"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Поиск по этому блогу

НАШ МИР: БОРЕЦ С ИДОЛАМИ НА ЗЕМЛЕ ОБЕТОВАННОЙ

Именно из-за его борьбы со стереотипами, бытующими во внешней политике США, израильтяне, в общем и целом, впали в эйфорию после инагурации Трампа, наконец состоявшейся в январе.


Каролайн Глик, 23 мая 2017

Donald Trump and Benjamin Netanyahu at the King David Hotel, May 22 2017.

Израильтяне встречают президента США Дональда Трампа с осторожным оптимизмом. Их оптимизм проистекает из бунтарства Трампа (его несогласия с бытующими в США стереотипами). Трамп выиграл президентские выборы в США, строя свою предвыборную компанию на отрицании стереотипов внутренней и внешей политики США, давно и прочно господствующих в среде американской элиты. Эти стереотипы диктуют и устанавливают границы взглядов приемлимых в США. К сожалению, связь этих стереотипов с фактами и истиной всегда была не более чем случайной. А в последние годы даже такая случайная связь с реальностью полностью отсутствует по многим политическим вопросам.
Во внутренней политике наиболее очевидными примерами потери связи с реальностью, потери приведшей к провалу проводимой политики, являются вопросы здравоохранения и иммиграционной политики США.

Американские избиратели избрали Трампа потому, что независимо от того, поддерживали ли они его конкретные планы действий в области здравоохранения и иммиграционной политики, они высоко оценили его готовность открыто заявить, что проводимая в настоящее время политика оказывает разрушительное воздействие на американское общество.

Что касается внешней политики, то готовность Трампа противостоять традиционным взглядам была наиболее очевидной в его отказе поддержать позицию внешнеполитического истеблишмента, заключающуюся в отрицании очевидной связи между исламом и исламским терроризмом. Более того, его неприятие соглашения, заключенного президентом Бараком Обамой с иранским режимом, с целью ядерного и финансового умиротворения последнего, дало Трампу преимущество на выборах.

СМИ, обслуживающие элиту, и значительная часть внешнеполитического сообщества вместе с демократическими законодателями с готовностью вторили Обаме и рекламировали мнения тех, кто утверждал, что эта ядерная сделка усилит сторонников т.н. «умереных» сил Иранского режима и ослабит влияние сторонников «жесткой линии».

В резком контрасте с этим, мнение большинства в американском обществе оказалось прямо противоположным – большинство понимало, что расширение возможностей противника, как в финансовом, так и в военном отношении - это рецепт катастрофы.

И наконец, энергичная и безусловная поддержка Трампом Израиля, его отказ поддержать создание Палестинского государства и его обещание перенести посольство США в Иерусалим – столицу Израиля, были вторыми по важности факторами, обеспечившими ему широкую поддержку в среде христиан Евангелистов. Важнее этого для них было только его обещание назначить судей Верховного Суда выступающих против абортов.

Именно из-за ниспровергания Трампом идолов внешней политики США, израильтяне впали в эйфорию, когда Трамп наконец вступил в должность президента в январе месяце.

Однако, с тех пор, позиция Трампа существенно приблизилась к позиции истеблишмента. В результате, в Израиле эйфория по поводу избрания Трампа сменилась осторожным оптимизмом.

Во время своей речи в Эр-Рияде, говоря об Иране и об исламском терроризме, Трамп сдержал свое обещание основывать свои стратегии по борьбе с угрозами на фактах, а не на вымыслах.

Говоря об Иране, Трамп нарушил политкорректное соглашение игнорировать бессмысленность «президентских выборов» в Иране, состоявшихся в прошлую пятницу. Вместо того, чтобы поддержать общее западное заблуждение, что бюллетени избирателей имеют какую-то силу в Иране, где диктатор Али Хаменеи решает, кто может баллотироваться на выборах и кто победит, Трамп сосредоточился на фактах. Он заявил, что Иран является основным двигателем терроризма в регионе и во всем мире. Более того, он добавил, что мир стал бы лучше, и иранскому народу было бы лучше, если бы режим был свергнут.

Говоря об исламском терроризме, Трамп вновь проигнорировал заявления своего советника по национальной безопасности Х. Р. МакМастера и отказался принять ложный постулат о том, что ислам не имеет ничего общего с терроризмом. Стоя перед лидерами исламского мира, Трамп призывал их противостоять 
«исламскому экстремизму и террористическим группировкам исламистов, которые он вдохновляет».
Решение Трампа, сказать это прямо в лицо мусульманским лидерам, было тем более поразительным потому, что прямо накануне его выступления, в интервью каналу «Эй-Би-Си Ньюз» (ABC News) МакМастер уничижительно отозвался об отказе Трампа принять постулат о мирном характере исламской религии. Нарушая всякое соблюдение субординации МакМастер заявил, 
«Президент может называть это [исламский терроризм] , как ему угодно. Но я считаю важным, несмотря на любое название понимать, что мы говорим не о религиозных людях, а, фактически, о врагах всех цивилизаций, пытающихся скрыть свое преступное поведение под ложной идеей какой-то религиозной войны.»
Далее МакМастер настойчиво утверждал, что хотя его босс продолжает говорить о «радикальном исламском терроризме», он (Трамп) постепенно приходит к тому, чтобы принять официальную точку зрения, заключающуюся в том, что ислам не связан с исламским терроризмом. 
«Это процесс обучения», 
- сказал он.

