"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Поиск по этому блогу

Восстанавливая Историю Израиля


От переводчика.

Это вводная часть недавно вышедшей книги "Восстанавливая Историю Израиля", написанная Давидом Брогом. 


Давид Брог - Директор CUFI, Christians United for Israel (Объединённые Христиане в защиту Израиля). Книга написана для христиан и жителей Запада, большинство фактов, о которых он пишет, нам известно, и все же с отточенностью его аргументов и нам полезно познакомиться.

Восстанавливая Историю Израиля


Когда-то Израилю нельзя было приписывать дурные поступки. До 1967 года американцы и большинство других жителей Запада, как правило, смотрели на Израиль как боевой аванпост демократии, героически защищающий себя от арабских толп, жаждущих его уничтожения. Граждане Израиля были тверды, его солдаты галантны, его войны справедливы.

Миф о совершенстве Израиля не мог продолжаться вечно. Ни одна нация не может быть настолько благородна и настолько чиста. Израиль совершал грехи, как маленькие, так и большие. Израильские солдаты убивали невинных арабских жителей - и не всегда по ошибке. Израильские командиры изгоняли арабов из своих деревень и разрушали их дома - и не всегда по причине военной необходимости. Теперь мы об этих нарушениях знаем. Мы знаем о них, потому что израильские историки их задокументировали. Мы знаем о них, потому что израильские СМИ их обнародовали. Так устроена жизнь в свободном обществе. 

Проблема лишь в том, что факты, помогшие уничтожить один ложный миф, теперь используются для создания нового. Миф об идеальном Израиле заменен мифом об Израиле-монстре. 

Неверятно мультирасовое и мультикультурное общество Израиля осуждается как «апартеид». Ни с чем не сравнимые усилия Израиля, пытающегося защитить своих граждан, минимизируя ущерб, наносимый палестинским мирным жителям не замечаются, объявляясь «массовыми убийствами». 

Действительность, когда палестинцы раз за разом отвергают израильские предложения о создании собственного государства, игонорируется, объявляясь «оккупацией». Клевета - вещь хрупкая. Она может выжить только в среде, пустой от исторического контекста. Те, кто стремится распространять эту ложь, должны отделять действия Израиля от стоящих за ними мотивов. 

И когда устраняется знание, наиблагороднейшая защита превращается в уродливейшую агрессию. У союзников была очень веская причина вторгнуться во Францию в D-День. И именно поэтому воины, сражавшиеся и убивавшие в тот день, являются героями, а не злодеями. Ключом к понимаю событий является контекст. 

Желающим рассказать сегодня правду об Израиле, не нужно оживлять старый миф, но мы должны противостоять новой лжи. Самое главное, что следует делать - это предоставить контекст, в котором Израиль делал трудные решения и предпринимал противоречивые акции.

ПОЧЕМУ ИЗРАИЛЬ?


Анализируя эти противоречивые действия, мы рассматриваем Израиль под микроскопом. Такой скрупулезный анализ неизбежно выявляет недостатки, издалека невидимые. Фактически, сам акт анализа уже является критикой. Только идеальный выйдет после такого анализа, не изменив свой образ. Возможно поэтому, прежде чем приступить к исследованию Израиля, нам стоит сделать паузу, чтобы проанализировать себя. 

Большинство из тех, кто критикует создание и последующую борьбу Израиля, никогда не проводили аналогичного исследования по поводу другой нации, включая свою собственную. Тогда почему Израиль? Связано ли это с особым характером израильских грехов? Или этот индивидуальный подход отражает недостатки самих израильских обвинителей? Критики Израиля быстро утверждают первое. 

Они не отрицают своего специфического внимания к Израилю. Они объясняют его ссылкой на предполагаемые израильские преступления. Современный антиизраильский нарратив фокусируется на трех палестинских жалобах: оккупации, отсутствии государства и беженцах.

