"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Поиск по этому блогу

Турецкий стеклянный дом

Эль президенте или Раис (начальник), как он известен в Турции, стоит на зыбкой почве.


Turkish President Recep Tayyip Erdogan makes a speech at the Presidential Palace in Ankara
Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган выступает в
Президентском дворце в Анкаре. (Фото: Reuters)

Роберт Эллис, 7 марта 2017

Вспыльчивый президент Турции, Реджеп Тайип Эрдоган, снова возник. На этот раз он обвинил Германию Ангелы Меркель в «нацистской практике» и пригрозил всеобщим восстанием, если ему не разрешат приехать в Германию, чтобы обратиться к турецким избирателям до референдума 16 апреля.

Однако Эль Президенте или Раис (начальник), как его знают в Турции, стоит на зыбкой почве.
После того, как канцлер Меркель от имени ЕС заключила позорную сделку, пообещав Турции помощь в размере шести миллиардов евро, место за столом и либерализацию визы, чтобы сдержать волну мигрантов в Турции, Эрдоган стал относиться к Европе, и в частности, к Германии с ее тремя миллионами турецких иммигрантов, как к своей вотчине. Конечно, не все немцы согласны. Семьдесят семь процентов опрошенных немцев выступают против планов Эрдогана провести в Германии референдум, но Эрдогану все равно. На митинге в Стамбуле в воскресенье он объявил: 
«Если я захочу приехать, я приеду».
Меркель, понятно, обеспокоена, поскольку она выступает за переизбрание в этом году, и не все немцы переживают по поводу 1,2 миллионов мигрантов из Ближнего Востока и Африки, которые отреагировали на ее политику открытых дверей. Однако Эрдоган должен проявить осторожность, разыгрывая нацистскую карту, так как она может ударить рикошетом. В конце концов, именно Эрдоган в начале прошлого года упомянул гитлеровскую Германию как пример исполнительного президентства, который он хочет представить на апрельском референдуме.

В 2009, Эрдоган защищал президента Судана, Омара аль-Башира, от обвинения в преступлениях против человечности в Дарфуре, заявив:
 «Мусульманин не может совершить геноцид». 
Тогда кто покончил со всеми армянами, греками и сирийцами в Турции во время Первой мировой войны? Не говоря уже о курдах в более позднем периоде. История Турции, как и многих других стран, представляет собой стеклянный дом, который плохо переносит бросание в него камней, но есть старая шутка, что в Турции отрицание - это не только египетская река.

Три месяца назад известный турецкий обозреватель Бурак Бекдиль, который также является членом ближневосточного форума, в статье для Института Гейтстоуна упомянул о планах турецкого Управления по делам религий («Диянет») по формированию молодежных отделений, связанных с 87 000 турецких мечетей.

Однако, когда Бекдиль сравнил их с гитлеровской молодежью, он был подвергнут брани в турецкой прессе и уволен с поста обозревателя либеральной газеты Hürriyet Daily News.

Два года назад сегодняшняя газета Заман, англоязычное издание крупнейшей в Турции ежедневной газеты Заман, опубликовал мою статью «Возникновение турецкого Рейха» без всякой редакции, за исключением того факта, что обе газеты были арестованы и закрыты турецким правительством, спустя год. Через шесть дней после попытки государственного переворота в июле прошлого года, в Financial Times я сравнил реакцию Эрдогана с реакцией Адольфа Гитлера после бомбардировки в июле 1944, но через три дня я получил взбучку.

Либеральная британская ежедневная газета «Индепендент», где я часто публиковался (18 статей в год), был опубликован мой комментарий «Третий Рейх как образец для Турции». По словам ее редактора, она «фантастически хорошо» пошла, и в первые несколько часов была прочитана 4000 раз.

На следующее утро меня уведомили, что их ближневосточный корреспондент получил угрозы во время своего пребывания в Турции, поэтому статья будет отозвана, а потом восстановлена, как только он благополучно пересечет границу. Этого, собственно, так и не произошло, и статья была удалена (что произошло с моими статьями для Today's Zaman, когда их архивы были стерты). Когда я запротестовал, меня вызвал их управляющий редактор, который объяснил, что они «действовали из необходимости».

Нечто подобное произошло с критикой ислама Роберта Спенсера в январе, когда политическая газета The Hill в Вашингтоне опубликовала его статью о переходе Линдси Лохана в ислам. В этом случае критический ответ читателя заставил The Hill отозвать статью. Живя в Дании, я хорошо понял, что писать по острой теме - это все равно, что ходить по лезвию бритвы.

Когда в 2005 датская ежедневная газета «Jyllands-Posten» опубликовала 12 карикатур на пророка Мухаммеда, это вызвало бурю в исламском мире.

В Турции журналисты, критикующие режим, всегда ходят по лезвию бритвы. В настоящее время 191 из них сидят в тюрьме. Именно Айдын Доган, владелец крупнейшей в Турции медиагруппы, потребовал, чтобы Бурак Бекдиль был уволен. Однако после острой статьи о взаимосвязи между армией и правительством в руководстве страной, Hürriyet, Эрдоган сказал, что газета заплатит высокую цену за эту историю. Главный редактор Hürriyet был уволен, а Доган был вызван в суд, где ему предъявили обвинение в контрабанде бензина.

Как писал пастор Мартин Нимёллер, заключенный в тюрьму нацистами: 
«Сначала они пришли за социалистами, и я промолчал, потому что я не был социалистом. 
Потом они пришли за профсоюзными активистами, и я промолчал, потому что я не был профсоюзным активистом. 
Потом они пришли за евреями, и я промолчал, потому что я не был евреем. 
Потом они пришли за мной, и не было никого, кто мог бы за меня сказать».


Перевод: +Miriam Argaman 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

И ещё