"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Поиск по этому блогу

Нет ни мира, ни палестинцев

Если вы дйствительно хотите мира, задайте эти три вопроса.



Даниель Гринфильд, 10 июля 2019

Салах Абу Миала, бизнесмен из Хеврона, отправился в Бахрейн для участия в мирной конференции в Бахрейне. Когда он вернулся домой, он был арестован Палестинской администрацией.

Представитель службы безопасности исламской террористической группы признал, что пока нет никакого обвинения.

.«Это было предупреждением», — сказал он. «Он должен понимать последствия такого сотрудничества».

Сотрудничество с США. Страной, которая создала ПА и потратила на неё миллиарды долларов помощи.

Еще одному бизнесмену удалось избежать применения суровых мер к участникам мирной конференции.

Палестинская администрация не только бойкотировала мирную конференцию, но и арестовала ее участников, предупредив, что участие в ней является сотрудничеством.

Сотрудничество, в соответствии с законом Палестинской администрации, может быть наказано смертью.

Послание заключается в том, что Палестинская администрация в действительности не хочет мира. Она саботировала мирные конференции при Клинтоне, Буше, Обаме, а теперь и Трампе. Испытывались все подходы, основанные на одном и том же узком спектре: от давления на Израиль до подкупа Палестинской администрации. Все они заканчивались одинаково.

Спросите только Салаха, который был посажен в камеру за участие в мирной конференции.

Модель здесь настолько очевидна, что только дипломат или политик может ее проигнорировать. Вот почему мы так давно погрязли в этом. А потраченные миллиарды долларов и тысячи погибших могли бы быть спасены, если бы только наши лидеры поставили под сомнение их условия, задав три простых вопроса.

1. Что, если палестинцы не хотят мира?

2. Что, если нет никаких палестинцев?

3. Что, если нет такого понятия, как мир?


Три предположения о том, что палестинцы существуют, что они хотят мира, и что прочный мир является достижимым условием в регионе, лежат в основе бессмысленного Сизифова мирного процесса.

Мирный процесс был начат с условием, что ООП действительно хочет мира. Или хотя бы соглашения. Конечно, наши лучшие и самые умные согласились, что те не могут желать бесконечной войны.

Так что правда была отстранена. Она было слишком ужасна, чтобы в нее поверить.

Десятилетия неудачных переговоров, куча израильских уступок, личное участие пяти президентских администраций, миллиарды долларов ни за что, а правда все еще отвергнута.

Зато, официальная история гласит, что Израиль не хочет мира. Эхокамера СМИ заполнена сюжетом, в котором Израиль резко сместился вправо и управляется ультраортодоксальными религиозными фанатиками.

И Нетаньяху, которого вряд ли кто-то знает как ультрарелигиозного фанатика.

Кроме того, самая правая партия на последних израильских выборах записала в свою платформу легализацию марихуаны.

Но легче утверждать, что Израиль не хочет мира, чем, что Палестинская администрация его не хочет. Если Израиль не хочет мира, это просто говорит о том, что он плохой актер, и его следует вынудить для его же блага. Если Палестинская администрация не хочет мира, тогда умирает вся политическая предпосылка процесса.

Неправомерное поведение Израиля всегда может быть встречено экономическим и политическим давлением. Если ПА не желает мира ни на каких условиях, то это означает, что, на самом деле, она никогда не была правительством, а просто фронтом для террористической группировки.

И эта террористическая группа стала намного более сильной и опасной из-за мирного процесса.

До мирного процесса, идея о том, что ООП может не хотеть мира, казалась неправдоподобной. В пост-мирном процессе, такая идея представляла бы собой взрывной скандал, виновность в котором охватила бы политические учреждения десятков стран, включая Америку и Израиль.

Так что об этом даже говорить нельзя было.

Почему так много экспертов поверили, вопреки всем свидетельствам, что ООП хочет мира? Ошибка возникла из-за того, что истеблишмент поддался пропаганде ООП о том, что он ведет национальную борьбу за создание государства от имени перемещенных и угнетенных людей.