ОККУПАЦИЯ И ОТСУТСТВИЕ ГРАЖДАНСТВА


Суть этой жалобы состоит в том, что Израиль оккупирует землю, на которой палестинцы хотят построить свое государство, и тем самым лишает их какого-либо гражданства. Возглавляющие атаку обычно говорят об «оккупации» и «отсутствии гражданства» как о преступлениях, столь возмутительных, что они лишают защиту какой-либо законной силы. Как заявил президент Палестины Махмуд Аббас в 2014 году: 
«Мы единственный народ на земле, живущий под оккупацией. Это неприемлемо» 
Палестинцы действительно не имеют гражданства. Но причины тому сложнее. То, что у палестинцев нет гражданства, не значит, что следует обвинять Израиль. Страдания народа, как и индивидуальная человеческая боль, могут быть причинены себе сами. Пять раз палестинцам было предложено собственное государство практически на всем Западном берегу и в Газе и даже на еще большей территории. Первое предложение было сделано в 1937 году. Самое последнее - в 2008 году. Палестинцы отказались от каждой из этих сделок. Эта история предложений независимости и отказа от них, должна заставить критиков хотя бы приостановиться, прежде чем они покажут пальцем на Израиль. Важно отметить, что отсутствие гражданства - это не уникально невыносимое состояние, как многие считают. 

Несмотря на протестное заявление Аббаса, палестинцы - не единственный «оккупированный» народ на планете. Отнюдь нет. Энциклопедия не имеющих государства народов перечисляет 350 таковых. И автор энциклопедии подчеркивает, что эти 350 представляют собой лишь «долю» всех не имеющий государств. Он привел только те народы, не имеющие государственности, которые активно стремятся к своей независимости. Есть народы без государств, которые никогда не организовывали движений в поддержку своей независимости. Фактически, по данным Организации Объединенных Наций, только 3% из 6000 национальных групп мира имеют свои государства. Некоторые из этих народов являются относительно новыми, как палестинцы, у которых национальное самосознание стало развиваться лишь после Первой, Второй мировых войн, а возможно и позже. Другие народы без собственного государства являются такими древними как курды, которые на протяжении столетий осознавали собственную индивидуальность. Некоторые из этих народов являются небольшими и неизвестными, вроде 790 000 иегуев в Корее и 1,3 миллиона майджеров Сомали. Другие народы являются большими, хотя столь же безвестными, типа 23 миллиона Ибос в Нигерии или 11-миллионной белуджской общины в Иране, Афганистане, Пакистане и Индии. Другие нации без государств знакомы нам более, как, например, 6,5 миллионов тибетцев в Китае и 70 миллионов тамилов на юге Индии и севере Шри-Ланки. 

Не является ли отсутствие собственного государства просто проблематикой третьего мира? Упомянутая энциклопедия насчитывает в Европе тридцать подобных народов. Здесь тоже автор предпочитает включать только те народы, которые активно продвигаются к независимости. К ним относятся баски и каталонцы в Испании, бретонцы и корсиканцы во Франции, а также Манксы и Уэльсцы в Великобритании. Только на земле Венгрии насчитывается тринадцать национальных меньшинств без государственности.

Две несправедливости не создают справедливость. И 350 тоже. Но множество наций без государств ставят, по крайнек мере, вопрос: почему лишь одна из этих предполагаемых несправедливостей является предметом такой большой озабоченности мира, такой страсти и возмущения? Почему так много людей глубоко обеспокоено отсутствием палестинского самоуправления, но у них нет подобной озабоченности и даже знания об отсутствии самоуправления у столь более старых и крупных национальных групп? Что в палестинцах такого, что заставляют многих так волноваться? Когда бушуют страсти, в этом часто бывает замешана религия. Подавляющее большинство палестинцев - мусульмане. Может быть, мы фокусируемся на палестинцах, потому что для нашей постколониальной эпохи мультикультурализма характерна особая чувствительность к оккупации мусульман? Но если это так, то как объяснить факт, что так много других мусульманских народов, не получивших самостоятельности, привлекают гораздо меньше внимания? Только в Кавказском регионе абхазы, балкары, чеченцы, ингуши и дагестанцы - все мусульмане, стремящиеся к независимости от России. Сколько из нас вообще слышали об этих народах? Более десяти миллионов мусульманских уйгуров ищут свою независимость от Китая. Многие ли из нас могут даже произнести это слово?

