Поиск по этому блогу

Загрузка...

Международная болезнь по имени Хилари Клинтон

Дик Никсон

There Is an International Disease Which Is Hillary Clinton
Сейчас наступила очередь бегунов-демократов столкнуться с гневом и испить от мудрости 37-го президента Америки.

На помосте установлены 17 американских флагов, одни — на подставках в центре, другие — заботливо свисают по углам.

В комнате с потолками высотой 27 футов — аудитория Сан-Диего, состоявшая из бывших офицеров вооруженных сил, полных активности. «Звезды и полосы навечно» повторялось два, шесть, 18 раз, а скрепки проваливались в прорези, пока люди дожидались сигнала.

При взгляде искоса могло показаться, что это мисс Пеория фейерверк фестиваля, но не повезло: то была госпожа Клинтон, которая пришла рассказать нам, почему г-н Трамп опасен для внешней политики.

Я так давно выступаю в этом журнале, что, кажется, Хиллари Клинтон обратила внимание. Она, наконец, прекратила тянуть волынку по поводу манер Дональда Трампа и попыталась рассказать, что он будет делать как главнокомандующий: выйдет из НАТО, объединится с Владимиром Путиным, отрежет прочь Японию и Саудовскую Аравию, заставив их идти по ядерному пути. Все было изложено нудным учительским голосом.

Легко представить себе, как

«Трамп ведет нас к войне только потому, что кто-то спровоцировал его»,— сказала она. 
«Неужели мы хотим, чтобы его палец оказался рядом с кнопкой?!»
Только не в моем чертовом Белом Доме. Трамп — ничего не знающий изоляционист и фанатик типа Чарльза Линдберга или Уильяма Тафта. Сейчас популярно говорить, что он играет на руку «яхуистам» (от Яху — прим. пер.), но Клинтон справедливо указала, что он вот уже 30 лет играет все тот же акт. Тогда это была Япония, куда наших женщин продавали в рабство. Теперь он говорит, что это Китай и Мексика. Позволим ли мы ублюдкам скручивать нас в бараний рог за каждый паршивый цент или встанем и будем действовать, как американцы?

Конечно, Трамп «опасно бестолковый». Он «не может сделать такую работу». Однако полнаселения видят парня, который разговаривает, как они. Они видят, как сукин сын с большим домом и молодой женой, бросает деньги на решение проблем и не обращает внимания на то, кому он перешел дорогу, если он выигрывает. Поэтому, когда Клинтон продает себя, как некто, кто поднялся по лестнице и хочет сохранить статус-кво — это риск. Вряд ли это выглядит аппетитно для американцев, которые больны, устали, бедны и испуганы.
«Я сидела в ситуационной комнате», — сказала она. «Я не новичок в этой работе»
(«Ситуационная комната»  — комната в военном или политическом штабе, где анализируются свежие сведения о военно-политическом положении — прим. пер.).

Я не новичок в бейсболе, но это не значит, что я пригоден для него.

Давайте рассмотрим сообщения Клинтон по Китаю. Боже правый! Еще 40 лет назад наши китайские друзья могли уже быть на Марсе. Она оценила, как далеко мы продвинулись? А вся ее фигня о Генри Киссинджере, она вообще слушала того парня, который привел нас туда?

В качестве первой леди она осмелилась поехать в Пекин в 1995, чтобы читать там лекции по правам женщин. Такая самореклама перед камерами была воинствующим абсурдом. Это был плевок в Китай, как в третьесортную нацию, которую легко привести в замешательство. Хотя это может сыграть с домохозяйками. Христос знает, будут ли их мужья нуждаться в них потом.

Она начала как государственный секретарь, сказав, что права человека в Китае «не сочетаются»  с прогрессом. Это обнадеживало, и она помогла построить важные кратковременные мосты с Китаем, не в последнюю очередь — на санкциях против Ирана. Но взаимоотношения никуда не привели. Клинтон стояла за поворотом «задницей к Азии», в результате которого Америка якобы должна была перенаправить военные и стратегические ресурсы из Ближнего Востока.

Поверьте мне, я знаю китайцев. Они не просто ценят тонкость: они требуют ее. Они отождествляют ее с силой. А там, где они видят слабость, они стремятся заполнить ее, как вода достигающая своего уровня. Этот новый подход к Китаю предполагает агрессию. После «большого взрыва» реструктуризации и инвестиций, китайская армия ослабла, но готова доказать, что Китай, говоря словами Си Цзиньпина, не просто большая страна, а «большая и мощная страна». Транспортные конторы в Перл-Харборе, продающие оружие Вьетнаму, не остановят Китай от захватов земель в Южно-Китайском море, а только усилят ответную реакцию.

Сейчас нас связывают деньги, однако, наши отношения с Китаем были построены на безопасности. Когда я встретился с Мао Цзэдуном в 1972, это было единственной темой. Советские войска дышали в шею Пекину, и нам было необходимо ослабить их игру в Европе. Мао союзничал с нами, потому что мы не угрожали Китаю, и он знал, что мы ему позволим вести свои собственные дела дома.

