Поиск по этому блогу

Загрузка...

Реакция Трампа на террористическую атаку в Орландо

"Мы должны сказать правду о радикальном исламе"




Благодарю вас за то, что присоединились ко мне сегодня.

Я собирался произнести речь о том, каким плохим президентом будет Хилари Клинтон, особенно в эти времена радикального исламского террора. Даже ее бывший агент секретной службы, который видел ее подавленной в периоды стресса, заявил, что ей не хватает темперамента и целостности, чтобы быть президентом. Для обсуждения этих важных вопросов будет много возможностей в более позднее время, и я скоро выступлю с такой речью.

Однако сегодня есть лишь одна вещь, которую следует обсудить — это растущая угроза терроризма внутри наших границ. Нападение на ночной клуб "Пульс "в Орландо, штат Флорида, был худшим террористическим ударом на нашей земле, начиная с 11 сентября, и худшим массовым расстрелом в истории нашей страны. Так много погибших, так много людей тяжело ранены, такая резня, такой позор. Неописуемый ужас.

Семьи этих замечательных людей полностью разрушены. Точно также разрушена вся наша нация, а по сути — весь мир. Мы выражаем наши глубокие соболезнования жертвам, раненым и их семьям. Мы скорбим вместе, как один человек, по потере нашей нации и заявляем о нашей поддержке всех, кто в ней нуждается. Я хотел бы сейчас попросить соблюсти минуту молчания по жертвам нападения.

Вся наша нация выражает солидарность с членами сообщества ЛГБТ в Орландо. Это очень темный момент в американской истории. Радикальный исламский террорист целил в ночной клуб не только потому, что хотел убить американцев, но для осуществления казни геев и лесбиянок — граждан из-за их сексуальной ориентации. Это удар в сердце и душу того, что мы представляем собой как нация.

Это нападение на способность свободных людей жить своей жизнью, любить, кого они хотят, и выражать свою самобытность. Это нападение на неотъемлемое право каждого американца жить в условиях мира и безопасности в их собственной стране. Мы должны ответить на это нападение на Америку как один единый народ — с силой, целью и решимостью. Однако нынешний политически корректный ответ подрывает нашу способность четко говорить, думать и действовать. Если мы не будем действовать жестко, умно и быстро, у нас больше не будет страны, у нас ничего не останется.

Убийца, чье имя я не буду использовать и даже произносить, родился от афганских родителей, которые иммигрировали в Соединенные Штаты. Его отец выразил поддержку афганскому движению Талибан, режиму, который убивает тех, кто не разделяет его радикальные взгляды. Его отец даже сказал, что он баллотировался на пост президента этой страны.

Последней фразой является, что единственная причина, по которой убийца оказался в Америке — это в первую очередь то, что мы позволили его семье приехать сюда. Это факт, и это факт, о котором нам нужно говорить. У нас неблагополучная иммиграционная система, которая не позволяет нам знать, кого мы впускаем в нашу страну, а она не позволяет нам защищать наших граждан. У нас некомпетентная администрация, и если я не буду избран президентом, ничто не изменится в ближайшие четыре года, но это необходимо изменить, и это должно измениться сейчас. С 50 человеками погибших и десятками раненых мы не можем позволить себе больше кружить вокруг вопроса - мы должны прямо рассмотреть его.

Я призвал к запрещению после Сан-Бернардино и был встречен с большим презрением и гневом, а теперь многие говорят, что я был прав, сказав это, и хотя затишье носит временный характер, мы должны понять, что происходит. Запрет будет снят, когда мы как нация будем в состоянии должным образом и как следует проверять людей, въезжающих в нашу страну.

Иммиграционные законы Соединенных Штатов Америки наделяют президента полномочием приостановить въезд в страну лиц любого класса, которых президент посчитает пагубными для интересов или безопасности Соединенных Штатов, как он сочтет целесообразным.

Я использую власть для защиты американского народа. Если меня изберут, я прекращу иммиграцию из районов мира, в которых имеется проверенная история терроризма против Соединенных Штатов Америки, Европы или наших союзников, до тех пор, пока мы не поймем, как положить конец этим угрозам. После полной, беспристрастной оценки безопасности, которая давно назрела, мы будем развивать ответственную иммиграционную политику, которая послужит интересам и ценностям Америки. Мы не можем продолжать разрешать тысячам и тысячам людей наводнять нашу страну, когда многие из них имеют ту же ментальность, что и этот дикий убийца. Многие из принципов радикального Ислама несовместимы с западными ценностями и институтами. Радикальный Ислам — антиженский, антигейский и антиамериканский.