Быть может, наше внимание к палестинцам проистекает из того факта, что среди палестинцев есть христианское меньшинство? Это имеет смысл, когда наблюдатели преимущественно христианского Запада проявляют повышенный интерес к страданиям единоверцев, не имеющих своего государства. Но эта теория не объясняет существования столь многих других христианских народов, находящихся в такой же ситуации, но не удостаивающихся аналогичного внимания. Например, в мусульманском мире ассирийцы, халдеи и копты - христианские народы, давно ищущие независимости от тех мусульманских государств, в которых они живут. Эти христиане подвергаются все более тяжелым преследованиям со стороны исламских боевиков, и тем не менее Запад остается в значительной степени безразличным к их бедственному положению.

А может, это не религия вообще, а иная категория - национальность, которая вызывает нашу озабоченность. Палестинцы, как мусульмане и так христиане, являются арабами. Кинорежиссеры так давно прославляют арабскую борьбу за независимость в фильмах типа "Лоуренс Аравийский" и "Алжирская битва". Возможно, мы зацикливаемся на палестинцах, поскольку разделяем убежденность в том, что арабы должны быть свободными? Но, как и в предыдущих примерах, эта теория не объясняет существования столь многих арабских народов, страдающих в неизвестности. Например, на территории Иорданией и Саудовской Аравией рассеяны без самоопределения более 6,8 млн. хаджазитов. Не хватает собственного государства арабам-алавитам и арабам- друзам.

ПОЛОЖЕНИЕ АРАБИСТАНА


Безвестность судьбы народа Арабестана является ярчайшим опровержением любых претензий на некое особое западное сострадание к несамопределившимся народам в целом и несамопределившимся арабам и мусульманам в частности. Арабистан (также известный как ахвази) - арабский народ, насчитывающий от пяти до восьми миллионов человек. Все земли, на которые претендует Арабистан занимает Иран, превратив их в народ, не имеющий государства. Их усилия по завоеванию независимости были жестоко подавлены. Арабистанцы имеют долгую историю. Арабы отвоевали Арабистан у персов в седьмом веке. Поскольку арабы постепенно заселили этот регион, большинство его коренных жителей ассимилировало или исчезло. В конце концов, персы вновь завоевали эту территорию в шестнадцатом веке и переименовали ее в Хузестан. Но, несмотря на персидские попытки демографического сдвига, население Арабистана осталось в подавляющем большинстве арабским. В отличие от относительно новоявленных палестинцев, арабистанцы имеют за плечами столетия национальной идентичности и длительные периоды самоуправления. В 1821 году персы разрешили арабистанцам создать автономный эмират. В 1857 году Эмирату Арабистан было разрешено вступать в дипломатические отношения с другими государствами. В 1923 году Арабистан восстал и провозгласил независимость от Персии. Персидские войска подавили это восстание в следующем же году.

