Поиск по этому блогу

Загрузка...

Обама против Сунь-Цзы. Цена недооценки опасности - смерть.

Jamie Glazov
Obama-Sun-Tzu-AP
Президент Обама очень расстроен из-за своих критиков, которые порицают его за неупотребление им и его администрацией термина "радикальный Ислам" для описания нашего врага в войне с террором. Во время своего выступления во вторник, употребив термин "радикальный Ислам", Президент сердито сказал:
"Что именно мы достигнем, используя этот ярлык? Что именно он изменит? Сделает ли это ИГИЛ не таким настроенным убивать американцев? Принесет ли это больше союзников? Будет ли под этим какая-то военная стратегия? Ответ — нет, ни по одному из перечисленных. Называние угрозы другим именем не заставит ее исчезнуть. Это политическое развлечение". 
Интересно отметить, что наш враг весьма озабочен тем же самым "политическим развлечением".

В 2011 году авангардная группа Мусульманского Братства обратилась к администрации Обамы с требованием взглянуть на учебные материалы для ФБР и сотрудников правоохранительных органов и проверить, какие слова там используются. Любопытно, что вместо того, чтобы прогнать Братство прочь, объяснив, что ярлыки ничего не "достигают" и не "изменяют", администрация покорно согласилась. Еще любопытнее, что, когда Братство вернулось и потребовало, чтобы все упоминания слов связанных с Исламом, таких, как "джихад, шариат и радикальный Ислам" были исключены из материалов, администрация снова покорно согласилась.

Так что имеется интригующая ситуация, когда люди, желающие защитить Америку, умоляют Обаму использовать термин "радикальный ислам" для описания силы, ведущей войну против нас, он отказывается и гневно отвечает, что "разные" имена не заставят вещи исчезнуть. Однако, когда тоталитарная идеология, которая стремится разрушить нашу цивилизацию (и может похвастаться, что делает это нашими собственными руками), приказывает нам не использовать метку "радикальный ислам", Обама следует приказу.

И таким образом, как документально подтвердил писатель Стивен Кафлин в своей книге "Катастрофический провал", администрация Обамы искоренила всякие упоминания джихада и Ислама из материалов разведывательного агентства США. И это действие, и отношение проникли во все правительственные сферы. Вот почему в государственном департаменте, например, должностному лицу не разрешается спрашивать иммигранта о его взглядах на джихад или шариат до утверждения его визы. Официальое руководство по "антитерроризму" говорит, что высылка мусульман из страны за оказание поддержки шариату, нарушает Первую поправку.

Таков извилистый менталитет Обамы в «оборонной стратегии» войны с террором, который требует, чтобы американские чиновники и следователи учитывали только жестокое или уголовное поведение при попытке сохранить безопасность Америки. Радикальная идеология игнорируется, особенно, если она имеет внешний налет «религиозного самовыражения».

В результате, когда массовый убийца в Орландо, Омар Матин, озвучил свою поддержку убийствам неверных ради Аллаха и Ислама, это должно было быть проигнорировано, и ФБР это проигнорировало. Вот почему ему позволили проскользнуть. Бюро не желало нарушать правила администрации и позволило потенциальной опасности для жизни невинных американцев оказаться на пути борьбы с расизмом и исламофобией.

И вот мы подошли к лучшему пониманию, почему, когда русские предупреждали ФБР о Тамерлане и Джохаре Царнаевых, и ФБР заглянуло в досье этих братьев, бюро по расследованиям не нашло ничего предосудительного. Довольно трудно, видите ли, найти что-то предосудительное, когда разговор с джихадистами не влечет за собой никакого упоминания джихада. И, таким образом, 15 апреля 2013, Тамерлан и Джохар отправились устанавливать свои бомбы для убийства в Бостонском марафоне, убив 3 человек (в том числе, 8-летнего Ричарда Мартина) и ранив примерно 264. И сделали они это совершенно сознательно, поскольку они это делали во имя Ислама и Аллаха.

Но ярлыки же не имеют значения.

Хотя ярлыки имели значение для Сайеда Ризвана Фарука и Малик Ташфин 2 декабря 2015, когда они открыли огонь по сотрудникам муниципального правительства на рождественской вечеринке в Сан-Бернардино, штат Калифорния, убив 14 и ранив 21 человека. Малик и Фарук были вдохновлены той же идеей, которая вдохновляла Царнаевых. Незадолго до нападения, Малик использовала социальные средства массовой информации, чтобы объявить о своей любви к джихаду и заверить в своей бессмертной преданности лидера Исламского государства, Абу Бакра аль Багдади. Она была связана с джихадистской мечетью в Пакистане. Фарук, тем временем, установил контакт с несколькими мусульманскими террористическими организациями.

Однако американцы, которые были убиты Малик и Фаруком, по мнению администрации, были слишком мелкой ценой за необходимость преследовать мир утопии без ярлыков. Вот почему прокламации Малик в социальных сетях никогда не были обнаружены до резни в Сан-Бернардино, потому что чиновникам иммиграционной службы было запрещено рассматривать социальные СМИ как часть процесса их вербовки. Администрация Обамы, используя высокие эшелоны Департамента Национальной Безопаности, сознательно запретила расследование социальных средств массовой информации заявителей иммигрантов. Джон Коэн, бывший заместитель секретаря ДНБ по разведке и анализу, разъяснил, что это правило было установлено из страха ответного удара по "гражданским свободам" и "плохим общественным отношениям" для администрации Обамы.

