Поиск по этому блогу

Загрузка...

Понятие КАФР и язык ненависти

Альберто М. Фернандес
Недавно под внимательный разбор попал ряд громких комментариев западных политиков по различным аспектам Ислама. Эти комментарии были подвергнуты критике, ввиду их расплывчатости и широкого охвата, и вероятности того, что они будут способствовать ненависти или насилию против мусульманских меньшинств на Западе, а также осложнят работу по борьбе с террористическими группами, как ИГИЛ или Аль-Каида.

Как само собой разумеющееся, самого внимательного расследования заслуживают все политические деятели. И политики, безусловно, заслуживают критики, если они не могут сказать, например, какова разница между Исламом, исламизмом и джихадизмом, или, если они обобщают и выдвигают путаные обвинения в таких сложных вопросах, как шариат.

Однако расплывчатый, злобный и даже жестокий язык относительно "другого" не является чем-то новым или уникальным для Запада. На самом деле, язык западных демагогов получает, на первый взгляд, гораздо больше внимания, чем тихий, скромный низовой дискурс ненависти относительно "другого", который имеет место в незападных культурах. Так происходит и с понятием "Кафр" (арабское слово, означающее "неверный") и тем, насколько широко оно используется в большей части мусульманского дискурса в качестве божественно положенного ярлыка или инструмента для поощрения ненависти и насилия.

Только кто такие эти куфары?


Корень этого слова древний, докоранический и означает «прикрыть» или «скрыть». Он был связан с сельским хозяйством (и в таком значении использовался один раз в Коране). Его же можно встретить в названиях многочисленных деревень в Леванте, таких, как знаменитый евангелический Капернаум (Кфар Наум или «деревня Наума»). Кафр, Кафир/ Куффар и Такфир (процесс объявления мусульманина Кафиром) — все, разумеется, происходят из этого же корня.

Я помню, как 40 лет назад, будучи студентом, изучающим арабский язык, я использовал слово Кафир для описания самого себя, немусульманина. Мой преподаватель арабского языка, вежливый и благочестивый египетский мусульманин, прервал меня, сказав: «Нет, Альберто, ты не Кафир, ты один из Народа книги». Сегодня такое терпимое и гуманистическое мусульманское мировоззрение невозможно найти. Его можно встретить в комментариях к Корану 2015 года под влиянием суфизма — мировоззрения, которое было подвергнуто критике другими мусульманами как чрезмерно терпимое. [1]

Некоторые западные мусульмане непосредственно занялись этим вопросом. Вы можете даже найти это в Интернете в видео, например, Хамзы Юсуфа, на тему "Кто такие куффары?" [2]

Живущий в Чикаго мусульманский комментатор д-р Хасан Хассабалла в 2012, в страстной колонке под названием «Кто такие «неверные»?» отметил, что одно из (многих) заблуждений относительно Ислама, приведшее к некоторым замечаниям, касается отношения Ислама к «неверующим».

Многие, включая некоторых мусульман, считают, что Ислам требует, чтобы мусульмане «ненавидели» немусульман, или что мусульмане должны даже «убивать»  немусульман. Хотя для меня это непостижимо, но такое представление распространено. Я не покупаюсь на это ни на грамм. Я не покупаюсь, независимо от того, сколько «улемов», или религиозных ученых приводятся, как сказавшие это. Меня также не волнует, сколько террористов так говорят. Тем не менее, возникает вопрос: кто именно эти «неверные»? Многие мусульмане понимают, что «неверный» («Кафир» на арабском языке) — это тот, кто не является мусульманином. [3]

Вопрос о том, «кто есть неверующий», является сложным даже внутри Ислама, среди мусульман, говорящих друг о друге, не говоря уже о разговоре между мусульманами и немусульманами. И даже более логичным из всего, конечно, является то, каким должен быть соответствующий мусульманский ответ тем, кто считается «неверным»? Каковы временные меры наказания для совершенно- и несовершеннолетних кафиров? Вопрос о том, является ли принадлежность к кафирам грехом (за что его будет судить сам Бог), или преступлением (за что он подсуден ревностным исламским правителям), находится в самом сердце современного понимания религии, политики, управления и терроризма. На самом деле, это не новые вопросы, а возвращение к началу ранних десятилетий Ислама и первоначальному расцвету групп джихадистов в Египте в 1970-х. [4]


Так что же делать с куфарами?