Когда шах Реза Пехлеви пришел к власти в 1925 г., он централизовал иранское управление под своим твердым контролем. Он приостановил традиционную автономию Арабистана и запретил публичное использование арабского языка. В 1936 году последний арабский эмир шейх Хазаал был заключен в тюрьму и убит в Тегеране. После свержения шаха аятоллой Хомейни в 1979 г., арабы Арабистана осмелились возмечтать, что долгая ночь их угнетения закончилась. Они вышли на улицы с требованиями возвращения автономии. Но Хомейни жестоко подавил протесты. Когда в 2005 году арабистанцы начали новый раунд демонстраций, иранцы подавили их еще жестче: более 130 протестующих арабов были убиты и множество заключены в тюрьмы. Как и палестинцы, арабистанцы прибегли к терроризму в качестве громкой декларации своего бедственного положения. В 1979 г. группа националистов основала Демократический революционный фронт за освобождение Арабистана (DRFLA). В апреле 1980 г. шесть вооруженных террористов DRFLA захватили посольство Ирана в Лондоне, взяв двадцать шесть человек заложниками. Они пригрозили взорвать здание и убить заложников, если 91 арабский заключенный не будет освобожден из иранских тюрем. Конфликт закончился тем, что британские войска штурмовали посольство и убили большинство боевиков DRFLA. Арабы Арабистана сталкиваются с дискриминацией в сфере образования, занятости, политики и культуры. Более половины населения провинции живет за чертой бедности. Хотя большинство школьников арабы, в школам запрещено преподавание на арабском языке. И правительство Ирана предприняло активные усилия по этнической чистке Арабистана от своих арабов. По данным Amnesty International, «экспроприация земли иранскими властями, как сообщается, настолько распространена, что, похоже, политика направлена на лишение арабов их традиционных земель. По-видимому, это является частью стратегии, направленной на насильственное переселение арабов в другие районы, параллельно облегчая передачу земель Хузестана неарабам». Арабистан не завоюет свободу в ближайшее время. 90% нефтяных доходов Ирана поступает из скважен Арабистана. Проще говоря, Иран без Арабистана - это Иран без нефти.

ПАЛЕСТИНСКИЕ БЕЖЕНЦЫ


Нет никакого логического объяснения той огромной разнице во внимании, уделяемом этим двум арабским народам с отсутствующим самоопределение, палестинцам и арабистанцам. Возможно, проблемой является не отсутствие государства? Может быть, то, что действительно нас беспокоит, заключается не в отсутствии гражданства у палестинцев, а в том, что многие из них бездомны? Может быть, обеспокоенность всего мира вызывает проблема палестинских беженцев? Палестинцы, безусловно, страдают от дислокации. Израильская война за независимость 1948 г. привела к появлению семисот тысяч палестинских беженцев-арабов. Но реальность палестинских страданий не обязательно означает вину в этом Израиля. Подавляющее большинство этих палестинских беженцев бежали от войны, начатой ​​их лидерами, которую их арабские соседи раздували. И даже то меньшинство беженцев, что было насильно изгнано Израилем, жило в основном в деревнях, являвшихся стратегическими пунктами той войны, которую Израиль отчаянно пытался избежать. Эта прямая связь между арабской агрессией и дислокацией арабских жителей должна бы притушить возмущение тех, кто пытается обвинить в этих страданиях Израиль. И стоит отметить, что бездомность, как и безгосударственность, не является редчайшей исторической несправедливостью, про которую многие твердят. Трагическая реальность заключается в том, что мир наводнен перемещенными лицами. Лишь в последние годы война в Афганистане произвела более 2,5 миллионов беженцев; иракская война дала более 1,5 миллиона беженцев; и к началу 2016 года сирийская гражданская война добавила еще более 4 миллионов беженцев. Тем не менее, мы на Западе редко приостанавливаемся, чтобы задуматься о масштабах этих страданий.

