Поиск по этому блогу

Загрузка...

Сперва они пришли за евреями

Сюзанна Филдс
«Не беспокойтесь… это – лишь крошечный кустик»

Эта карикатура, опубликованная на портале JWR (JewishWorldReview) десять лет назад, «стала распространяться подобно вирусу» после её перепечатки на прошлой неделе.

Широко распространённая политическая карикатура Ранана Лурье, опубликованная после убийства четырёх евреев в кошерном супермаркете в Париже, изображает маленький куст над землёй, а чуть ниже поверхности, поддерживая это растение, скрывается переплетение толстых витых корней, сросшихся в виде свастики.

Эти нацистские корни – более чем фантазия карикатуриста, болезненно подпитываемая антисемитами Франции, проявившими себя, когда французы окружали своих евреев, мужчин, женщин и детей и отправляли их в лагеря смерти во время Второй мировой войны. Если бы карикатурист копнул глубже, он мог бы нарисовать корни, поддерживаемые предыдущими щупальцами антисемитизма, сохранившимися от преступлений, которые определили французские предрассудки задолго до двух Мировых войн. Альфред Дрейфус был тщательно ассимилированным евреем, капитаном элитного полка французской армии, который в 1894 году был ложно признан виновным в государственной измене, почти исключительно лишь потому, что был евреем.

Когда писатель Эмиль Золя встал на защиту Дрейфуса в газетной статье под броским заголовком «Я обвиняю!», эта газета продавалась по 200 000 экземпляров в день. «Я обвиняю!» стал литературным эквивалентом «Я – Шарли!». Золя вынужден был бежать из страны, и прошло много лет, прежде чем была однозначно установлена невиновность Дрейфуса.

Антисемитизм во Франции глубоко укоренился, и это не случайно, что дело Дрейфуса и споры вокруг него вдохновили Теодора Герцля, репортёра, освещавшего этот суд в одной венской газете, на создание фундаментального документа сионизма «Еврейское государство». Герцль, как и Дрейфус, был образованным и ассимилированным евреем, но он был убеждён, что в Европе не осталось места для евреев, даже для ассимилированных. Он слышал после суда песнопения на улицах Парижа, кричащие: – «Смерть евреям!». Герцль пришёл к выводу, что единственный способ для евреев, чтобы чувствовать себя в безопасности в этом мире, это – жить в государстве, которое они могут назвать своим. В дальнейшем, Холокост дал дополнительные доказательства правильности этого вывода.

Многие евреи во Франции вновь приходят к выводу Теодора Герцля, что они почувствуют себя в безопасности только в Израиле. Почти 7000 из них уехали в Израиль до недавних убийств, а другие 10000, как ожидается, оставят Францию до конца этого года. Новый опрос показывает, что 74% французских евреев рассматривают вопрос о своей эмиграции; скорее всего, в Израиль.

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаниягу, прибывший в Париж, чтобы присоединиться к созданию Маршу единства, после недавней резни, пригласил французских евреев в Израиль.
«Израиль», – сказал он, – «ваш дом».
Премьер-министр Франции Мануэль Вальс не согласился с этим, считая, что Франция понесёт потери.
«Без своих евреев, Франция не будет Францией»,
 – заявил он, и признал, что «антисионизм» это – лишь прикрытие для антисемитизма. У Франции, по его словам, есть проблема и с тем, и с другим.

Германия испытала подобный исход в годы после создания Гитлером Третьего рейха. БОльшая часть её культурной жизни исчезла. Перечисление выдающихся писателей, художников, критиков, композиторов, кинорежиссёров и ученых, которые бежали в Америку в 1930-х годах, является красноречивым доказательством того, что потеряла Европа, когда эти евреи отправились в изгнание. Только Альберт Эйнштейн был самым известным из них. Новое исследование Стэнфордского университета обнаружило, что число американских патентов увеличилось на 31% в сферах деятельности еврейских учёных, бежавших из нацистской Германии. Это стало волновым эффектом, привлекающим учёных будущих поколений в Америку.

Исламисты, как нацисты и инициаторы дела Дрейфуса перед ними, не обязательно ориентируются на конкретных евреев или израильтян, но проецируют свою ненависть на еврейскую расу.

Еврей, по их извращенным понятиям, становится мерзкой метафорой всего, что они ненавидят. Радикальные мусульмане относились к премьер-министру Египта Анвару Садату как к «еврею», которым он, конечно, не являлся, после того как он присоединился к премьер-министру Менахему Бегину в Израиле для заключения мирного договора, за что оба этих деятеля в 1978 году получили Нобелевскую премию мира. Ещё в восьмом веке, сунниты осудили шиитов как «Евреев в своей среде»: зло таится во всех «неверных».

Французское правительство пообещало охранять своих евреев в синагогах, школ и «режимных объектах», но вовсе не очевидно, что доброжелательность и радушие поддержат тот коллективный настрой, который распространился по всей Европе, когда миллионы мужчин и женщин прошли через Париж и другие города в знак протеста против террора исламистов. Оркестрованные марши в ответ на трагедию не могут поддерживать этот дух.

Если евреи продолжат покидать Францию, опустошая страну, в которой они составляли сильную часть её характера, то это было бы, по словам Клода Ланцмана, французского кинорежиссёра документального фильма о Холокосте «Шоа», наградой Гитлеру и его нацизму как «посмертная победа». Может ли это быть возможным семь десятилетий после того, как мир думал, что это исчадие зла было искоренено? Мир наблюдает.

Перевод: +Игорь Файвушович 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:


И ещё