В отношении Исламского государства и аналогичных террористических групп указание ясно. Куфарами являются не только «Народ книги», но таковыми представляются многие, если не большинство мусульман. Хотя христиане могут называться «крестоносцами» или мушрикинами (язычниками), их основной статус — это Кафр. Мусульмане тоже могут быть охарактеризованы этим понятием, как принадлежащие к одной из различных подгрупп, обычно связанных с типами Кафров: мустадины (отступники), тавагиты (тираны), мушрикины (часто используется для мусульман-шиитов) и равафиды (также часто используется для мусульман-шиитов).

Помимо ИГИЛ и его сторонников, существует большое подмножество мусульман-салафитов, которые считаются почти такими же, но закаленными местными политическими обстоятельствами. Такой, полный ненависти, дискурс часто обнаруживается в предприятиях, финансируемых Саудовской Аравией или Катаром, будь то искаженные переводы Корана, либо средства массовой информации и образовательные инициативы. [5]

Можно еще зайти на официальный сайт саудовской администрации, принимающей фетвы, и прочитать постановления главного священника истеблишмента, шейха Абдулы Азиза ибн База (ум. 1999), касательно кафров. Быть мушриком — это кафр, быть в друзьях у кафиров — это кафр, не считать кафира кафиром — это кафр. [6]

Поскольку он был фигурой истеблишмента, лояльный монархии Саудовской Аравии, у него можно также найти общие постановления, осуждающие «экстремизм», разумеется, в рамках определения официального религиозного истеблишмента. Однако нет никаких сомнений в том, что Ибн Баз также заявлял о том, что упоминаемые в исламском Писании куфары — это христиане, иудеи и сегодняшние светские. [7]

И, как и Исламское государство, Ибн Баз излагает три варианта, возможные для этих неверных: принятие Ислама, выплата унизительного налога джизья, смерть. Он далее подчеркивает, что наступательный джихад против неверных является сегодня обязательным для всех мусульман. [8]

Существуют многие другие священнослужители, хотя и не такие высокие, как покойный Ибн Баз, но тоже плодовитые, смекалистые клирики, порожденные Саудовской Аравией, которые живы и говорят в основном то же самое, что и шейх Салих аль-Фаузан, член саудовского Совета старших ученых и Королевского Комитета по фетвам. Материалы Аль-Фаузана можно найти на нескольких салафитских сайтах, включая Fawzan.co.uk, Manhaj.com и Salafipublications.com. Опять же, священнослужители, типа Ибн База и Аль-Фаузана, считаются крайне консервативными, но они не сторонники ИГИЛ, а, скорее, столпы саудовской религиозной инфраструктуры. Иностранные правительства и международные СМИ по-прежнему склонны преувеличивать материальную поддержку со стороны государств Персидского залива фактическим террористическим группам. Они меньше обращают внимание на их гораздо более обширную идеологическую поддержку экстремизма. [9]

В этих столпах саудовского религиозного истеблишмента мы имеем религиозный дискурс, который по существу говорит, что то, что проповедуют «Хариджиты» ИГИЛ, на самом деле твердо обосновано в Исламе.


Конечно, можно и нужно отбросить бред Исламского государства и других такфиритских групп как представителей Ислама. И, возможно, следует расценивать постановления Ибн База как мнение лишь одного умершего, хотя и влиятельного когда-то саудовского салафитского священника. В конце концов, даже при миллиардах, вкладываемых салафитами из стран Персидского залива в последние десятилетия в области образования, СМИ и исламскую миссионерскую деятельность, эта особо нетерпимая версия Ислама — все же мнение меньшинства, хотя и с громким голосом.

