Кликние на рекламу - поддержите Трансляриум!

Поиск по этому блогу

Ответственный сотрудник Шабака обратил сторонника ХАМАСа в иудаизм

Невообразимо причудливая ситуация:  в течение многих лет этот человек жил с диссонансом того, что он одновременно является боевиком ХАМАСа и поклонником иудаизма.


ARIK ‘HARRIS’ BARBBING: Second to none in recruiting Palestinian double agents.   (photo credit: MARC ISRAEL SELLEM)
Арик "Харрис" Барбинг: Непревзойденный в вербовке палестинских двойных агентов.
YONAH JEREMY BOB , MARCH 14, 2020

Двигай сюда, Фауда.

Трудно себе представить более сюрреалистическую сцену. Вот он, высокопоставленный чиновник Шабака (Агентство безопасности Израиля), который контрабандой переправил члена ХАМАСа с Западного берега в Тель-Авив. А цель заключалась в том, чтобы помочь ему почувствовать, как будто он — на пути к обращению в иудаизм, чтобы он продолжал давать им зацепки для разрушения террористических ячеек.

Нет, это не пуримская шутка.

Арик «Харрис» Барбинг вышел на пенсию всего около года назад, отработав в Шин Бет (Шабаке) 27 лет, во время которых он чуть не поднялся на вершину Израильского Агентства Безопасности. Высокий и внушительный, способный внезапно проявить общительность и вписаться в то, что может диктовать ситуация — его исключительные навыки быстро становятся очевидными. В последние годы он занимал должности с огромными обязанностями, такие как глава антитеррористического отдела всего Иерусалима, Иудеи и Самарии, а также первый глава кибер-отдела агентства. На протяжении многих лет он исполнял самые разные роли.

В вербовке палестинских двойных агентов он был непревзойденным. Чтобы успешно «повернуть» палестинцев, особенно членов таких групп, как ХАМАС, против своих товарищей-террористов, отмечает Харрис, «вам нужна большая химия с человеком, использующим эмоциональный интеллект больше, чем IQ».

Далее, «очень важно, чтобы вы не взаимодействовали с позиции принуждения… Вам надо быть чутким. Вам приходится больше понимать, в чем у него нехватка и в чем у него необходимость. Со многими агентами приходится быть авантюристом. Жизнь скучна, а они хотят большего». «Мы все что-то скрываем, и лжем, и хотим большего. Мы хотим больше денег, больше внимания и больше любви... приходится манипулировать. Даже, если ты не думаешь, что хочешь большего, я могу тебя довести до этого. Люди скрывают то, что не хотят обсуждать», — сказал бывший высокопоставленный сотрудник Шин Бет.

Харрис сказал, что несколько лет назад в южном районе Иудеи был обнаружен один твердый активный террорист ХАМАСа, который, как узнал Шин Бет, «имел какую-то связь и интерес к евреям, еврейскую девушку, и даже имел книги по иудаизму на иврите».

Невообразимо причудливая ситуация означала, что в течение многих лет этот человек жил в разладе с самим собой, одновременно являясь боевиком ХАМАСа и поклонником иудаизма.

«Он был не просто членом ХАМАСа, он был крупным террористом, который добывал компоненты и собирал бомбы», — вспоминает он.

Шин Бет арестовал этого боевика ХАМАСа, который вместе с Харрисом обсудили пути, по которым его жизнь может пойти с этого момента. Член ХАМАСа сказал Харрису, что «он не хочет идти в тюрьму, а хочет принять иудаизм!» 
«Было неважно, насколько это было практично. Но мы сказали ему, что ты можешь это сделать, но ты должен сделать это как часть правильного процесса. Ты можешь сделать это спокойно, но ты должен понять, что, находясь в процессе обращения, ты больше не можешь действовать против евреев», 
— рассказывал он с блеском в глазах.

Боевик ХАМАСа возразил: «Но вы убиваете нас!» Харрис и Шин Бет ответили: 
«Если мы тебя обращаем, то ты становишься иудеем. Ты помогаешь нам в мелочах, чтобы остановить террористические атаки и улучшить отношения» между двумя народами”. Насмешливо глядя, он объяснил, что Шин Бет «привел к нему пожилого человека в кипе, который свободно говорил по-арабски, как на родном языке».
Этот агент Шин Бет был иракско-еврейского происхождения, но Шин Бет представил его как араба, принявшего иудаизм. Они хотели, чтобы член ХАМАСа почувствовал, что он не первый новообращенный арабского происхождения.