Истина же заключалась в том, что Палестина как арабское культурное меньшинство, в отличие от несуществующей римской колонии, была таким же мифическим изобретением, как Исламское государство со своим халифом. Подобно ИГИЛу, Хезболле и бесчисленным исламским террористическим группам по всему региону, террористическая группа использовала обиды местного меньшинства, изобрела для них идентичность, и при поддержке иностранных доноров начала кампанию по их «освобождению».

Во всякое данное время, в регионе действуют десятки подобных предприятий. Они не пользуются таким же уровнем поддержки и признания, как ООП. Никто из них не может управлять государством. Или хочет. Но и никто другой в этом регионе. Вот почему это всегда на грани взрыва.

Это подводит нас к третьему предположению.

Мир как естественное состояние мира — это захватывающее европейское заблуждение сразу после одной войны, а потом — еще одной, которая разрушила континент. В истории человечества доказательств для такой идеи так же мало, как и для существования палестинского королевства, империи или муравейника. Еще меньше доказательств — для существования мира или палестинцев в их собственном регионе, который никогда не испытывал ни того, ни другого.

Даже в Европе неизбежность мира продолжает прерываться войнами в каждом поколении. На улицах Парижа, где проходило первое заседание Лиги Наций, есть солдаты, ведущие войну, которую Франция не смогла вести в Алжире. После всяческого поношения "черных ног", французы оказались на расстоянии двух поколений, чтобы самим стать нацией этих самых "черных ног", убегая в Монреаль, чтобы избежать битвы при Париже.

Мир не является естественным состоянием человечества. Это прекрасная вещь, которая иногда случается.

Поколения западных дипломатов продолжают сталкиваться с бедствиями, потому что считают, что мир неизбежен. Следовательно, другая сторона обязана этого хотеть, потому что она хочет того же, что и они.

Они никогда не задают ужасный вопрос, а что, если другая сторона хочет чего-то другого?

Наша внешняя политика постоянно разваливается, потому что мы никогда не задаем этот вопрос.

Мы принимаем притязания другой стороны за чистую монету и рассматриваем их через дефектную линзу наших собственных желаний и потребностей. Мы хотим мира, следовательно, они тоже должны его хотеть. Мы хотим, чтобы убийства прекратились, как он могут этого не хотеть?

Независимо от того, сколько раз мир терпит неудачу, фундаментальные предположения никогда не подвергаются сомнению.

Что, если вместо переговоров с национальным меньшинством, которое хочет земли для своего государства, мы финансируем исламскую террористическую группу, созданную СССР для дестабилизации региона?

Какая из этих двух возможностей лучше объясняет историю неудач в мирном процессе?

Если Палестинская администрация является террористической группой, созданной СССР для дестабилизации региона, подрыва существования Израиля и втягивания Америки в грязный конфликт, что следовало бы сделать иначе?

Ничего.

Решения нет, и никогда не было. В регионе никогда не бывает мира дольше недели. Когда мир не может быть сохранен даже между суннитами и шиитами, то как можно предположить, что он будет сохранен между мусульманской группой и иудеями? «Арабская весна» напомнила нам, что каждое государство в регионе находится всего в одном шаге от гражданской войны. Что заставило кого-то решить, что террористическая группа может создать государство?

Или, что она этого даже хочет.

Мы сможем решить проблему, с которой столкнулись пять администраций, если мы пересмотрим наши ошибочные предположения о мире, Палестинской администрации и вымышленных людях, которых она представляет. Все, что нам нужно сделать, это задать три правильных вопроса.

Даниэль Гринфилд, сотрудник школы журналистики Шильмана в Центре свободы. Он писатель и журналист, занимающийся расследованиями, радикальными левыми и исламским террором.

...



Перевод: Miriam Argaman

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

ПОШЛИТЕ ДРУЗЬЯМ

DQ