дипломатам и чиновникам всего мира позволяют притворяться, что они важны.Без Америки, Организация Объединенных Наций станет такой же бесполезной, как Лига Наций. С Америкой, Организация Объединенных Наций является лишь сдерживающим фактором, когда Соединенные Штаты ставят свою ногу, а все остальные только мешают.

Стало модным осуждать Соединенные Штаты как наглое государство. Военное вмешательство, даже при поддержке западных союзников, но вне рамок организаций международного порядка, считается односторонним актом и ковбойской дипломатией.

А тут еще Обама прикатил на трехскоростном велосипеде и получил Нобелевскую премию мира за его приверженность к ничегонеделанью.

Многосторонняя система беспомощна перед лицом агрессии. Это верно и сегодня, как это было восемьдесят лет назад. Международные соглашения бесполезны без стали и свинца за ними. Организация Объединенных Наций не в состоянии действовать, когда один из ее мощных членов является агрессором. Эксперты по внешней политике с уклоном влево, объясняют, почему мы ничего не можем сделать, а государственный секретарь поясняет, что наша слабость, на самом деле – это сила.

Международное право не смогло остановить Гитлера. Оно не могло остановить Японию. Оно обязало Соединенные Штаты сделать это. Эксперты по внешней политике будут это отрицать, и основные учебники откажутся это напечатать; но нужен наглый народ, чтобы остановить наглое государство.

Дипломатические контакты Англии и Франции с нацистской Германией привели к захвату Рейнской области, аннексии Австрии и части Чехословакии, после чего последовало вторжение в Чехословакию и Польшу. Американская дипломатия и санкции в отношении Японии привели к Перл-Харбору.

Вопрос заключается не в том, должны ли Соединенные Штаты вмешаться в Украину, а должны ли они иметь возможность сделать что-то более значимое, чем рисовать бледные красные линии и угрожать бесполезными санкциями. Всякая толпа, бросающая что-то в солдат и полицию, не обязательно состоит из хороших парней лишь потому, что они имеют фотогеничных лидеров и разноцветные флаги.

Наш инстинкт автоматически поддерживать аутсайдеров - это еще один опасный плод многостороннего мышления.

Соединенные Штаты приняли чохом повестку дня прав человека от интернационалистов и позволили, чтобы наши международные приоритеты курировались дипломатами слева, которые точно знают, кого осуждать, а кого – нет.

Посол ООН Саманта Пауэр хмуро мучается над бедами мира, не имея способности его защитить перед лицом нашей бессмысленной и бесполезной дипломатии, которая нас заставляет играть роль морализаторствующей мегеры.

Американская внешняя политика стала неотличима от повестки дня Организации Объединенных Наций, такая же импотентная и зацикленная на рекомендациях комитетов по правам человека, вместо национальных интересов, неспособная обратиться к историческим альянсам, не выдающая никаких ответов, кроме пустого визга негодования на самоуверенные и грубые нарушения прав человека.

Америка Обамы повернула холодное беспристрастное лицо в сторону своих союзников в стремлении стать рупором международных организаций, в то же время, навязывая свою мораль международному комитету. Американская внешняя политика находится под международным управлением, которое передало ее процесс принятия решений от США – к международной сети комитетов, неспособных сделать ничего, кроме составления бесполезных отчетов и осуждения Израиля.

Соединенные Штаты стали призраком в машине ООН, но теперь, когда Соединенные Штаты стали ООН, они стали куклой у куклы.

Слабость многосторонней дипломатии состоит в том, что она стремится обсуждать разрешение конфликтов данного момента, не опираясь на историческое прошлое и не делая траекторию в будущие завоевания. Это был недостаток, который Гитлер сумел осознать и использовать, сведя весь вопрос к текущему статусу Судетов или Рейнской области, а не к целям прошлых и будущих войн. Только, когда союзники вырвались из дипломатического мышления в рассмотрении каждого отдельного гитлеровского завоевания и обсуждении того, стоит ли защищать Чехословакию, вместо того, чтобы противостоять захвату Польши, началось, наконец, реальное сопротивление нацистской военной машине.

К сожалению, союзники не смогли усвоить уроки истории и согласились с номинальным постепенным сталинским захватом, проснувшись только после того, как большая часть мира оказалась под красным флагом. «Теория домино» Эйзенхауэра определила значение каждого завоевания не на основе статуса, а на основе того места, которое оно занимает в цепи завоеваний в борьбе за региональное господство.

Сара Полин поняла в 2008 то, что не поняла школа реальной политики: что Грузия была не важна сама по себе, а только как предпосылка для вторжения в Украину, и Украина точно так же должна рассматриваться в контексте имперских территориальных амбиций, которые тянутся далеко за пределы ее границ.

Будем или не будем мы противостоять этой амбиции, нам надо понять по тому, как она себя выражает.

Соединенным Штатам надо иметь сильную армию, не для того, чтобы мы могли ее использовать, а чтобы не нужно было ее использовать. Урезание военного бюджета делает посыл о нашем нежелании вмешиваться в международные конфликты. Это делает вполне вероятным, что наши враги начнут конфликты, и что некоторые из них затянут нас в любом случае, независимо от того, сколько флота мы сохраняем или сколько транссексуальных танцевальных полков мы потеряли в местах, которые когда-то были военными базами мировой державы.

Слабость в военном отношении притягивает войну, независимо от того, старались ли британцы подавить Гитлера, не применяя оружия, или Обама объявил о новом урезании на оборону, как раз незадолго до того, как Путин вторгся в Украину.

Дипломатия - это искусство только сказать «хорошая собачка», пока не найдете палку, если вы не были достаточно глупы и не успели выбросить большую палку, а потом можете считать, что вы имели дело с очень глупой собакой, если она не оттяпала вам руку прежде, чем вы схватили эту палку.

Соединенные Штаты должны иметь четкие обязательства и соглашения, которые они выполняют, а не беспорядочно бодаться в каждом отдельном конфликте и нарушении прав человека на планете. Американские лидеры должны решить, действительно ли они серьезны в отношении Сирии или Украины или любого другого места на земле, о котором они выпускают пресс-релизы, или молчать о них, если они не настроены.

Но, если они серьезны, они должны быть готовы действовать, так же решительно, как это сделал Владимир Путин.

История делается не народами, которые отстаивают международное право, а теми, кто действуют только по их собственным императивам. Только наглая нация, не привязанная цепями к многосторонности, может принимать односторонние действия, необходимые, чтобы остановить наглое государство. Американская дипломатия ковбоев – это единственная защита, которую имеет мир против дипломатии комиссаров, дипломатии казаков и дипломатии халифатов.

Перевод: +Miriam Argaman 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

И ещё