Член ХАМАСа «сразу поверил в эту историю, иначе он не мог себе объяснить, как этот человек так хорошо говорил по-арабски, как кто-то, кто говорил на нем с детства».

«Потом он помог предотвратить множество нападений… в районах Хеврона и южного Хеврона, в том числе, значительную оружейную инфраструктуру ХАМАСа для осуществления стрельбы и похищений».

Когда Харрис привез этого информатора ХАМАСа в Тель-Авив, он сказал, что проявил осмотрительность, чтобы доставить его в место, где нет вина. Предыдущий опыт Шин Бет показал, что некоторым двойным агентам, даже, если они готовы действовать против ХАМАСа, становится не по себе, когда им предлагают вино.

Харрис не мог объяснить, каким образом они тайно доставили двойного агента ХАМАСа в Тель-Авив. Но он сказал, что существует хитрая процедура, разработанная около 20 лет назад, которая позволяет избежать проблем, возникших в двух прошлых инцидентах.

Он отметил, что, если ХАМАС убьет агента «Шин Бет», «это будет его самой большой возможной победой».

Непревзойденный и современный опыт Харриса в «Шин Бет» дал ему также уникальное представление о том, кто может заменить стареющего президента Палестинской администрации Махмуда Аббаса, когда слабость или смерть закончат его правление.

«Абу Мазен не выбрал преемника, поэтому мы не можем точно сказать, кто это будет», но Харрис, прищурив взгляд, назвал несколько главных потенциальных соперников. Сначала он назвал Джибриля Раджуба. Он сказал, что Раджуб обладает "большой властью" в качестве главы Министерства спорта ПА, потому что "футбол очень важен для палестинцев и дает ему популярность на улице".

У Раджуба есть преимущество в том, что он в течение длительного периода времени сочетал руководство службой безопасности ПА с его нынешним уличным влиянием, отметил он.

Далее Харрис упомянул Махмуда Алуля, заместителя Аббаса и главу ФАТХа в Наблусе. Он сказал, что Алуль «имеет большое влияние в северных районах Западного берега, в то время как с южными — он менее связан».

Другое имя, которое он назвал — это Маджид Фарадж, нынешний глава разведки ПА и главный советник по национальной безопасности Абу Мазена. Он сказал, что Фарадж является «одним из ближайших советников Аббаса и очень сильной фигурой».

Сравнивая Раджуба и Фараджа, Харрис сказал, что, хотя Фарадж силен в службе безопасности, Раджуб сделал гораздо больше, чтобы заручиться широкой политической поддержкой.

Затем Харрис дал оценку министру по гражданским вопросам ПА Хасину А-Шейху, который является связующим звеном с Израилем. Он сказал, что А-Шейх «имеет большое влияние на Абу Мазена и значительное влияние в обществе, но не обладает достаточно независимой властью, чтобы стать преемником, если только Абу Мазен явно не выберет его». Другим потенциальным кандидатом, которого он назвал, был Тауфик Тирави. С одной стороны, сказал он, Тирави «обладает значительной властью в лагерях беженцев», где ПА слабее, и имеет большое количество оружия, не связанного исключительно с ПА.

С другой стороны, все это частично происходит из-за того, что Тирави близок с Мохаммедом Дахланом, бывшим начальником палестинских сил безопасности, и имеет его финансовую поддержку. Дахлан когда-то считался потенциальным преемником Ясира Арафата или Аббаса. Но после ссоры с Аббасом, который переживал, что Дахлан пытается его столкнуть, его выгнали из ПА.

В то время как Дахлан помогает обеспечить Тирави и его союзников деньгами и охраной, близость Тирави к Дахлану может потопить его шансы стать преемником Аббаса.

Одним из интересных моментов было имя, которое Харрис дисквалифицировал как находящееся вне игры.

В течение многих лет многие обсуждали кандидатуру Марвана Баргути как потенциального преемника. Баргути был высокопоставленным чиновником ФАТХа, который возглавлял силы Танзима во время Второй интифады и поддерживал рабочие отношения с ХАМАСом, благодаря контактам, которые он установил с их официальными лицами, находясь в израильской тюрьме с 2002 года.

