"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Поиск по этому блогу

Почему БАПОР является препятствием для двух государств для двух народов: интервью с Эйнат Вильф

4047157522

Эйнат Вильф, октябрь 2018

Эйнат Вильф является соавтором книги «Война за возвращение» (с бывшим журналистом газеты Haaretz, Ади Шварцем). Она говорит с заместителем редактора Fathom, Калевом Бен-Дором (КБД) об основных утверждениях книги: мир невозможен, пока палестинцы требуют «права на возвращение» для миллионов «беженцев», что делает невозможным решение конфликта путем установления двух государств для двух народов, и что Агентство ООН по оказанию помощи и организации работ (БАПОР) является ключевой опорой, поддерживающей это невозможное требование. Английский перевод выдержки из предисловия Вильфа доступен здесь.

Скачать PDF версию можно здесь.

Книга

Калев Бен-Дор: Книга "Война за возвращение" получила очень большую популярность в Израиле, и ее английский перевод будет доступен в следующем году. Вы говорите, что книга является продуктом совместного признания между вами и вашим коллегой, Ади Шварцем, того, что тот, кто хочет мира, должен вкладывать средства в подрыв арабского максимализма не меньше, чем максимализма еврейского. Что вы имеете в виду?

Эйнат Вильф: Мир особенно сосредоточен на аспектах еврейского максимализма, особенно на поселениях, особенно в глубине Западного берега. Конечно, последние предназначены для того, чтобы передать и воплотить идею, что вся земля между рекой Иордан и Средиземным морем, которую евреи называют Землей Израиля (Эрец Исраэль — прим. пер.), является исключительно еврейской. Поселенцы намеренно пытаются сделать невозможным достижение мира на основе идеи двух национальных государств - Израиля и Палестины. Дипломаты регулярно утверждают, что поселения являются основным препятствием на пути к миру. Но то, что Ади и я показываем в книге, это что арабский максимализм не меньше, а, возможно, даже больше, является препятствием для мира. И почти никто об этом не говорит. 

Арабский максимализм проявляется в том, что арабы и палестинцы называют «Правом на возвращение». Суть этого «права» заключается в том, что сотни тысяч арабов (и миллионы их потомков) бежали из районов во время войны, которую они вели против раздела и проиграли — войны, направленной на предотвращение появления государства Израиль, получить право поселиться в Израиле, чтобы евреи превратились в меньшинство. А, чтобы мы не забыли, евреи, оказавшиеся в меньшинстве, как правило, оказываются в незавидном положении. 

Палестинцы, придерживающиеся этой идеи «возвращения» в течение 70 лет, по сути, заявляют, что «война еще не окончена». Их идея заключается в том, что, хотя они проиграли битву за предотвращение иммиграции евреев в страну, дипломатическую битву за предотвращение голосования по разделу в ООН и военную битву против рождения Израиля, они все еще продолжают войну другими средствами. 

Такова идея «права на возвращение» арабских «беженцев».

В то время как строительство израильских поселений рассматривается как убедительное доказательство того, что Израиль не хочет раздела территории, отсутствие информации о решительности требования арабов «возвращения» означает, что лишь немногие признают арабское неприятие как серьезное препятствие на пути к миру. Доказанная готовность Израиля разделить землю в 1947, 2000 и 2008 годах часто игнорируется утверждением, что Израиль на самом деле не имеет этого в виду, в то время как доказанное упорство арабов в «возвращении» объясняется утверждением, что они этого тоже не имеют в виду на самом деле. 

БАПОР - как часть проблемы, а не ее решение.

КБД: Многие особенности политики администрации Трампа в отношении прекращения финансирования БАПОР остаются неясными. Например, какие учреждения могут заменить БАПОР в различных областях, в которых он работает? Вы обращаетесь к этому вопросу, а также изучаете, как следует пересмотреть расчет численности беженцев БАПОР. Можете ли вы объяснить вашу точку зрения относительно БАПОР? 