Но хотя Трамп продолжает говорить об Иране, основываясь на фактах, его практическая политика очень похожа на политику Обамы. Вместо того, чтобы действовать так, как он обещал в своей предвыборной кампании, и отменить ядерную сделку, которая гарантирует Ирану ядерный арсенал через десять лет, Трамп предпочел продолжить политику Обамы. Он заверил, - быть может по ошибке? - что Иран соблюдает условия сделки, несмотря на то, что иранцы накапливают уран сверх количества, обусловленного сделкой, и запрещают международную инспекцию своих ядерных объектов, отказывая инспекторам в доступе на эти объекты. Кроме того, Трамп продолжил придерживаться практики Обамы, не допуская обнародования того, что на самом деле было согласовано с Ираном, отказавшись раскрывать секретные протоколы ядерного соглашения.

Другими словами, его политика все еще не соответствует тому, что он говорит в отношении Ирана.

Но все-таки, пока имеет смысл с большим вниманием отнестись к сомнениям Трампа по поводу Ирана. Возможно, визит Трампа в Саудовскую Аравию и Израиль и затеян исключительно из-за Ирана. В конце концов, Трамп с энтузиазмом присоединился к анти-иранской коалиции, которую построил с суннитскими режимами премьер-министр Биньямин Нетаньяху , чтобы попытаться смягчить разрушительные последствия обмана аятоллами Обамы. И, похоже, Трамп заинтересован в использовании этой коалиции для восстановления американской власти на Ближнем Востоке, одновременно присекая беспрепятственный рост Ирана, в качестве ядерной державы и регионального гегемона, как на то и надеялись Израиль и сунниты.

Такая же противоречивость и отсутствие ясности царят в отношении намерений и готовности Трампа отказаться от вопиющих стереотипов внешней политики истеблишмента во всем, что связано с Израилем и палестинской войной, ведущейся против него.

Во время своего выступления в Эр-Рияде Трамп повторил оскорбительную практику своих предшественников и оставил Израиль за рамками длинного списка стран, пострадавших от терроризма. Идея, лежащая в основе этого преднамеренного оскорбления, заключается в том, что терроризм против Израиля является чем-то другим и, откровенно говоря, более приемлемым, чем терроризм против всех остальных.

Во время своего краткого визита в Израиль Трамп также отправится в Вифлеем, чтобы встретиться с президентом Палестинской автономии Махмудом Аббасом. Это будет их вторая встреча менее чем за месяц. Настаивая на встрече с Аббасом во время своего молниеносного визита в Израиль, Трамп сигнализирует о том, что он согласен с бытующим мнением истеблишмента о том, что США могут поддерживать Израиль, только при условии одновременной легитимизации и поддержки ООП и Палестинской администрации - клептократии, финансирующей террор.

Таким образом, даже когда Трамп занял позицию, которая отвергает мнение истеблишмента, факт состоит в том, что в его внешнеполитической команде все равно преобладают деятели истеблишмента. И вследствии этого, они делают все возможное для ослабления его позиции.

Это было совершенно очевидно в связи с решением Трампа посетить в понедельник Западную стену. На неделе, предшествовавшей его визиту, чиновники американского посольства сердито отвергли просьбу Израиля о том, чтобы Нетаниягу присоединился к Трампу во время его визита к Еврейскому святому месту, настаивая на том, что Западная стена не находится в Израиле.

Те, кто поддерживал Обаму стоят и за МакМастером, отказавшимся признать, что Западная стена находится в Израиле, и за назначением Криса Баумана, нового члена Совета Национальной Безопасности по израильско-палестинским вопросам, поддерживающего признание Америкой ХАМАСа, и служившего ранее во внешнеполитической команде Обамы, проводившй анти-израильскую политику.

Другими словами, даже когда Трамп пытается использовать факты вместо расхожих мифов, его неспособность заполнить свою внешнеполитическую команду людьми, сражающимися с идолами истеблишмента так же , как он сам, делает невозможным для него отказ от анти-израильскх стереотипов, двигающих политику США. Это, конечно, не означает, что израильтяне потеряли всякую надежду на Трампа. Наоборот. Они очень на него надеются. Но они поняли, что до тех пор, пока прежние враждебные фальшивые мифы об Израиле и истеблишмент, цепляющийся за них, влияют на понимание Трампом ситуации и на его политику, надеждам на его президентство не суждено сбыться.


Перевод: +Olga Treivish 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

DQ

И ещё