Битва с кафрами сегодня


Конечно, другие мусульмане отступили перед этим нетерпимым и жестоким мировоззрением. Можно найти множество заявлений, пропагандирующих своего рода терпимость со стороны официальных исламских властей контролирующих режимы на Ближнем Востоке. Существуют различные расплывчатые, но громкие межконфессиональные усилия по содействию своего рода новому и более терпимому мировоззрению, например, Марракешская декларация 2016. [10]

Существуют красноречивые мусульманские либералы, как иракский философ д-р Рашид Аль-Хайюн, недавно отметивший, что:

«Эти религиозные тексты являются проблемой. Их сегодня используют вырванными из контекста, в котором они были явлены (коранические стихи). Когда имели место нападения, и стих «убивайте их везде, где вы найдете их» был явлен во время боя, там были (соответствующие) обстоятельства, но эти вещи не должны продолжаться. То, что следует продолжать — это стихи, призывающие к миру и любви. Я виню также правоведов. Они зарезали Коран, покончив с более чем 70 стихами, которые относились к миру, любви и необходимости заниматься своими делами. Все они были аннулированы в пользу одного стиха - пятого стиха Сурат аль-Тавбах, стиха меча». [11]

Однако, если бы этот вопрос был одним из уровней игры либеральных ученых против исламистов или модернистов против консерваторов, — это был бы важный и интересный вопрос, но в значительной степени академический. Возникновение Исламского государства, его соперников джихадистов во всем мире и рост социальных средств массовой информации, способствовали широкому распространению упрощенного, ядовитого электронного салафизма, такого же мелкого, как и скользкого, но способствующего самому экстремальному повествованию.


Подобные повествования не всегда представляют собой исключительно образы и идеи, распространяемые в пропаганде ИГИЛ, или голоса радикальных проповедников лондонской улицы, которые закачивают свой яд в Интернет. Инфраструктура ненависти гораздо шире, и она наслаивалась с течением времени задолго до того, как ИГИЛ появился в поле зрения широкой общественности в 2014. Такое повествование активной ненависти по отношению к неверным можно увидеть также в религиозных руководствах на популярных религиозных сайтах, таких как Islamqa.com и большом сайте Катарского министерства вакуфов и исламских вопросов, принадлежащем Islamweb.net, который обеспечивает ответы на религиозные вопросы на английском, арабском, немецком, французском и испанском языках.

На этом посещаемом сайте, принадлежащем стране с крупнейшей американской авиабазой, находящейся в арабском мире, можно узнать, что для мусульманина религиозно недопустимо дружить с немусульманами.[12]

Сайт разъясняет, что, хотя мусульмане «должны ненавидеть» неверных и не дружить с ними (не говоря уже о любви к ним), это не означает, что мусульмане должны быть невежливыми с ними. [13]

Сайт Islamweb.net описывает свою миссию как «обеспечение видения сообществом существенных знаний Ислама, особенно, для немусульман, которым может потребоваться разъяснение общих искажений в средствах массовой информации и искажений плохо информированных последователей».

Это часть более широкого явления, которое Питер Померанцев назвал «бегством в технофантазии». [14]

В виртуальном мире, нетерпимое салафистское описание прошлого, которое когда-то было собственностью террористических групп и экстремистов священнослужителей, становится частью постмодернистского дискурса, где то, что некогда было собственностью опекунов божественной власти, теперь отдано плохо образованным и невежественным подросткам, превратившись в легкую, мелкую форму исламской ненависти, такфиритское джихадистское крыло правого движения. [15].


Однако, как мы уже видели, ничтожество и невежество могут легко найти реальных ученых для подтверждения их ненависти, только по щелчку.

Кафр как ключ


Вместо часто довольно бессмысленных и ошибочных пространных заявлений об основополагающем характере верований более миллиарда пестрых мусульман, гораздо лучше в наше время было бы использовать мусульман доброй воли и провести серьезную дискуссию о природе неверия и фактически реальном наказании за это; откровенные разъяснениями терминологии и интенсивным поиском творческих путей сделать виртуальный язык терпимости таким же путем, каким этот скрытый мир нетерпимости стал виртуальным.

Нет никаких оснований, почему такое усилие не может также признать и уважать религиозные различия и религиозную самобытность. Уважение к другим не должно означать соответствия или перехода. [16]

Многие системы верований, по самой своей природе, даже нерелигиозные, как коммунизм или либерализм, имеют убеждения, которые могут быть неприятными или отталкивающими для других. И многие люди разных вероисповеданий совершают ужасы во имя этих вероисповеданий или вопреки им.