То, что сегодня весьма распространено, в прошлом веке было настоящей эпидемией. Две мировые войны и последующее возникновение ряда новых национальных государств на долгие годы выместили миллионы людей из земель, где они родились. И однако, несмотря на их огромное количество, большинство из нас никогда не слышали об этих беженцах. В некоторых случаях беженцы были вынуждены покинуть свои дома не в результате войны, а в результате последующего за ней мира. После Первой мировой войны победоносные союзники рассекли разгромленную Османскую империю на ряд новых государств. В рамках этого процесса они решили попытаться положить конец этнической напряженности между греками и турками, которое вызывало столько конфликтов на протяжении многих столетий. Прописанное решение было радикальным: массовый обмен населением. Под руководством Лиги Наций все этнические греки, проживающие в Турции, были высланы в Грецию, а все этнические турки, проживающие в Греции, перевезены в Турцию. Таким образом, около двух миллионов человек были вынуждены покинуть своё единственное известное им жильё и отправиться жить в новую землю. Эти изгнания не породили заметного возмущения ни в то время ни в последующие десятилетия. Напротив, большинство наблюдателей отметили, что обмен населением оказался весьма успешным. Как отметил Уинстон Черчилль в речи 1944 г. в парламенте: 
"Обмен населением, произошедший между Грецией и Турцией после последней войны ... во многом стало успешным, и с тех пор привел к дружеским отношениям между Грецией и Турцией." 
У британцев, безусловно, был этот пример перед глазами, когда она предоставляла Индии независимость в 1947 году. После ухода британских войск, вспышки насилия между мусульманами и индусами обострились. Британцы отреагировали на этот кризис, разделив свою гигантскую колонию на две страны: Индию и Индию с мусульманским большинством. В последующие сразу после раздела месяцы, это межрелигиозное насилие еще усилилось. Кровопролитие в конечном итоге вызвало массовый обмен населением, поскольку религиозные меньшинства искали безопасности среди своих единоверцев. Более семи миллионов мусульман бежали из Индии в Пакистан. И около семи миллионов индусов и сикхов бежали из Пакистана в Индию.

Почему большинство жителей Запада забывают этих мусульманских беженцев из Индии, но остаются прицельно ориентированными на мусульманских беженцах из Палестины? Ведь кризисы, создавшие эти две бездомных группы населения, произошли друг за другом в течение того же года: в 1947 и 1948 годах соответственно. И мусульманский исход из Индии был в девять раз больше мусульманского исхода из Палестины.

Возможно, мы забыли об этих индийских беженцах, потому что они были частью взаимного обмена населения? От этого потрясения ужасно пострадали обе стороны: и индуисты, и мусульмане. Аналогичным образом, греческие и турецкие беженцы 1923 года были частью обмена, и их страдания были общими для обеих сторон. Считается, что палестинцы являются единственными беженцами, пострадавшими от израильских войн в 1948 и 1967 годах. Но это восприятие односторонних страданий палестинцев столь же неверно, сколь и широко распространено. В действительности, войны 1948 и 1967 годов породили еврейских беженцев, и в масштабах, фактически превосходивших число арабских беженцев. Фактом является то, что победы Израиля в этих войнах возбудили арабский мир, и каждый конфликт сопровождался волнами антиеврейских беспорядков, конфискациями, убийствами и изгнанием во всех арабских странах. Эти потрясения в конечном итоге заставили примерно восемьсот тысяч евреев покинуть свои дома в арабских землях. Многие из этих еврейских общин были очень древними и предшествовали возникновению ислама и арабскому завоеванию этих земель. Есть только одна причина, по которой относительно мало людей знают, что такие еврейские беженцы когда-либо существовали: большинство из них нашли себе новый дом в Израиле.

НЕМЕЦКИЕ БЕЖЕНЦЫ


Если бы что-то в размышлениях о беженцах по-настоящему задевало нашу совесть, то возмущение большинства жителей Запада было бы, несомненно, еще выше по поводу гораздо более масштабного кризиса беженцев, который произошел намного ближе к их дому всего за несколько лет до палестинского исхода: изгнание примерно двенадцати миллионов этнических немцы из Восточной Европы после Второй мировой войны. Есть много поразительных параллелей между палестинскими и немецкими беженцами. И есть только одна разница: большинство людей даже не подозревают, что эти миллионы немецких беженцев когда-либо существовали.

