Поиск по этому блогу

Загрузка...

Почему я не могу найти улицу Барухa Гольдштейнa в Waze

Хеврон, пещера Патриархов
30 октября 2015

Ури Маркс

25 февраля 1994 года в Пещере Патриархов в Хевроне произошло террористическое нападение.

В этой атаке погибли 29 палестинских верующих. Невинных палестинцев, занятых своей повседневной жизнью.

Исполнителем этого теракта был Барух Гольдштейн. Он открыл огонь, убил 29 человек и ранил еще более 125.

Д-р Барух Гольдштейн продолжал неистовствовать, потому что он был в отчаянии.

Он чувствовал, что у него нет выхода, он чувствовал, что не может доверять своим лидерам. Он видел, что мир вокруг него рушится. Все, во что он верил, разрушалось. Ежедневные теракты палестинских террористов уносили молодые еврейские жизни.

Доктор Гольдштейн ежедневно лечил раненых и умирающих мирных евреев. Он жил в районе, который был дорог ему и его семье, а его правительство намерено было отдать его.
Он был по-настоящему подавлен. Он был крайне обеспокоен. Он чувствовал безнадежность ситуации.

Все это привело к этому очень кровавому дню. В представлении Баруха Гольдштейна это был единственный способ выразить свое отчаяние, беспомощность и протест против происходящего.

Барух Гольдштейн делал это, чтобы его беда, его отчаяние и отчаяние его единомышленников стали известны другим. Он не считал своих жертв невинными гражданскими лицами. После его приступа ярости и убийств, толпа набросилась на него и он был убит.

Иерусалимские “ножевые атаки” 

3 октября 2015 года Муханнад Халиби, 19-летний палестинец, убил двух израильских евреев в Старом городе Иерусалима. Жертвами были ни в чем не повинные евреи, погруженные в свои повседневные дела.

Муханнад пошел на этот шаг, потому что он был в отчаянии. Он видел, что мир вокруг него рушится и представляет собой мишень правительства, за которое он не голосовал и которое не представляло его интересов. В воображении Муханнада Халиби, убийство невинных евреев было единственным способом выразить его отчаяние, беспомощность и протест против происходящего.

Он не видел в своих жертвах невинных гражданских лиц.

Смерть Баруха Гольдштейна

У Баруха Гольдштейна были и до сих пор есть его сторонники и сочувствующие. Но после убийства в Хевроне правительство Израиля осудило теракт Гольдштейна. Израильское руководство дистанцировалось от этого нападения и осудило его самым строгим образом. Израильской общественности был послан четкий сигнал, что такого рода поведение недопустимо, какое бы отчаяние ни чувствовал человек или группа людей. 

Барух Гольдштейн был убит после того, как он убил невинных мирных жителей. Баруху Гольдштейну было отказано в погребении на еврейском кладбище. После того, как его могила была превращена его сочувствующими в место молитвы, правительство Израиля уничтожило ее. Израильская армия снесла ее бульдозерами. Это соответствовало постановлению Верховного суда от 1999 года, в котором запрещаются памятники террористам, как еврейским, так и террористам других религий.

Смерть Муханнада Халиби

После теракта Муханнада, он был убит. Палестинская администрация похвалила атаку. Улица на окраине Рамаллы была названа, по словам руководства, 
"в честь Халиби, который выполнил против поселенцев операцию холодным и горячим оружием в Старом городе оккупированного Иерусалима"
Мухаммад Хусейн, мэр Сурде-Абу-Кас, сказал: 
"Это самое малое, что мы можем сделать для мученика Халиби "
Именем Муханнада всего лишь была названа улица.

Присвоение имени террориста улицам - это один из способов прославления террористов Палестинской автономией и ХАМАСом. Но есть и более роскошные пути прославления террористов в этих обществах. Вот лишь некоторые примеры:
  • Далаль Муграби, угнавшая в 1978 году автобус, в котором погибли 37человек (12 из них были детьми). Ее имя было прославлено присвоением его трем школам, летним лагерям, общественным объектам.
  • Абд аль-Удэ Басэт убил 30 человек в теракте на пасхальном седере. Теперь есть футбольный турнир для детей, названный в его честь. Его брат раздает призы и награды.
  • Таир Хаммад, убийца 10 израильских граждан. Палестинская автономия называет его "героем" интифады.
  • Салах Халаф участвовал в Мюнхенской резне в 1972 году, за это в его честь названы три школы. 
  • Нашат Абу Джабара, был членом ХАМАС и создателем бомб. Он изготавливал пояса шахидов, используемые для убийства десятков израильтян в многочисленных актах самоубийств. В честь него названа женская школа.
Люди в отчаянии

Д-р Гольдштейн и миллионы израильтян чувствуют себя в отчаянии. Они хотят мира. Они не хотят жить с ежедневной угрозой насилия со стороны палестинских террористов или политической угрозой дальнейших уступок земли правительством Израиля.

Муханнад Халиби и миллионы палестинцев в отчаянии. Они не хотят жить с ежедневными проверками израильских сил безопасности, в политическом тупике, когда их государство все никак не реализуется.

Любая атака может быть оправдана этим "отчаянием". Баруха Гольдштейна или Муханнада Халиби

Улица имени Баруха Гольдштейна или улица имени Муханнада Халиби.

Конфликт в Израиле часто описывают такими выражениями, как: насилие с обеих сторон; экстремисты с обеих сторон; Давид и Голиаф; апартеид в Израиле; угнетатели и угнетенные; оккупант; чрезмерная сила.

Эти выражения представляют оценочные суждения и позиции, которые люди желают занять в конфликте. Эти выражения помогают оправдать свое мнение в том, что происходит, и они помогают оправдать любые действия или бездействия сторон в конфликте.

Эти термины используются средствами массовой информации, правозащитниками, движением BDS и иже с ними. И эти выражения приводят к полному отрицанию реальности:

Присвоение равной вины обеим сторонам морально отвратительно.

Моральной эквивалентности нет и не может быть.

Руководство одной стороны осуждает теракты и, конечно же, не прославляет нападения на гражданских лиц. Для политического руководства этой стороны нет никакого значения то, что человек или группа людей чувствуют отчаяние... Убийство детей, женщин и гражданских лиц никогда не будет оправдано и тем более никогда не будет прославлено.

Как только я найду в своём Waze улицу Барух Гольдштейн, я пойму, что насилие может быть оправдано.

Как только я перестану встречать улицы, названные именами террористов, как Муханнад Халиби, я пойму, что мир возможен.


Перевод: +Elena Lyubchenko 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

И ещё