Еще более интригующим было то, как администрация фактически закрыла проект, который, скорее всего, навел бы власти на Фарука и Малик и, в первую очередь, предотвратил бы нападение. Следователь Фил Хейни, бывший агент Департамента Национальной Безопаности, показал, что правительство отменило программу наблюдения, которую он создал для выявления глобальных сетей, которые контрабандой ввозили исламистов в Соединенные Штаты. База данных содержала расследование групп, которые имели связи с Фаруком и Малик, начиная с 2012. Однако государственный департамент и Управление внутренней безопасности по гражданским правам и гражданским свободам считают, что в игру вступила исламофобия, и что контроль нарушает «гражданские права» мусульман, несмотря на то, что подавляющее большинство из них не были даже американскими гражданами. Чиновники администрации обвинили Хейни в слежке за мусульманами, удалили проверку его благонадежности и свернули его программы, уничтожив все 67 записей информации, которые он собрал. Одна из этих записей включала расследование организации, связанной с мечетью в Риверсайде, штат Калифорния, членом которой был Фарук.

Хейни подчеркнул, что если бы его работу разрешили продолжить, то удалось бы предотвратить убийство в Сан-Бернардино. По словам Хейни, 
либо Сайед был бы внесен в список лиц, запрещенных для полетов из-за связей с этой мечетью, и/или были бы отменены визы K-1, выданные его жене, из-за ее связи с известной организацией. 
Хейни также заявил, что он также заглядывает вТаблиг Джамаат, суннитскую исламскую группу, связаную с фундаменталистским движением Деобанди —движением, которое также имеет связи с пакистанской школой, которую посещала Малик. Более тревожно, говорит Хейни, что и террористического нападения в Орландо также можно было бы избежать, если бы его расследования не были закрыты. 

В отличие от президента, которого, казалось, озадачил запрос на использование ярлыка «радикальный ислам», Сунь-Цзы, китайский генерал и военный стратег, автор шедевра Искусство войны, который служит незаменимым руководством по военной стратегии, предлагает ключевое представление важности определения врага.
Если вы знаете врага и знаете себя, вам не нужно бояться результатов даже сотни сражений. Если вы знаете себя, но не знаете врага, то на каждую завоеванную победу вы будете также терпеть поражение. Если вы не знаете ни врага, ни себя, вы будете проигрывать в каждом бою.
Таким образом, для того, чтобы получить хотя бы один шанс победить радикальный Ислам, объявивший нам войну, Сунь-Цзы учит нас важности оценки угрозы. Мы должны повесить ярлык на нашего врага и изолировать то, что вдохновляет и санкционирует войну врага против нас.

Стивен Кафлин подчеркивает это важное правило, объясняя, что, как указывал Сунь-Цзы, мы должны знать, что мотивирует джихадистов, и всегда иметь ввиду, что совершенно неважно, правильно ли они понимают свою собственную идеологию или нет. Мы должны знать, что мотивирует врага, независимо от того, являются ли его мотивы основанными на правильном понимании. Другими словами, пишет Кафлин, задачей профессионала национальной безопасности является:

... не знакомство с истинным Исламом. Она заключается в определении и установлении функционально угрожающей доктрины, независимо от того, соответствует эта доктрина истинному Исламу, или нет. Важно то, чтобы мы понимали доктрины противника, а не то, насколько правильно он их понимает.

Сегодня, к сожалению, с Обамой на службе, происходит полная противоположность тому, о чем Сунь-Цзы и Стивен Кафлин предупреждали, что должно случиться, чтобы разгром врага имел место. Наш язык находится под контролем, и враг не может быть назван. Назвать врага теперь опасно для тех, кто работает в администрации Обамы. Кафлин отмечает: «Сегодня аналитики ФБР и Министерства национальной безопасности караются, если они называют по имени исламское движение, даже если они приводят источники угрозы, которые используют те же самые исламские термины».

Таким образом, Кафлин рисует нам ужасающий портрет: враг имеет над нами "языковое господство", и такая ситуация «ставит группы, подобные Мусульманскому Братству, вне досягаемости следователей, аналитиков, национальной безопасности и даже заинтересованных членов Конгресса". Другими словами, группы, связанные с Братством, и отдельные лица, являются теперь выше и за пределами закона.

Да, в конце концов, с помощью ярлыков может действительно что-то удастся.

В своем выступлении во вторник, ссылаясь на «радикальный Ислам», Обама категорично сказал: «Мой советник мне ни разу не сказал: "Мужик, если мы используем эту фразу, мы все повернем на 360 градусов". Ни разу».

Несомненно, заявление президента является правильным. Наверняка его советники не хотят, чтобы их наказали или уволили. Они знают, какие приказы они получили, как и то, что им разрешено и запрещено говорить.

Понятно, почему ни один из тех, кем Обама окружил себя, никогда ничего не говорил ему такого, что позволило бы администрации разгромить врагов Америки, защитить нацию и спасти американские жизни.

В самом деле, ни разу.

Джейми Глазов-редактор Frontpagemag.com. Он является доктором философии по истории со специализацией по России, США и внешней политики Канады. Он также автор книги "Единые в ненависти", ведущий шоу веб-ТВ, Банда Глазова. 
С ним можно установить контакт по адресу jamieglazov11@gmail.com.



Перевод: +Miriam Argaman 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

И ещё