Я отказываюсь позволить Америке стать местом, где геи, христиане и иудеи являются объектами преследования и запугивания со стороны радикальных исламских проповедников ненависти и насилия. Это не просто вопрос национальной безопасности. Это проблема качества жизни. Если мы хотим защитить качество жизни всех американцев – женщин и детей, геев и гетеросексуалов, иудеев, христиан и всех людей, то мы должны сказать правду о радикальном Исламе. Мы должны сказать правду также о том, что радикальный Ислам приближается к нашим берегам. Мы импортируем радикальный исламский террор Западу через неудачную иммиграционную систему и разведывательное сообщество, поддерживаемое нашим президентом.

Даже руководитель нашего собственного ФБР признал, что мы не можем эффективно проверять происхождение людей, которых мы впускаем в Америку. Всем угонщикам 11 сентября были выданы визы. Большое число сомалийских беженцев в штате Миннесота пытались присоединиться к ИГИЛ. Бостонские бомбисты прибыли сюда в поисках политического убежища.

Стрелок в Сан-Бернардино — я снова не буду упоминать его имени — был ребенком иммигрантов из Пакистана. Он привез свою жену, тоже террористку, из Саудовской Аравии, по еще одной из наших программ легкого получения визы. Иммиграция из Афганистана в Соединенные Штаты за один год увеличилась почти в пять раз.

Согласно исследованиям института Пью, 99% людей в Афганистане поддерживают угнетающие законы Шариата. Мы впустили еще многих из других стран региона, которые разделяют такие же угнетающие взгляды. Если мы хотим оставаться свободным и открытым обществом, то мы должны контролировать наши границы. Тем не менее Хиллари Клинтон в течение месяцев, несмотря на большое количество нападений, неоднократно отказывалась даже произнести слова "радикальный ислам", пока я вчера я не вынудил ее сказать эти слова или покинуть предвыборную гонку.

Однако Хиллари Клинтон, которая была вынуждена произнести сегодня эти слова, после того, как политика, которую она поддерживает, причинила нам так много вреда, еще не понимает, что такое радикальный Ислам, и не хочет откровенно говорить о том, что он такое. Она находится в полном отрицании, а ее нежелание даже назвать врага, сеет слабость по всему миру. Всего за несколько недель до убийства в Сан-Бернардино, Хиллари Клинтон объяснила свой отказ произнести слова "радикальный Ислам". Вот что она сказала: «Мусульмане мирные и терпимые люди, которые не имеют ничего общего с терроризмом».

Хиллари Клинтон говорит, что решение — в запрещении оружия. Это пытались сделать во Франции , которая имеет одни из самых суровых законов относительно оружия в мире, а 130 человек были зверски и холоднокровно убиты исламскими террористами. Ее план — разоружить законопослушных американцев, отменить вторую поправку и оставить только плохих парней и террористов с автоматами. Она хочет забрать оружие у американцев, а потом впустить тех самых людей, которые хотят нас убивать. Я встречусь с НСА (Национальная Стрелковая Ассоциация —прим. пер.), которая дала мне свое одобрение в президентской гонке, чтобы обсудить, как сделать так, чтобы американцы имели средства самозащиты в этот век террора. Последней фразой является, что Хиллари поддерживает политику, которая несет Америке угрозу радикального Ислама и позволяет ему расти за рубежом. Катастрофический план Хиллари Клинтон относительно иммиграции приведет в страну еще больше радикальных исламских иммигрантов, угрожая не только нашей безопасности, но и нашему образу жизни.

Когда дело касается радикального исламского терроризма, незнание — не благо, оно смертельно. Администрация Обамы, при поддержке Хиллари Клинтон и других, нарушила нашу безопасность, запретив сбор разведывательной информации и не оказав поддержки правоохранительным органам. Она поставила политкорректность выше здравого смысла, выше вашей безопасности и выше всего остального.

Я отказываюсь быть политически корректным. Я буду делать то, что правильно. Я хочу выпрямить вещи и вернуть величие Америке. Время смертельного невежества закончится, и закончится очень скоро. Как Президент, я дам нашему разведывательному сообществу, правоохранительным и военным органам средства, необходимые для предотвращения террористических нападений. Нам нужна непревзойденная система сбора разведданных. Это включает в себя более тесное сотрудничество между государственными, местными и федеральными чиновниками и нашими союзниками. У меня будут генеральный прокурор, руководитель национальной разведки и министр обороны, которые будут знать, как вести войну против радикального исламского терроризма. Они получат всю поддержку, какая им понадобится, чтобы выполнить свою работу.