Сегодня наши общие интересы включают мирный Корейский полуостров, безъядерная Япония, мирное урегулирование гонки вооружений в Индии-Пакистане и спор о Кашмире. Но назовите это идеологией, политическим расчетом, эмоциями, узколобым взглядом на роль Америки, чем угодно, но обращение Клинтон с Китаем почти все это свернуло.

Она была готова сорвать согласованность по китайскому диссиденту Чэнь Гуанчэню, который избежал домашнего ареста, когда Клинтон приехала в страну в 2012, и потребовал убежища в посольстве США в Пекине. Хотя она провела успешные переговоры, чтобы Чэнь мог покинуть страну, ее отношение, по словам советника, было:
«Если отношения пострадают, то мы примем удар».
Оскорбление вызывает сожаление, и она должна заткнуться. Не наше дело, как они обращаются со своим народом. Если Китай встанет и смутит нас по поводу геев, что мы скажем?

Чэнь — адвокат-самоучка, который напал на Пекин из-за прав женщин, бедных и политики одного ребенка — все, насчет чего миссис Клинтон читала свои лекции в 1995. Вопреки ее заявлению, что она научилась «смирению» и «скептицизму» от своего голосования по войне в Ираке, Клинтон относится к американской внешней политике, как к той проклятой сидячей забастовке в Уэллсли.

Более эффективные отношения должны начаться с признания китайской системы правления, но Клинтон отказывается сделать это. Вот вся ее политика: Китай крадет наши рабочие места, и никто, ни одна женщина, не хочет поддерживать народ, который топит в ведрах новорожденных девочек.

И таким образом продолжается поворот к Азии, вопреки на взгляды на Ближний Восток. Около 2500 морских пехотинцев США теперь размещены в Австралии, и мы проводим совместные военные учения с Таиландом. Черт побери, мы даже пригласили Миянмар в качестве наблюдателя. Вы думаете, Пекин не видит, что происходит?

Берегитесь веры Клинтон в армию. Когда Северная Корея потопила корабль ВМС Южной Кореи в 2010, Китай предупредил нас держаться подальше. Тем не менее, Клинтон посоветовала президенту Барку Обаме отправить авианосец в Жёлтое море. «Мы их до кишок достанем», — сказала она.

Президент отказался: 
«Я не веду разговоров с авианосцами».
Старый футболист говорит во мне, что он прав. Никогда не меняйте игру на линии схватки, угрожая американской жизни без прямой угрозы.

Клинтон только и любит, что открыть банку пива с генералом, положить ноги на стол, да подслушать стратегию. Но понимает ли она, что человек со звездами на своей груди, давно убежден в абсолютном превосходстве Америки? Её наивная и катастрофическая тенденция бомбить Ливию подобна игре в «Захват флага». 

«Будь на нужной стороне истории»,— сказал ей Боб Гейтс. «Мы сотрем ублюдков», — сказала армия.
Британцы и французы были все за бомбежку, поэтому Клинтон посоветовала Президенту перескочить через линию. 
«Вы не видите, какие настроения царят [в Ливии], и как это само по себе служит своего рода импульсом», — сказала она. «И нас оставят позади, и мы не сможем повлиять на это».

Я не знаю, с чего начать: со слепой веры парнишки в демократию Джефферсона; убеждение, что только грубая сила может реализовать ее, или чертовски глупая идея, что в наших интересах не делать ничего, кроме как поддерживать парня, который удерживал радикалов.

Клинтон заявила в четверг, что политика Трампа приведет к «вакууму» за границей, и что «другие страны поспешат заполнить этот вакуум». Это верно, конечно. Но учитывая нынешнее состояние Ливии, как она это говорит, не держа выпивки в руке? Вина̀, в конечном итоге, ложится на Президента Обаму, но её слово изменило ход, а она даже не извинилась за это.

Идеология, наивность, политический расчет. Мы ничего не должны ожидать от человека, который называет поддержку Путиным Башара аль Асада «презренной» и хочет направить американских пилотов в бой с российскими МиГами, если она получит бесполётную зону над Сирией, как она предлагала.

К чему такой риск?

«[Потому что] Америка выступает против стран, которые относятся к женщинам, как к животным, или считают людей другой расы, религии или национальности недолюдьми».

Да, когда это в интересах Америки.

Вы думаете, что у меня не вызывают слезы голодающие дети или убийства женщин? Вы думаете, что меня не волнует, что я мог бы сделать? Иногда приходится делать трудный выбор — да, я читал эту проклятую книгу — не делать ничего вообще. Президент должен жить с этим. Это цена за сидение в кресле.

Клинтон может пить чай с Киссинджером и делать все, что ей нравится, но в ней всегда побеждал активизм над реализмом. Таков политический риск, и каждый бит так же опасен, как то, что предлагает Трамп.



Перевод: +Miriam Argaman 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

И ещё