"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Поиск по этому блогу

Политика идентичности — антисемитизм Америки

Худшее не произошло, оно приближается.


Даниэль Гринфилд, 5 ноября 2018

Когда Роберт Бауэрс вошел в дверь синагоги Древо Жизни с намерением убить, им двигала политика идентичности. В качестве сторонника превосходства белых, его бренд политики идентичности - более политически некорректен, чем тот, который привел Тамику Мэллори и Линду Сарсур из "Женского марша" к поддержке Луи Фаррахана, но не более жестокий, расистский или злобный.

Перед этой резней, самое свежее антисемитское нападение высокого профиля было совершено мусульманином, который был снят на видео избивающим еврея с воплями об «Аллахе» и своей ненависти к евреям.

Еще одним преступлением на почве ненависти, также попавшим на видео, было жестокое нападение с бейсбольной битой, совершенное чернокожим. Такие нападения менее разрушительны, чем массовое убийство одиннадцати человек, но является также и гораздо более обычным явлением. Они повторяются из месяца в месяц и из года в год. Они составляют значительную часть антисемитских преступлений на почве ненависти и возглавляют список ежегодных статистических данных о преступлениях на почве ненависти. 

Убийство в синагоге Древо Жизни было встречено редакционными статьями, оплакивающими «утрату невинности» американскими евреями. Такие редакционные статьи появляются из пузыря привилегий, который отрезан от того, как живут многие евреи.

В 1991 году первый чернокожий мэр Нью-Йорка стоял и смотрел, как разъяренная толпа, подстрекаемая, среди прочих, Аль-Шарптоном, совершила жестокое антисемитское бесчинство в Кроун Хейтсе. Кроунхейтский погром, как он стал известен, забрал три жизни и терроризировал целый район. 

Шарптон, черный расист, связанный с антисемитским насилием, выступил на общенациональном съезде Демократической партии, устроил шоу на MSNBC и стал постоянным посетителем Белого дома Обамы.

Расстояние между Кроун Хейтсом и Сквиррел Хилл — это больше, чем просто география. Оно еще и социальное, и культурное. Антисемитское насилие со стороны черных расистов и мусульманских террористов имеет тенденцию случаться в самых бедных городских кварталах и направлено против самых бедных и наиболее религиозных групп евреев. Нападения белых расистов имеют тенденцию быть обращенными больше на еврейские районы, расположенные в пригородах. Это, как правило, процветающие и более однородные еврейские районы.

Они являются домом для той же самой еврейской популяции, которая чаще всего и пишет редакционные статьи о потере невинности. Однако невинность — это привилегия, которую евреи самых бедных городских кварталов никогда не имели.

Есть евреи, которые живут в непосредственной близости от неонацистов, и такие, что живут ближе к поклонникам Фаррахана и ХАМАСа (хотя Фаррахан и ХАМАС восхищаются Гитлером за убийство миллионов евреев). Еврейские общины, которые пережили поколение расовых беспорядков, и еще одно поколение грабежей, игры в нокаут, изнасилований и убийств, и которым часто приходилось собираться и уходить из своих американских Анатевок в крупных городах, никогда не имели никакой невинности антисемитизма, а только горький опыт.

Не случайно, что привилегированные более склонны быть прогрессивными. Истерия по поводу Трампа родилась не из опыта антисемитизма, а из неопытности. Поверить, что президент Трамп - антисемит — это все равно, что признать привилегию. Это признание того, что ваш опыт антисемитизма — это абстракция, серия теорий и уроков истории, а не осознание повседневной реальности.

Нужно иметь значительную меру неопытности антисемитизма, чтобы поверить, что он существует только по одну сторону политического спектра, удаленного от вас. Антисемитизм является стадным. Ненавидящие евреев, как правило, являются неудачниками, убежденными в своем собственном естественном превосходстве и обвиняющими евреев в их неспособности достичь этого.

Вы можете найти таких людей по правую сторону спектра, однако, именно левая часть спектра была построена специально для них. 

Гений Гитлера заключался в том, что он взял основной призыв социализма, его государственный контроль, одежды государства всеобщего благосостояния, подозрение в личных заслугах и призыв к посредственности, и переосмыслил их в расовых и националистических терминах. Однако он только подчеркнул антисемитизм в социализме, а не изобрел его. 