Мы также должны быть уверены, что американскому народу предоставляются сведения, в которых он нуждается, чтобы понять угрозы. Подкомитет Сената по иммиграции уже выявил сотни иммигрантов, которые занимаются террористической деятельностью на территории Соединенных Штатов после 11 сентября. Почти год назад подкомитет Сената попросил Департаменты юстиции Президента Обамы, Департамент государственной и национальной безопасности предоставить иммиграционные записи всех террористов внутри Соединенных Штатов.

Эти департаменты отказались это выполнить. Президент Обама должен выдать полные иммиграционные истории всех лиц, замешанных в террористической деятельности любого рода после 9/11. Общественность имеет право знать, как эти люди оказались здесь. Мы должны отсканировать заявителей, чтобы знать, связаны ли они с радикальными группами и разделяют ли они их убеждения. Мы должны контролировать количество будущих иммиграции в эту страну, чтобы предотвратить формирование крупных радикальных очагов внутри Америки.

Даже один человек может причинить разрушительные последствия, просто посмотрите на то, что произошло в Орландо. Можете ли вы представить себе большие группы? Наверняка, наш президент не знает, что он делает. Он ослабил нас, ослабил ужасно, и под его руководством, эта ситуация не улучшится, а будет становиться только хуже.

Соединенные Штаты впускают ежегодно более 100 000 иммигрантов из Ближнего Востока и многих других из мусульманских стран за пределами Ближнего Востока. Наше правительство предполагало возрастание этого числа ежегодно, без какого-либо эффективного плана нашей безопасности. Госдепартамент, руководимый Клинтон , отвечал за процесс приема людей, желающих въехать из-за рубежа. Ничего не усвоив из этих нападений, она теперь планирует массовое увеличение приема без плана проверки, включая прирост на 500% сирийских беженцев. Это улучшенная и расширенная версия легендарного троянского коня. Мы не можем позволить этому случиться.

В общей сложности, согласно плану Клинтон, вы должны принять сотни тысяч беженцев из стран Ближнего Востока без системы их вето или предотвращения радикализации их детей. Бремя возлагается на Хиллари Клинтон сообщить нам, почему она считает, что иммиграцию из этих опасных стран следует увеличить без какой-либо эффективной системы проверки, кого мы впускаем. Бремя возлагается на Хиллари Клинтон рассказать нам, почему мы должны впускать кого-то в нашу страну, кто поддерживает насилие любого рода против геев, лесбиянок и американцев. Бремя возлагается также на Хиллари Клинтон рассказать нам, как она будет платить за это. Ее план будет в перспективе стоить американцам сотни миллиардов долларов. Не лучше ли потратить эти деньги на восстановление Америки для нашего нынешнего населения, включая многих бедных людей, уже живущих здесь?

Мы должны остановить огромный поток сирийских беженцев в Соединенные Штаты. Мы не знаем, кто они, у них нет никаких документов, и мы не знаем, что они планируют. Что я хочу, так это здравого смысла. Я хочу твердой линии иммиграционной политики, которая пропагандирует американские ценности. Таков выбор, перед которым я ставлю американский народ. Твердая иммиграционная политика в интересах Америки, или радикальная иммиграционная политика Хиллари Клинтон в интересах политически корректных особых интересов.

Мы должны поумнеть, стать жестче и бдительнее, и мы должны сделать это сейчас, потому что позже будет слишком поздно. Средства массовой информации говорят о "доморощенном" терроризме, однако, исламский радикализм и сети, которые подпитывают его, прибыли из-за рубежа.

Да, есть много радикально настроенных людей уже внутри нашей страны вследствие плохой политики прошлого. Но весь смысл заключается в том, что нам будет гораздо, гораздо легче иметь дело с нашими нынешними проблемами, если мы не будем продолжать впускать людей, которые добавляют этих проблем.

Например, спорная мечеть, которую посещал бостонский бомбист имела среди своих основателей иммигранта из-за рубежа , который принимал участие в террористическом заговоре. Тот стрелок в Орландо — ребенок отца иммигранта , который поддерживает один из наиболее репрессивных режимов на земле. Почему мы должны принимать людей, поддерживающих насилие и ненависть? Хиллари Клинтон не может претендовать на то, чтобы быть другом гей-сообщества, пока она продолжает поддерживать иммиграционную политику, которая ввозит исламских экстремистов в нашу страну, которые подавляют женщин, геев и тех, кто не разделяет их взгляды.

Она не может работать на два фронта. Она не может претендовать на поддержку этих общин, пытаясь увеличить количество приезжих, которые хотят их подавлять. Как подобная иммиграция может улучшить нашу жизнь? Как именно такого рода иммиграции сделает нашу страну лучше? Почему Хиллари Клинтон хочет привезти сюда людей (в огромном количестве), которые отвергают наши ценности?