В седьмом веке арабы вышли со своей родины на Аравийском полуострове и завоевали большую часть Ближнего Востока и Северной Африки. В тринадцатом веке немцы выплеснулись со своей родины в Центральной Европе и заселили огромные территории в Восточной Европе. Эти два народа доминировали каждый в своем регионе. Первая мировая война ознаменовала собой неутешительный поворотный момент для обоих этих удаленных друг от друга народов. На Ближнем Востоке послевоенное урегулирование открыло Палестину для еврейских иммигрантов, что угрожало превратить арабов, живущих там, в меньшинство. В Восточной Европе послевоенные договоры разделили бывшую Австро-Венгерскую Империю на несколько новых, негерманских государств-преемников, таких как Чехословакия, Польша и Венгрия. В результате миллионы этнических немцев, живущих в этих новых странах, немедленно оказались меньшинствами. Большинство этих немцев жили в многовековых общинах с преобладанием немецкого населения, всегда считавшихся неотъемлемой частью немецкой родины. В конце концов, как арабы, так и немцы начали войны, чтобы исправить возникшую "несправедливость". Немецкие чувства забурлили первыми. Освобождение этих немецких меньшинств и их воссоединение с немецкими братьями было центральной позицией нацистской платформы. Выполнение этого священного долга было основным мотивом нацистской агрессии, вызвавшей Вторую мировую войну. Когда немецкие войска завоевали территории этих общин, многие восточно-европейские немцы приветствовали их как освободителей. Некоторые из этих этнических немцев служили в гестапо, вермахте и СС и участвовали в их зверствах. Другие отказались присоединиться к нацистам и даже сражались против них. Но когда война закончилась, почти все этнические немцы Восточной Европы приняли тяжесть жестокой мести.

Когда Вторая мировая война подошла к концу, чешские и польские правительства в изгнании открыто заявили о своем намерении изгнать этническое немецкое население. Соединенные Штаты и Британия быстро выразили свою симпатию. Президент Рузвельт написал премьер-министру польского правительства в изгнании следующее: 
«Если польское правительство и народ желают в связи с новыми границами польского государства добиться трансфера с территории Польши национальных меньшинств, Правительство Соединенных Штатов не будет возражать, и насколько это практически возможно, будет способствовать такому перемещению. 
Немцы, которых Рузвельт соглашался выдворить, имели проживавших в Польше предков задолго до того, как первый англичанин ступил на землю Северной Америки. Уинстон Черчилль был еще более откровенным. Выступая перед парламентом 15 декабря 1944 года и говоря о немецких общинах, он заявил: 
"Высылка - это метод, который, насколько мы могли видеть, является наиболее удовлетворительным и постоянным. Не будет смешанного населения, вызывающего бесконечные беспорядки... Будет произведена чистка. Меня не тревожит перспектива разделения популяций, даже в таких крупных масштабах, которые в современных условиях возможны более, чем когда-либо раньше".
 Это были не пустые слова. В августе 1945 года победоносные союзники встретились в Потсдаме. Уинстон Черчилль и Иосиф Сталин присоединились к новому президенту Америки Гарри Трумэну. Здесь три лидера официально согласились на массовое изгнание этнических немцев из Восточной Европы. В статье XII Потсдамского протокола, в частности, говорится: 
"Три правительства, рассмотрев вопрос во всех его аспектах, признают, что трансфер в Германию немецкого населения и его частей, оставшихся в Польше, Чехословакии и Венгрии, должен быть предпринят. Они сошлись на том, что любой трансфер, который произойдет, должен осуществляться упорядоченным и гуманным образом".
Те, кто сейчас стремится защитить это соглашение, подчеркивают, что альтернатива была хуже. В то время пока шли переговоры, этнические немцы уже подверглись жестокому обращению в Восточной Европе. Советские войска убивали этнических немцев в Польше и депортировали остальных в трудовые лагеря в Сибири. Чехи заставили этнических немцев жить в нацистских концлагерях, а затем депортировали их в Германию в набитых вагонах для скота или насильственными маршами, которые многие не пережили. Американцы и англичане надеялись, что, согласившись на трансфер, они могли по крайней мере обеспечить, чтобы он был совершен более гуманно. И эта сделка с дьяволом в конечном счете принесла некоторые дивиденды. Худшие из послевоенных зверств прекратились. Условия улучшились. Ежедневные транспорты этнических немцев из их древних общин в новые дома урезанной Германии продолжались до 1947 года. В конечном итоге от десяти до пятнадцати миллионов этнических немцев были изгнаны из Польши, Чехословакии, Венгрии и Югославии. Более двух миллионов умерли, прежде чем нашли свои новые дома в Германии. Сейчас через иммиграцию и смешанные браки каждый четвертый гражданин Германии имеет корни в тех разрушенных восточных общинах.

