"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ" - Гай Бехор -

Поиск по этому блогу

Смертельная спираль Франции


Полиция наблюдает в стороне, как происходит эвакуация машины,
уничтоженной мятежниками в пригороде Парижа 13 февраля 2017.
(Фото: кадр видеоролика Ruptly)

Ги Мильер, 5 марта 2017

  • В 1990 году был принят «Закон Гессо», в котором предусматривалось, что «любая дискриминация по признаку этнической принадлежности, нации, расы или религии запрещена». С тех пор он применялся для уголовного преследования любой критики арабских и африканских преступников, любого вопроса об иммиграции из мусульманского мира, негативного анализа Ислама
  • Многие авторы были оштрафованы, а большинство «политически некорректных» книг по этим темам исчезло из книжных магазинов.
  • Французское правительство попросило СМИ подчиниться «закону Гессо». Оно также попросило переписать учебники по истории, включив главы о преступлениях, совершенных Западом против мусульман, и о «существенном вкладе» Ислама в развитие человечества. Все учебники по истории являются "корректными" с точки зрения Ислама.
  • В больницах мусульмане все чаще просят, чтобы с ними общались только врачи-мусульмане, и не разрешают своим женам обращаться к врачам-мужчинам.
-----------------------------------------------------------------------------------------

2 февраля 2017: "запретная зона" в восточных пригородах Парижа. Полицейский патруль слышит крики. Решает проверить. Пока он там, какой-то парень начинает его оскорблять. Патрульные решают его арестовать. Он бьет их. Начинается драка. Он обвиняет полицейских в том, что они его изнасиловали полицейской дубинкой. Полицейское расследование быстро устанавливает, что молодого человека не насиловали. Однако уже слишком поздно: процесс уже пошел.

Без всяких дальнейших доказательств, французский министр внутренних дел говорит, что полицейские «вели себя плохо». Он добавляет, что «поступок полицейских заслуживает осуждения». Президент Франции, Франсуа Олланд, отправляется в больницу, чтобы поддержать молодого человека. Президент говорит, что он вел себя «достойно и ответственно». На следующий день происходит демонстрация протеста против полиции. Демонстрация превращается в бунт.

Беспорядки продолжаются более двух недель. Они охватывают более 20 городов по всей Франции. Они проникают в самое сердце Парижа. Десятки автомобилей сожжены. Магазины и рестораны разграблены. Официальные здания и полицейские участки подвержены нападениям.

Полиции приказано не вмешиваться. Они делают то, что им говорят. Аресты практически не производятся.

Спокойствие постепенно возвращается, но беспорядки могут легко начаться снова. Франция — страна, которая находится во власти крупномасштабных волнений. Они могут начаться в любое время и в любом месте. Французские лидеры знают это и проявляют трусость.

То, что происходит, является результатом разъедающего процесса, начатого пять десятилетий назад. В 1960-х, после войны в Алжире, президент Франции, Шарль де Голль, ориентировал страну на более тесные отношения с арабскими и мусульманскими странами.

Миграционные потоки гастарбайтеров из Алжира, Марокко и Туниса, начавшиеся годами ранее, резко возросли. Иммигрантов не поощряли к интеграции. Все предполагали, что они вернутся домой по окончании трудового договора. Они же стали селиться на окраинах больших городов. Экономика была динамичной, с созданием большого количества рабочих мест. Казалось, проблем не будет.

Через 20 лет возникли серьезные трудности. Сейчас насчитываются миллионы иммигрантов. Люди из Африки к югу от Сахары присоединились к тем, кто приехал из арабских стран. Были созданы кварталы из простых арабов и африканцев. Экономика замедлилась, и в стране началась массовая безработица. Однако безработные иммигранты не вернулись домой, а вместо этого, сели на социальные пособия. Интеграции так и не произошло. Хотя многие из этих новоприбывших стали гражданами Франции, они часто высказывали обиды на Францию и на Запад. Политические агитаторы начали учить их ненавидеть западную цивилизацию. Начали создаваться банды молодых арабов и африканцев. Обычным явлением стали стычки с полицией. Если член банды был ранен, то зачастую, политические агитаторы подстрекали к большему насилию.

Ситуацию стало трудно контролировать, но ничего не было сделано, чтобы исправить это положение, скорее наоборот.

В 1984, троцкистскими боевиками было создано движение под названием СОС-Расизм, которое стало определять любую критику иммиграции как «расистскую». Крупные левые партии поддержали СОС-Расизм. Похоже, они думали, что, обвиняя своих политических оппонентов в расизме, они смогут привлечь голоса «новых граждан». Присутствие исламских агитаторов, наряду с агитаторами в арабских и африканских районах, а также появление антизападного исламского дискурса, встревожило многих наблюдателей. СОС- Расизм немедленно назвал тех, кто говорил об исламской опасности, «исламофобскими расистами».

