Поиск по этому блогу

Загрузка...

Я не Шарли!

12 января 2015

Селвин Дьюк, 
American Thinker

Часто случается, что лучшее, что человек может сделать для улучшения своей репутации, это умереть. Джон Ф. Кеннеди теперь уже легендарный президент. Но оценивали бы мы его так высоко, если бы он мог закончить свою политическую карьеру как человек, а не как миф? Ах, эта сила мученичества!

Такая же ситуация с редакторами и карикатуристами французского журнала “Шарли Эбдо” (CH). После нападения 7 января на офисы СН, миллионы людей демонстрируют ему свою поддержку, считают его героем и говорят "Je suis Charlie" (я Шарли). С другой стороны, слышны некоторые одинокие голоса, такие, как голос президента Католической лиги Билла Донохью, говорящие несколько менее лестные вещи о журнале. После недвусмысленного осуждения убийства, Донохью назвал покойного издателя СН, Стефана Шарбонньера, "самовлюбленным" и сказал, что журналист
"не понимал роли, которую он сыграл в своей трагической смерти."
Хотя я обычно соглашаюсь с Донохью, здесь наши мнения несколько расходятся. Во-первых, тон его высказываний слишком почтителен к исламской чувствительности. Во-вторых, я не уверен, что сам Донохью понимает роль, сыгранную Шарбонньером в своей трагической смерти. Насчет этого, не ошибитесь:

"Шарли Эбдо" был врагом западной цивилизации.

Вопрос: Выступали ли сотрудники CH против иммиграции мусульман во Францию, которая, в конечном счете, привела к их смерти?

Может быть, я ошибаюсь, но я рискну предположить, что они не понимали этого. Что они гораздо больше были склонны называть тех, кто был против исламистов, “расистами", ксенофобами и нетерпимыми фанатиками. И это, безусловно, отразилось в интервью карикатуриста CH Бернарда Холтропа, которое он дал голландской газете в субботу. Он не говорил много, кажется, но дал понять, что недоволен тем, что атака на СН поможет Национальному фронту Марин Ле Пен, единственной выдающейся французской партии, подвергающей сомнению иммиграционную модель страны.

Отметим также, что жертвы теракта в CH были в основном беззащитны. Журналистов охранял один полицейский, так как контроль над огнестрельным оружием - это часть их левой программы.

Что касается материалов CH, то они были блевотиной. Джон Рэнсом из Town Hall охарактеризовал их, сказав, что карикатуры Шарли были
"незрелыми, наивными, перегруженным низким туалетным юмором и вовсе не умными. Было много просто оскорбительных карикатур. Не только для мусульман, но и для меня тоже" (благодарю за цитату Джека Кемпа).
Другими словами, ссылаясь на провалившиеся усилия левацкого радио, "Шарли" был таким же тупицей, как и американская пресса. В типично либеральном стиле, его художники приняли ненормативную лексику за глубину, цинизм за проницательность и оскорбление за интеллектуальность. Это напоминает женщин, раздевающихся догола в знак протеста, даже если повод для этого праведный, хотя он, как правило, таким не является, но что это доказывает? Можете ли вы представить себе Джорджа Вашингтона, или жену Марфу, обнажившихся в знак протеста против англичан? С этой ментальностью, была бы позитивной и успешной американская революция?

Но я скажу вам, что это доказывает. Что у нас началось западное вырождение. Это доказывает, что основатель Франкфуртской школы Вилли Мюнценберг не шутил, когда он сказал, что навязывая диктатуру пролетариата, можно "сделать Запад настолько коррумпированным, что он будет вонять". Это распад сейчас очень продвинулся, и CH был его частью.

Конечно, достоин уважения тот факт, что CH, в отличие от большинства других левых, не пощадил мусульман, высмеивая их так же, как и христиан, и все других, кто не нравится (похоже, что всех остальных). Но пока это не так плохо, как пятая колонна внутри общества. Люди, без разбора стреляющие и в чужих, и в своих, точно не помогают. (На самом деле, если бы в одном окопе со мной был один из этих левых, я бы взорвал его раньше, чем врага в чужой форме.)

Да, но позвольте мне изменить это. Можно задаться вопросом, был ли CH на чьей-то стороне, помимо своей собственной, и я подозреваю, что такие люди даже себя не очень любят (Вы можете обвинить их в этом?) Донохью отметил, что кажется, все были его врагами. CH показывал "мастурбирующих монахинь и Римского папу в презервативе", а также атаковал французское правительство, довольно социалистического, независимо от того, кто у власти. И я, кстати, знаю такого парня, он критиковал Д.В. Буша за то, что тот слишком консервативен, а затем поменял свою пластинку, когда в должность вступил Обама.

Он начал критиковать Обаму за то, что он слишком консервативен.

Мы можем задать вопрос таким людям: есть ли вообще добро в мире ? Или из добра остались только вы?

Я знаю, каким будет их ответ: "F *** ***, @ # $% &!"

Эту типично левую ненависть отразил карикатурист СН Бернар Холтроп, кто откликнулся на излияния в поддержку его журнала весьма пренебрежительно, говоря:
 «У нас появилось много новых друзей, как Папа, королева Елизавета и [президент России Владимир] Путин. Это действительно заставляет меня смеяться ... Мы блюем на всех этих людей, которые вдруг говорят, что они наши друзья ".
Но Холтроп и его товарищи многие годы блевали на западную цивилизацию, поэтому он не должен беспокоиться, что найдет меня среди своих друзей. Вместо этого, я хотел бы напомнить вам мудрые слова британского государственного деятеля Эдмунда Берка:
"В вечной природе вещей написано, что люди с несдержанными душами не могут быть свободными. Их страсти сковывают их ".
Мы не собираемся сохранять законные свободы, которые будут ограблены людьми с несдержанными душами, когда мы сами люди с различными несдержанными душами. И кого мы должны бояться больше всего? Кто представляет наибольшую угрозу для нас? Мусульманские фундаменталисты? Или светские фундаменталисты, которые, как неблагополучные клетки, атакующие иммунную систему организма, делают нас восприимчивыми к вредным внешним воздействиям? Перефразируя римского философа Цицерона, враг у ворот, несущий открыто свое знамя, менее опасен, чем тот, что внутри, с этой стороны ворот, который разлагает душу народа, работает тайно, ночью, подрывая устои общества, и инфицируя политические органы так, что они больше не могут сопротивляться.

Мы боролись с осажденными Советами, чтобы победить Гитлера, но мы никогда не говорили "Я Сталин."

Я, конечно, как и все, против мусульманских джихадистов, но я с гордостью могу сказать”JE NE SUIS pas Charlie” - “Я не Шарли!


Перевод: +Elena Lyubchenko 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:


И ещё