ЭВ: Вместо того, чтобы Агентство ООН по оказанию помощи и организации работ (БАПОР) облегчило сложную ситуацию, оно было одним из ее главных создателей и радикальных сил. Через свои лагеря беженцев БАПОР стал инкубатором, который питал и выращивал гневный, преследуемый и воинствующий палестинский национализм, запертый в собственных миллинарийских представлениях о возвращении в страну, где арабы не являются большинством и не признают права группы большинства в этой стране на собственное государство. Например, террористы, которые осуществили мюнхенскую бойню и угоны самолетов, были детьми БАПОР.

БАПОР действует на Западном берегу, в Газе, Сирии, Иордании и Ливане, управляя в общей сложности 5,3 млн. беженцев, однако, почти никто из них не будет считаться беженцем по международным стандартам. Например, 2,2 миллиона «беженцев» БАПОР, 40% от общего числа, являются гражданами Иордании. Они голосуют и занимают важные посты в Иордании. Граждане не считаются беженцами в любой другой ситуации. Кроме того, 82% даже не живут в иорданских лагерях. Многие из них являются профессионалами среднего класса и состоятельными бизнесменами. Нет никакой связи между широкой картиной, связанной со словом «беженец», и тем, кто они на самом деле.

Еще 40%, примерно, 2,1 миллиона человек, живут на Западном берегу и в Газе. Они тоже не беженцы. 

По их собственным данным, они живут на территории Палестины. БАПОР насчитывает еще один миллион беженцев в Сирии и Ливане, но мы знаем из недавней официальной переписи, что эти цифры по меньшей мере в четыре раза завышены, потому что большинство из них давно уехали. Например, отец супермоделей Гиги и Беллы Хадид, мультимиллионер, живущий в Лос-Анджелесе, до сих пор числится в книгах БАПОР в Сирии как беженец из Палестины. Это означает, что уже 95 процентов лиц, зарегистрированных БАПОР в качестве «беженцев», не будут считаться беженцами по международным стандартам и в любом другом конфликте. Но даже среди тех 250 000, которые фактически все еще проживают в Сирии и Ливане, только исконные жители, которые бежали от войны, пересекли границу с другой страной и не получили гражданства, будут считаться беженцами, а, если бы с ними обращались, как с другими беженцами в мире, они бы уже давно переселились и снялись с учета.

В качестве организации, которая предоставляет социальные услуги, БАПОР не является необходимым. В каждом районе деятельности существует альтернатива БАПОР. Палестинская администрация предоставляет образовательные и медицинские услуги, и БАПОР там не нужен. Донорские государства на Западном берегу могут перенаправить финансовую поддержку на функционирование школ и больниц БАПОР Палестинской администрации. Ничего не изменится, кроме символа на входе в школу. В Газе может быть создана новая зонтичная организация, единственной целью которой будет реабилитация сектора, но это должно быть обусловлено созданием нового агентства, включающего все виды деятельности БАПОР. В Иордании действует система здравоохранения и образования, а «зарегистрированные беженцы» БАПОР являются гражданами Иордании, поэтому они могут и должны быть обеспечены своей страной. В Сирии и Ливане Верховный комиссар ООН по делам беженцев может взять на себя обслуживание БАПОР с целью прекращения статуса беженцев, передачи некоторых услуг Сирии, Ливану и частным лицам и, в конечном итоге, отстранения беженцев от дел.

КБД: Вы очень критиковали западных доноров за финансирование БАПОР, но вы также критиковали Израиль за то, что он позволил БАПОР продолжать свою деятельность. После заявления администрации Трампа, некоторые израильские сотрудники безопасности выразили обеспокоенность тем, что потеря БАПОР создаст вакуум и может привести к насилию. Что вы думаете об этом аргументе?