Спросите себя, кто действительно друг женщин и сообщества ЛГБТ: Дональд Трамп с его действиями или Хиллари Клинтон с ее словами? Клинтон хочет, чтобы радикальные исламские террористы наводнили нашу страну, порабощая женщин и убивая гомосексуалистов.

Я не хочу их в нашей стране.

Иммиграция является привилегией, и мы никого не должны впускать в эту страну, кто не поддерживает наши общины – все наши общины. Америка уже приняла в четыре раза больше иммигрантов, чем любая страна на земле, и мы все еще принимаем миллионы без реальной проверки и контроля. Не удивительно, что многие годы не меняется заработная плата для наших работников.

Независимо от того, является ли этот вопрос проблемой национальной безопасности или финансовой безопасности, мы не можем позволить, чтобы так продолжалось. Наш долг вырос до $19 миллиардов, и у нас больше нет опций. Все наши общины, из всех слоев общества, готовы на некоторое облегчение. Это не акт нападения на кого- то. Это акт защиты.

Я хочу, чтобы мы все работали вместе, в том числе, с нашими мусульманскими общинами. Однако мусульманские общины должны сотрудничать с правоохранительными органами и сдать людей, которых они знают как плохих, и они знают, где эти люди находятся.

Я хочу исправить наши школы, дороги, мосты и рынки труда. Я хочу, чтобы каждый американец достиг успеха. Хиллари Клинтон хочет опустошить казну, чтобы привести в страну людей, среди которых есть лица, проповедующие ненависть к нашим собственным гражданам. Я хочу защитить наших граждан – всех наших граждан.

Террористическое нападение на ночной клуб "Пульс" требует полного и всестороннего расследования каждого аспекта нападения. В Сан-Бернардино, к примеру, люди знали, что происходит, но использовали расовый предлог для того, чтобы не сообщать об этом. Мы должны знать, что убийца обсуждал со своими родственниками, родителями, друзьями и партнерами. Нам нужно знать, был ли он связан с какими-либо радикальными мечетями или радикальными активистами, а если он был связан с таковыми, то каков был их иммиграционный статус.

Нам нужно знать, если он выезжал куда-либо и с кем. Нам нужно убедиться, что будут привлечены к ответственности все лица до последнего, принимавшие участие в этом плане, включая тех, кто что-то знал, но не говорил нам.

Если будет доказано, что у кого-то была информация о каком-либо нападении, и он не сообщил ее властям, он должен быть заключен в тюрьму.

Америка должна сделать больше, гораздо больше, защищая своих граждан, особенно людей, которые являются потенциальными жертвами преступлений на основе их происхождения или сексуальной ориентации.

Это также означает, что мы должны изменить нашу внешнюю политику. Решение о свержении режима в Ливии, затем подталкивание к свержению режима в Сирии, среди прочего, не имели плана действий на следующий день после этого, что создало пространство для расширения и роста ИГИЛ.

Эти действия, наряду с нашей катастрофической сделкой с Ираном, также снизили нашу способность работать в партнерстве с нашими мусульманскими союзниками в регионе. Вот почему наша новая цель — это необходимость победить исламский террор, а не построение нации.

Например, последней крупной миссией НАТО была война Хиллари Клинтон в Ливии. Эта миссия помогла ИГИЛ, дав ему свободу действовать на новом континенте. Я сказал, что НАТО необходимо перенаправить свое внимание на прекращение терроризма. Так как я начал эту критику, НАТО с тех пор объявила о новой инициативе, сосредоточившись именно на этом. Америка должна объединить весь цивилизованный мир в борьбе против исламского терроризма, так же, как мы это сделали против коммунизма в холодной войне.

Мы уже попробовали путь президента Обамы. Он подарил миру свой тур с извинениями, а мы, в свою очередь, получили ИГИЛ и многие другие проблемы.

Я хотел бы завершить свое выступление сегодня, снова выразив нашу солидарность с населением Орландо, которое подверглось нападению. Когда я стану президентом, я займусь обороной и защитой всех американцев, которые живут внутри наших границ. Откуда бы они ни прибыли , где бы они ни родились, все американцы, живущие здесь и соблюдающие наши законы, будут под защитой.

Америка будет терпимым и открытым обществом.

Америка будет безопасным обществом

Мы защитим наши родные границы

Мы разгромим ИГИЛ за рубежом.

Мы обеспечим мир и безопасность каждым родителям для их детей.

Мы снова сделаем Америку богатой

Мы снова сделаем Америку безопасной.

Мы снова сделаем Америку великой.

Благодарю вас

Перевод: +Miriam Argaman 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

И ещё