В 1990, был принят закон, представленный депутатом-коммунистом, Жан-Клодом Гессо. В нем предусматривалось запрещение «любой дискриминации по признаку этнической принадлежности, нации, расы или религии». С тех пор этот закон применяется для уголовного преследования любой критики арабских и африканских преступников, любого вопроса об иммиграции из мусульманского мира, негативного анализа Ислама. Многие авторы были оштрафованы, а большинство «политически некорректных» книг по этим темам исчезло из книжных магазинов.

Французское правительство просило СМИ подчиниться «закону Гессо». Оно также просило переписать учебники по истории, включив главы о преступлениях, совершенных Западом против мусульман, и о «существенном вкладе» Ислама в развитие человечества.

В 2002, ситуация в стране стала драматической.

Арабские и африканские кварталы стали «запретными зонами». Широко распространился радикальный Ислам и начались исламские нападения. Каждую неделю десятки автомобилей подвергались сожжению. Быстро рос мусульманский антисемитизм, приведший к росту числа нападений на евреев. СОС-Расизм и прочие антирасистские организации молчали о мусульманском антисемитизме. Не желая быть обвиненными в «исламофобском расизме», организации, призванные бороться с антисемитизмом, также молчали.

Была издана книга «Затерянные территории Республики» Жоржа Бенсуссана (под псевдонимом «Эммануэль Бреннер»). Он точно показал, что происходит. В книге говорилось о массовой ненависти к Западу среди молодежи иммигрантского происхождения и о полномасштабной ненависти к евреям среди молодых мусульман. В ней говорилось, что «запретные зоны» находятся на грани отделения и больше не являются частью французской территории. Основные СМИ проигнорировали эту книгу.

Три года спустя, в октябре 2005, по всей стране прокатились беспорядки. Более 900 автомобилей были сожжены. Сотни магазинов, супермаркетов и торговых центров были разграблены и уничтожены. Десятки сотрудников полиции были серьезно ранены. Буря прекратилась, когда правительство достигло соглашения о мире с мусульманскими ассоциациями. Власть перешла в другие руки.

С тех пор государство почти не поддерживает правопорядок во Франции.

Недавно вышла еще одна книга, «Покорная Франция», опубликованная человеком, который пятнадцать лет назад написал «Затерянные территории Республики», историком Жоржем Бенсуссаном. Теперь уже вся Французская Республика — потерянная территория.

"Запретные зоны" больше не являются французской территорией. Среди мусульманского населения, а в более широком смысле, среди населения иммигрантского происхождения, господствует радикальный Ислам и ненависть к Западу. Мусульманский антисемитизм делает невыносимой жизнь евреев, которые еще не покинули Францию и не могут позволить себе переехать в районы, где еще не угрожают евреям — 16-й и 17-й округа, парижский Беверли-Хиллз, или городок Нейи, богатый пригород Парижа.

Повсюду во Франции, учителя средних школ идут работать с Кораном в руках, чтобы быть уверенными, что то, что они говорят в классе, не противоречит священной книге Ислама.

Все учебники по истории являются «исламски корректными». Треть французских мусульман заявляет, что они хотят жить согласно исламскому закону шариата, а не по законам Франции.

В больницах мусульмане все чаще просят, чтобы их лечили только врачи-мусульмане, и отказывался разрешать своим женам обращаться к врачам-мужчинам.

Ежедневно происходят нападения на сотрудников полиции. У полиции есть приказ: они не должны входить в «запретные зоны». Они не должны отвечать на оскорбления и угрозы. Они должны бежать, если на них нападают. Иногда у них нет времени бежать.

В октябре 2016, двое полицейских были заживо сожжены в своей машине в Вири-Шатийоне, к югу от Парижа. В январе 2017, трое полицейских попали в засаду и были ранены в Бобиньи, к востоку от Парижа.

Сотрудники полиции ответили на инцидент 2 февраля. Когда нападавший проявил жестокость, они не убежали. Французское правительство признало их виновными в изнасиловании того, кто на них напал. Однако полицейский был виновен не в изнасиловании, а в простом вмешательстве. Французское правительство также признало своих коллег виновными в "жестокости". Теперь их ожидает суд.

Молодого человека, который разрушил жизни этих полицейских, ни в чем не обвиняют. Во всех "запретных зонах" он стал героем. Мейнстримные телеканалы просят у него интервью. Его зовут Теодор или Тео. Повсюду распространяются наклейки «Справедливость для Тео». На демонстрациях несут баннеры, на которых написано его имя. Мятежники выкрикивают его имя вместе с именем Аллаха.

