Поиск по этому блогу

Загрузка...

Поведение крайне левых сходно с поведением диктатора Северной Кореи.

Верховный лидер Северной Кореи Ким Чен Ын.
Фото: Flickr.
26 декабря 2014

Алан Дершовиц

Никого не должно удивлять, что диктатор, правящий Северной Кореей, подверг цензуре обидевший его фильм или даже считает, что имеет право нарушить закон, угрожая репрессиями правонарушителям. Его действия сходны с действиями крайне левых феминисток, радикальных мусульман, университетских администраторов и других лиц, стремящихся предотвратить публикацию или распространение материалов, которые они считают оскорбительными.

Я помню случай несколько лет назад, когда радикальные феминистки стреляли из окон книжного магазина на Гарвардской площади в знак протеста против продажи им журнала Playboy. Я также вспоминаю, как мне физически угрожала группа, под названием "Лесбиянки на мотоциклах", феминистская банда байкеров, за юридическое представительство предполагаемой порнографии.
Радикальная исламская цензура стала еще гораздо более угрожающей. Когда некоторые радикальные мусульмане были оскорблены фильмом Тео Ван Гога “Покорность”, в котором раскрываются унижающие женщин взгляды ислама, Ван Гог был хладнокровно убит, а жизни его со-продюсера угрожает соответствующая фетва. Салману Рушди пришлось уйти в подполье, когда против него и его книги “Сатанинские стихи” были выпущены фетвы. Издательство Йельского университета Yale University Press, опасаясь угрозы насилия, подвергло цензуре карикатуры Мухаммеда из книги о нем, после бурной реакции на публикацию карикатур в Скандинавии.

Совсем недавно, радикальные анти-израильские студенты пытались запретить продукты компании SodaStream в Гарвардских столовых, потому что они были оскорблены "микро-агрессией», в связи с тем, что завод компании расположен за пределами зеленой черты Израиля. То есть, они не просто не пили продукты сами, но и пытались помешать их пить всем остальным и даже видеть название компании!

Крайне левые студенты, и даже некоторые умеренно левые, пытались запретить пикантные шутки про секс, а в классах университетских кампусов они ведут оскорбительные разговоры. Речевые коды во многих кампусах предназначены для завуалирования оскорбительных для некоторых студентов замечаний их коллег.

Национальное бюро Amnesty International недавно аннулировало полученное мной от филиала Колумбийского университета приглашение, потому что они были оскорблены некоторыми моими взглядами. И несколько университетов, в том числе Брандейский, отменили предложения о почетных степенях для некоторых получателей, потому что некоторые студенты посчитали их взгляды оскорбительными. Другие достойные кандидаты были обойдены, из-за страха оскорбить кого-нибудь.

Мы живем в эпоху, когда запрет цензуры на материал, который кто-то посчитал оскорбительным, становится широко принятой системой, особенно среди молодых левых.

Есть, конечно, серьезные различия между преступными методами (насилие, хакерство, угрозы) и использованием, возможно, законных средств (речевые коды, отмена приглашений). В любом случае, наложение цензуры на оскорбляющий кого-то материал приводит к схожему результату: самоцензуре.

В моей книге “Занять позицию: Моя жизнь в юриспруденции”, опубликованной в прошлом году, я предсказывал, что "самоцензура, исходящая из страха ответного насилия", даст "тем, кто угрожает насилием, эффективное вето на все, что может быть опубликовано в Соединенных Штатах". К сожалению, последующие события подтвердили точность моих слов.

Так зачем удивляться, когда зарубежный диктатор пытается добиться того, чего пытается добиться большинство американцев, а фактически большинство левых во всем мире, а именно: "права" не слышать и не видеть ничего, что им не нравится.

Это якобы "право", конечно, находится в прямом противоречии с основными правами любого демократического общества - права выражать свои взгляды, даже если некоторые считают их оскорбительными, и вытекающие из этого права услышать или увидеть встречные мнения.

Свобода выражения мнения может оскорбить человека, как минимум, двумя способами. Первый - это прочитать оскорбительную книгу или посмотреть оскорбительный фильм. Тоталитарные диктатуры действительно требуют, чтобы граждане читали и смотрели только то, чего хочет диктатор. Демократии дают нам возможность выбирать наши книги и наши фильмы.

Второй способ - это просто знать, что другие, которых не оскорбляет эта книга или фильм, могут выбрать их для чтения или просмотра.

Первый способ дает вам простое решение: не читать эту книгу, не смотреть этот фильм, переключиться на другой канал, пить Pepsi вместо SodaStream.

Второй- естественно вытекает из условий различных демократий. Гражданин А не должен иметь возможности помешать гражданину B читать или смотреть то, что может оскорбить гражданина А, если он прочитает или посмотрит это.

Есть также случаи, когда определенный материал раскрывает личную информацию о гражданине или изображает его или ее в сомнительном свете. В этих случаях, имеются соответствующие средства правовой защиты, например, закон о диффамации - для тех, кто пострадал от того, что другие читают о них. Кроме того, ваша обида не должна быть основанием для цензуры.

Так что, если мы действительно хотим иметь право лишить легитимности то, что якобы пытается сделать с нами северокорейский диктатор, мы должны начать с себя: делегитимизировать усилия наших собственных граждан подвергать цензуре материалы, которые они считают оскорбительными.



Перевод: +Elena Lyubchenko 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:


И ещё