ЭВ: Ади и я работали над этим вопросом, по крайней мере, десять лет, лоббируя правительства Европы, Австралии и Соединенных Штатов, чтобы изменить их политику в отношении БАПОР. И мы призвали политическую систему Израиля снять защиту, которую она предоставила БАПОР. Наша проблема заключалась в том, что одним из главных лоббистов БАПОР в западных столицах были израильские военные! Наша книга очень критично относится к положению израильского оборонного истеблишмента, начиная с 1967 года, когда Израиль впервые взял под свой контроль территорию, на которой действовал БАПОР. В то время считалось, что, поскольку никто не знает, как долго Израиль продержит территории, организации, предоставляющей некоторые медицинские и образовательные услуги в промежуточный период, следует разрешить продолжать. Тем не менее, 50 лет спустя, эта ситуация сохраняется, и это крайне пагубно для мира.

Даже если, и это большое ЕСЛИ, финансирование БАПОР купит краткосрочное затишье, это произойдет по чрезвычайно высокой цене долгосрочных конфликтов. Когда палестинцы требуют «возвращения» в Израиль, это одно. Но когда они чувствуют, что это требование является их «правом», которое санкционировано на международном уровне, да еще и ежегодно получают деньги из западных столиц, они получают сообщение о том, что им надо продолжать верить, что Израиль — временный и однажды будет упразднен. Это расширяет конфликт.

Израильский оборонный истеблишмент всегда утверждал, что выбирать приходится между двумя крайностями — предоставлением БАПОР полной защиты или столкновение с широким палестинским восстанием. Не было предпринято никаких попыток сформулировать более тонкую, креативную или дальновидную политику, которая остановила бы полную защиту БАПОР, с одной стороны, и одновременно пыталась бы ограничить любые потенциальные опасности насилия, с другой. Израиль должен работать над тем, чтобы облегчить доступ к помощи, здравоохранению и услугам образования нуждающимся палестинцам, в то же время отделяя это предоставление услуг от политической цели сохранения и подпитывания требования о возвращении. 

Соучастие западных государств

В течение десятилетий западные государства давали БАПОР значительные средства. Годовой бюджет БАПОР на покрытие постоянных расходов и специальных проектов в последние годы составлял около $1,2 млрд. 

США обычно вносили почти треть общей суммы. Европейский Союз вносит около $160 миллионов; и отдельные европейские государства, включая Германию, Великобританию, Швецию, Швейцарию, Норвегию и Нидерланды, вносили все вместе еще $400 миллионов. В целом, на Европу приходится примерно половина общего бюджета БАПОР. Япония, Австралия и Канада вносят еще $80 миллионов. Между тем, арабский мир, который видит себя потерпевшей стороной в войне 1948 года и в результате возникновения проблемы беженцев, а не в качестве ответственной стороны, как правило, не делает взносы для БАПОР. Арабские государства дают не постоянные и временные обещания внести свой вклад в конкретные проекты, которые выполняются очень редко.

КБД: Одна из ваших рекомендаций для западных государств, если они собираются продолжать давать деньги БАПОР, также содержит заявление относительно их позиции в отношении права на возвращение. Почему?

ЭВ: Западные дипломаты, с которыми я общаюсь, часто отрицают, что они политически поддерживают требование палестинцев о «возвращении». Тем не менее, в течение десятилетий палестинцы воспринимали западную финансовую поддержку БАПОР как политическую поддержку их требования «возвращения». Я согласна с палестинцами. Если западное правительство продолжает давать деньги организации в течение 70 лет, впоследствии трудно утверждать, что оно не поддерживают то, что поддерживает эта организация. Параллельный пример был бы, если бы западные правительства активно оказывали поселениям экономическую поддержку, закатывая глаза и говоря, что проблема будет решена на переговорах об окончательном статусе. Политика отсутствия позиции по вопросу беженцев не является ни нейтральной, ни статичной. Скорее, это означает позволение этому расти ежедневно, пока это полностью не устранит какую-либо возможность соглашения. В книге мы утверждаем, что если правительство продолжает давать деньги БАПОР, то оно должно как минимум четко заявить: «Дорогие палестинцы, вы не беженцы, права на возвращение у вас нет, но мы даем вам немного денег, потому что вы нам нравитесь». Это правильно.