Несколько журналистов написали, что он не герой; что "запретные зоны" являются резервуарами антизападной, антисемитской и антифранцузской ненависти, готовые к взрыву. Однако эти журналисты тоже осторожны. Они знают, что могут быть привлечены к ответственности.

Жорж Бенсуссан, писатель марокканского происхождения, автор книг «Потерянные территории Республики» и «Подчиненная Франция», в настоящее время находится под следствием. Жалоба была подана против него Коллективным советом против исламофобии во Франции (CCIF). Они подали на него в суд за то, что он сказал: 
«Сегодня мы являемся свидетелями появления разных людей во французской нации, которые хотят возвращения ряда демократических ценностей, которых мы придерживаемся», 
и
«Этот животный антисемитизм, подтвержденный прошлогодним обзором Фондопола (Fondation pour l’innovation politique - прим.пер.), не сможет быть тихим".
Судьи были немедленно привлечены к делу. Приговор должен быть вынесен 5 марта. Если Бенсуссан не будет приговорен, CCIF (Collectif contre l'islamophobie en France - прим.пер.) обязательно подаст апелляцию. Бенсуссан - левый. Он является членом «J-Call» (European Jewish Call for Reason — Призыв к разуму европейских евреев – прим.пер.), движения, критикующего «оккупацию Израилем Западного берега» и призывающего «создать жизнеспособное палестинское государство». Даже таких позиций уже недостаточно, чтобы защитить его. Международная федерация борьбы против расизма и антисемитизма (LICRA), организация, основанная в 1927, для борьбы с антисемитизмом, поддержала CCIF. Организации, якобы борющиеся с антисемитизмом во Франции, похоже, цепляются за бесполезные фантазии об умиротворении своих мучителей. Они никогда не упоминали мусульманский антисемитизм, а теперь полностью присоединились к борьбе против «исламофобского расизма» еврейских авторов, таких как Жорж Бенсуссан.

В апреле во Франции пройдут выборы. Социалистическая партия выбрала кандидата, Бенуа Хамона, при поддержке UOIF (Союз исламских организаций Франции) — французского отделения Мусульманских братьев.

У ультралевых и коммунистов будет свой кандидат, Жан-Люк Меланшон, безусловный поклонник Ленина, Уго Чавеса и Ясира Арафата и решительный враг Израиля.

Хамон и Меланшон, вероятно, получат около 15% голосов.

Третий кандидат слева, Эммануэль Макрон, бывший член французского социалистического правительства Франсуа Олланда. Чтобы привлечь мусульманские голоса, Макрон отправился в Алжир и сказал, что французская колонизация была «преступлением против человечества». Он неоднократно заявлял, что французской культуры не существует, и что западной культуры тоже не существует; он добавил, что арабская мусульманская культура должна иметь «свое место» во Франции.

Консервативный кандидат Франсуа Фийон обещает бороться с суннитским Исламом, но говорит, что хочет «сильного союза» между Францией, иранскими муллами и «Хезболлой». Его репутация сильно пострадала из-за скандала с «фиктивными рабочими местами». Он напал на еврейскую общину Франции, по-видимому, чтобы обеспечить себе голоса мусульман. Он сказал, что не уважает «все принципы Республики». Он сказал, что Израиль представляет собой угрозу миру во всем мире.

Марин Ле Пен, ультраправый кандидат Национального фронта, может показаться наиболее решительной в исправлении Франции, но ее экономическая программа такая же самоуверенно марксистская, как у Хамона или Меланшона. Ле Пен также хочет привлечь мусульманский электорат. Несколько месяцев назад она поехала в Каир, чтобы встретиться с великим имамом аль-Азхара. Как и все другие французские политические партии, ее партия поддержала антиизраильские позиции бывшего президента США, Барака Обамы, а также резолюцию 2334 Совета Безопасности ООН, принятую 23 декабря прошлого года.

Ле Пен, вероятно, выиграет первый из двух раундов выборов, но почти наверняка потерпит поражение во втором раунде: все остальные кандидаты соберутся за кандидатом, стоящим перед ней, вероятно, Макроном или Фийоном (если он все еще будет в гонке ). Ле Пен, вероятно, считает, что через пять лет ситуация во Франции станет еще хуже, и тогда у нее будет серьезный шанс стать избранным президентом.

Несколько месяцев назад в недавно вышедшей книге «Идет гражданская война» французский обозреватель, Иван Риуфол, писал:
«Опасность заключается не в Национальном фронте, а в выражении гнева брошенного народа — более тесной связи между левизной и исламизмом ... Опасность должна быть остановлена».

Перевод: +Miriam Argaman 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

И ещё