Политика идентичности делает то же самое, что и национал-социализм, объединяя государство всеобщего благосостояния и антикапиталистическую риторику с голыми расовыми призывами, задействовав расистские убеждения несостоявшихся групп, предлагая им особые расовые привилегии, приписывая их неудачи личным заслугам и капитализму.

Крупнейшими бенефициарами социальной мобильности, обеспеченной теми и другими, часто были евреи.

Между расизмом белых и национализмом черных очень мало различий. Разница столь мала, что Малкольм Х и Нация Ислама сотрудничали с ККК и американской нацистской партией. Между Обамой и Гитлером гораздо более короткий маршрут, чем между Трампом и Гитлером. Просто рассмотрите фотографии Обамы с Фарраханом, сходство с его наставником, Джереми Райтом, поскольку Фаррахан, его восхищение Гитлером и восхищение Гитлера исламским антисемитизмом и его вдохновляющей роли Мусульманских братьев. Однако — это путь, по которому прогрессисты предпочитают не следовать.

Хотя евреи-прогрессисты могут отрицать, что черный национализм и белый расизм - явления одного порядка, взаимное восхищение общества между ними превращает их отрицание в насмешку. Антисемитизм - это племенная проблема. Мультикультурализм вылился в межсекторальность, породив больше трайбализма, обид и альянс обиженных, в котором евреи являются не полноправными участниками, а растущими мишенями. 

Поскольку общество становится все больше расово и этнически племенным, оно становится все больше антисемитским. Нападение белого расиста на синагогу в Сквиррел Хилле является одним из симптомов гораздо более серьезной проблемы.

Евреев-прогрессистов беспокоят редкие вспышки белого племенного антисемитизма, потому что это не особенно пестрое население, среди которого живут эти сторонники разнообразия. Трудящиеся евреи из внутренних городов больше беспокоятся о повседневных различных проявлениях племенного антисемитизма, который их окружает.

Это повсеместный антисемитизм, который их братья-прогрессисты не понимают и не думают о нем, поскольку это неудобно для их политики и чуждо их опыту.

В то время как еврейские общины во всем мире, от Кроун Хейтса до Иерусалима, скорбят по убитым в Сквиррел Хилле, часто кажется, что такое выражение сочувствия не получает взаимности. Когда евреи были забиты камнями антисемитскими толпами в Кроун Хейтсе, евреи-прогрессисты велели им прекратить смущать первого черного мэра Нью-Йорка. Когда раввины были зарублены топором насмерть в Иерусалимской синагоге, «невинные» прогрессисты обвинили Нетаньяху и придуманный сдвиг Израиля вправо. 

Им наплевать, что их налоговые доллары используются для оплаты террористов, убивавших евреев. Им наплевать, что новостная сеть MSNBC, которую они смотрят, платила погромщику. Эта их «невинность» имеет высокую цену, и на данный момент расплачиваются евреи в Бруклине и Иерусалиме. В то время как евреи-прогрессисты живут в постепенно исчезающем золотом лете пригородов, трудящиеся евреи поколениями переживали разграбление магазинов, квартир и беспорядочные жестокие нападения. Мечта первых, их политическая стратегия и идеалы — это кошмар наяву последних.

Однако эпоха невинности подходит к концу. Америка меняется. Те же силы, которые сделали Обаму, снова сделали актуальным Фаррахана. Мусульманская миграция превратит Америку в подобие Европы. Сначала это почувствуют города. Но они будут не последними. Сочетание политического радикализма и трайбализма, изгоняющее евреев Франции, Швеции, а теперь Объединенного Королевства, не пройдет мимо пригородных «штетлов» Америки.

Расизм белых — это один вектор антисемитизма. Политика идентичности создаст еще дюжину.

Расстрел в Сквиррел Хилл был не самым страшным. К сожалению, к трагедии и к ужасу, худшее еще впереди. И когда это произойдет, старая невинность исчезнет, как если бы ее никогда не было.


Даниэль Гринфилд, сотрудник Института Шильмана в Центре свободы, является журналистом, ведущим расследования и писателем, уделяющим особое внимание радикальному левому и исламскому терроризму.


Перевод: Miriam Argaman

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

DQ