Когда Уинстон Черчилль писал свою историю Второй мировой войны, он предсказал, что это послевоенное соглашение будет бомбой замедленного действия, которая взорвется будущей войной так же, как договоры после окончания Первой мировой войной. Он считал, что миллионы перемещенных немцев вдохновят очередного немецкого лидера-экспансиониста на освобождение их прежних домов и триумфального возвращения. Черчилль ошибся. Вскоре после войны эти немецкие беженцы сформировали две крупные организации, которые их представляли: Объединенная Восточногерманская ассоциация и Центральный союз изгнанных немцев. В 1949 году эти организации в сотрудничестве разработали "Великую хартию прав высланных".

В этом просвещенном документе изгнанники заявили о своем намерении «отказаться от мести и возмездия». Вместо этого они взяли на себя обязательство "посредством тяжелых и неустанных усилий способствовать восстановлению Германии и Европы". Именно это они и сделали. Эти миллионы перемещенных немцев были высококвалифицированной рабочей силой, и они искали возможностей. Это сочетание их предприимчивости и деньги Плана Маршалла вызвали экономическое чудо. В течение последующего десятилетия Германия быстро отстроилась и возобновила свое положение центральной экономической державы Европы.

Чешские и польские немцы пришли из общин, которым было более семисот лет. Они могли бы сопротивляться переезду в чуждый угол на их немецкой родине. Они могли бы создать Судетскую армию освобождения или Народный фронт освобождения Пруссии, чтобы вернуть свои потерянные дома. Немецкие террористические группы могли бы убивать невинных чехов и поляков, чтобы провозглашать свое бедственное положение и драматизировать свои требования. Тот факт, что эти миллионы немецких беженцев выбрали другой путь, имеет огромное значение. Он демонстрирует, что не каждый человек, которому есть на что жаловаться, должен отвечать гневом. Это показывает, что можно смотреть вперед с надеждой, а не оглядываться назад в гневе. Это сделали турецкие и греческие беженцы. Это то, что сделали еврейские беженцы из арабских стран и Европы. Это то, что сделали большинство индуистских и мусульманских беженцев из Индии и Пакистана. Фактически, это в значительной степени то, что сделала каждая группа беженцев в истории беженцев, за одним заметным исключением: палестинцы. Поучительный контраст между реакцией Германии и Палестины на соответствующие военные поражения. Это контраст был отмечен теми, кто изучает историю немецких беженцев. Альфред де Зайас, один из главных летописцев немецких высылок, подчеркивает, что "в отличие от палестинских изгнанников, которые стали террористами, несмотря на миллионы долларов помощи Организации Объединенных Наций, немецкие эмигранты превратили помощь Плана Маршалла в деятельность, позволившую им не только выжить, но и постепенно восстановить свою жизнь в либеральном, демократическом и мирном обществе". Не только немецкие беженцы ответили конструктивно, но и сама Германия, в которую они были вынуждены уехать. В отличие от арабских государств, куда бежали палестинцы, Германия не сосредотачивала немецких беженцев в лагерях и не мешало им становиться гражданами. Она не стремилась использовать их в качестве политических пешек для сохранения немецких претензий на бывшие немецкие земли, из которых те пришли. Напротив, Германия приветствовала этих беженцев как полноправных граждан новой, меньшей Германии и вложила значительные средства в их поддержку и интеграцию. В сентябре 1952 года, например, Германия приняла "Закон об уравнивании бремени". Это щедрое законодательство стремилось привлечь весь немецкий народ к облегчению страданий немецких беженцев. Немецкие налоговые доллары были запущены в действие, предоставляя беженцам необходимую подготовку, жилье и медицинскую помощь….


Перевод: +Mark Appel 

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

DQ

И ещё