Эта проблема во многом не в том, что некоторые мусульмане верят, что другие являются неверными и могут не нравиться (то же самое будет верно для немусульман, не любящих мусульман), а то, как конкретные действия, обусловливающие состояние неверия, влияют на верующих. Одно дело — думать, что кто-то отправится в ад, а другое —пытаться работать на самом деле, чтобы отправить их туда, либо путем индивидуального насилия, либо путем принуждения.

Люди, как не мусульмане, так и мусульмане, в настоящее время стали мишенью и убиты сегодня, потому что они помечены как куфары. Да, этот термин происходит из Священного Писания, но это люди, юристы и ученые, которые толкуют и применяют его. Именно они и люди сегодня установили роковую связь между куфарами, описанную около 14 веков тому назад,.

В результате бомбардировки ИГИЛ в июле 2016 священного города Медина, возникло много разговоров в мусульманском мире о принятии жесткой позиции в отношении такфиритских групп. [17]

Само по себе это неплохо. Однако по-прежнему отсутствует серьезный взгляд на «распаковку» концепции Такфир, которая по существу заключается в «обращении с мусульманином, как с неверующим так, чтобы можно было его убить». Возможно, что кафр является ключом.

Обращение к природному характеру отношений мусульман с какими-либо куфарами, и что это фактически означает в практических областях сегодня, является одним из способов нейтрализации до некоторой степени нечеткого языка ненависти, который с такой легкостью распространяется в Интернете. Переосмысление слов не заставит джихадистов и террористов уйти, но это может помочь в их разоблачении и их изоляции на городской площади. Такой деликатный обмен является, однако, откровенным диалогом, который лучше всего проводить в сдержанном обсуждении лицом к лицу с людьми, которые знают, о чем они говорят, а не задыхаются в 24-часовом цикле новостей.

*Альберто Фернандес является вице-президентом канала MEMRI.

Endnotes:

[1] Muslimmatters.org/2015/12/14/the-study-quran-a-review.
[2] Youtube.com/watch?v=KchizAe_4Ew.
[3] Chicagonow.com/midwestern-muslim/2012/02/who-are-the-infidels/.
[4] Jeffrey T. Kenney, Muslim Rebels: Kharijites and the Politics of Extremism in Egypt (New York: Oxford University Press, 2006).
[5] Newstatesman.com/world-affairs/2014/11/wahhabism-isis-how-saudi-arabia-exported-main-source-global-terrorism.
[6] Alifta.com/Fatawa/FatawaChapters.aspx?languagename=en&View=Page&PageID=27&PageNo=1&BookID=14.
[7] Youtube.com/watch?v=5mGnxvr9PsI.
[8] Alifta.net/Fatawa/FatawaChapters.aspx?languagename=en&View=Page&PageID=3512&PageNo=1&BookID=14.
[9] Washingtoninstitute.org/policy-analysis/view/facts-and-fictions-a-defense-of-the-u.s.-saudi-relationship.
[10] MEMRI Daily Brief No. 76, Marrakesh: Steps Towards A Solution Or Confusion? February 6, 2016.
[11] MEMRI TV Clip No. 5561, Iraqi Author Rashid Khayoun: Islamic Scholars Have Massacred the Quran, June 3, 2016.
[12] Islamweb.net/emainpage/index.php?page=showfatwa&Option=FatwaId&lang=E&Id=88293.
[13] Islamweb.net/emainpage/index.php?page=showfatwa&Option=FatwaId&Id=329059
[14] Granta.com/why-were-post-fact/.
[15] Nationalreview.com/article/433650/alt-rights-racism-moral-rot.
[16] Patheos.com/blogs/quranalyzeit/2015/05/11/the-price-this-christian-pays-for-respecting-islam-craig-considine/.
[17] Npr.org/sections/parallels/2016/07/05/484830054/mondays-attack-in-medina-an-attack-on-the-soul-of-the-muslim-world.


Перевод: +Miriam Argaman 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

И ещё