Это, очевидно, не означает, что палестинцы перестанут мечтать об арабской Палестине от реки до моря. Но есть разница между мечтами и тем, что, как они уверены, является «правом», которое поддерживается международным сообществом. Если бы они были изолированы в этом требовании, если бы, как и в примере поселений, они днем и ночью слышали, что «возвращение» не является законным требованием, что международное сообщество не поддерживает его, что палестинцы не могут обосноваться в государстве Израиль, и что международное сообщество поддержит их только, если они захотят остаться на Западном берегу и в Газе, значительно возрастет вероятность того, что появится палестинское руководство, которое наконец скажет своему народу «хватит».

Международному сообществу нужна «конструктивная конкретика», а не «конструктивная двусмысленность».

КБД: Вы говорите, что во время Осло одним из предположений была необходимость «конструктивной двусмысленности» по основным вопросам окончательного статуса, таким как палестинская государственность, границы, поселения, Иерусалим и беженцы, но то, что действительно нужно сейчас - это «конструктивная конкретика». Что вы подразумеваете под этой фразой?

ЭВ: По четырем из этих ключевых вопросов, касающихся окончательного статуса, международное сообщество без проблем взвешивает конкретные детали: оно постоянно твердит, что должно быть палестинское государство (некоторые даже уже признают Палестину), чьи границы должны соответствовать линиям 1967 года, которые они должны принять или пойти на обмен территориями, и что поселения не законны. Они отказываются признать даже западную часть Иерусалима — то, что я называю «трам-тарарам-скучные окрестности-никакой не святой Иерусалим», столицей Израиля, а восточную часть называют «оккупированными палестинскими территориями».

Хотя у международного сообщества нет проблем с тем, чтобы взвесить все это, когда речь идет о «беженцах», они используют такие фразы, как «мы не хотим наносить ущерб вопросу об окончательном статусе». Но поддержка БАПОР наносит ущерб вопросу об окончательном статусе «беженцев», поскольку организация постоянно раздувает цифры. Любая подлинная приверженность всеобъемлющему урегулированию на основе территориального разделения должна повлечь за собой усилия по устранению препятствий на пути к разделению. Когда дело касается БАПОР, международное сообщество делает обратное.

Эта двусмысленность позволила палестинцам заявить, что они приняли решение о двух государствах и признали Государство Израиль, хотя никогда не подписывали никаких формулировок или соглашений, которые могли бы свести на нет требование «возвращения». Вот почему для мира особенно важно взвесить и прояснить проблему «беженцев». Международное сообщество должно четко заявить, что люди, зарегистрированные БАПОР как «беженцы», на самом деле ими не являются; что палестинцы, получив свое собственное государство, могут принять закон о возвращении в государство Палестина, но у них нет оснований для притязания на Израиль. Точно так же, как международное сообщество сообщает израильтянам, что евреи, обосновавшиеся к востоку от «зеленой линии», нелегальны и незаконны, они должны сказать палестинцам, что их требование поселиться к западу от «зеленой линии» в суверенном государстве Израиль является нелегальным и незаконным.

Я искренне верю, что мы с большей вероятностью приблизимся к миру, если мир будет конкретен по всем пяти вопросам окончательного статуса, таким образом, чтобы, в конечном итоге, он сказал следующее: на Западном берегу и в Газе должно быть палестинское государство; его столица будет в арабском Восточном Иерусалиме. Израиль может аннексировать поселения, прилегающие к «зеленой линии» путем обмена территориями, но должен демонтировать остальные; святая часть Иерусалима, которую я с любовью называю «центральное безумие», будет управляться совместно на благо человечества; и нет такой вещи, как требование «возвращения» в Израиль. Это четкое конкретное видение, которое является справедливым, равным и, в конечном итоге, поможет обеим сторонам двигаться вперед.


Перевод: Miriam Argaman

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Поделиться с друзьями:

DQ