Харрис сказал, что Баргути был настолько могущественным, что если бы он призвал к объявлению голодовки в тюрьме, это могло вызвать общенациональный кризис. Тем не менее, он сказал, что Баргути потерял часть своих последователей и импульс. После голодовки протеста около двух лет назад, Баргути получил меньше уступок, чем обычно, и с тех пор о нем никто не слышал. 

Принимая во внимание решимость Израиля никогда не освобождать Баргути, 18 лет пребывания его в тюрьме и отсутствие активной политической арены, Харрис рассматривал его как вчерашнюю новость. Харрис предсказал, что когда закончится правление Аббаса, «революции не будет. Между фракциями ПА нет серьезной напряженности или борьбы. Но, если им будет трудно договориться о ком-то, это может создать ситуацию, когда вооруженные группы из Дженина и лагерей беженцев могут повлиять на общественность ПА, используя оружие». «Кроме того, нападения на Израиль могут выйти из-под контроля», — предупредил он.

При всем обсуждении вопроса о преемнике Аббаса, Харрис сказал, что в Палестине не будет широких выборов ни при Аббасе, ни при его преемнике. ПА не будут рисковать, потому что власть ХАМАСа может непреднамеренно возрасти. Вместо этого, сказал он, скорее всего, после того, как лидеры ПА выберут преемника Аббаса, они проведут своего рода фальшь выборы просто для того, чтобы поддержать свой выбор.

На вопрос, кого из вышеперечисленных кандидатов Израиль хотел бы видеть преемником Аббаса, Харрис решительно поставил твердый знак остановки. Он подчеркнул, что Израиль должен избегать любой стороны, любой ценой, потому что всякий, кого он поддержит, сразу же потеряет всякую общественную поддержку и будет признан коллаборационистом. 

Перейдя к обсуждению последствий «Сделки века» президента США Дональда Трампа для еврейского государства и ПА, он сказал: 
«Пока Трамп находится у власти, некоторые арабские государства могут помогать Израилю, поскольку они видят в палестинцах мелкое государство... Геополитические изменения привели к тому, что палестинская проблема не считается самой большой проблемой. Внимание других арабских государств направлено гораздо больше на беспокойство по поводу экспансии Ирана. Суннито-шиитский конфликт — самая большая проблема». 
Помимо этого, хотя он не стал анализировать многие дипломатические предложения плана, он проанализировал его последствия для безопасности. Он сосредоточился на вопросе о том, как любое вмешательство Израиля и аннексия в соответствии с планом Трампа может повлиять на безопасность, отметив, что все основные израильские политические партии, в конечном итоге, поддерживают аннексию еврейских поселений, но дебаты идут о сроках. Правые могли бы сейчас пойти вперед. Левые и Центр больше озабочены палестинским и глобальным признанием в переговорном процессе.

Что, если новое правительство в ближайшем будущем двинется, например, в аннексию Иорданской долины до достижения полностью согласованного урегулирования?
«Если вы принимаете важное решение, вы должны спросить, к чему это может привести. С палестинцами могут быть последствия. Они могут ограничить или прекратить сделки по сотрудничеству в области безопасности после Осло», — сказал он.
Это очень важно, потому что, на основании своего опыта, Харрис выразил благодарность ПА за помощь в предотвращении до 20% террористических угроз против израильтян, исходящих с Западного берега.
«Но с сотрудничеством в области безопасности вы должны понимать, что заинтересованность палестинцев в продолжении этого процесса не меньше, чем наш интерес. Это помогает им выжить против ХАМАСа. Сотрудничество не только для Израиля». Он объяснил, что если бы не было ЦАХАЛа и «Шин Бет», чтобы расправиться с ХАМАСом, а по сути, защитить ПА, их правление могло бы оказаться под угрозой.
«Таким образом, сотрудничество в сфере безопасности является взаимовыгодным для обеих сторон».

Если ПА так отчаянно нуждается в сотрудничестве в области безопасности, то почему Харрис считает, что всякое израильское решение может заставить ПА его отменить? По сути, отметил он, сотрудничество в сфере безопасности не является нулевой суммой.
 Оно «может идти вверх и вниз. Иногда оно более или менее успешно», но даже частичная преднамеренная слепота ПА к террористическим атакам на Израиль может привести к гибели израильтян.
С точки зрения того, приведет ли простая презентация плана Трампа к новой интифаде, как предсказывали некоторые, Харрис, который говорил сразу после того, как план был развернут, спокойно сказал, что этого не произойдет.

Он спокойно диагностировал, что даже многочисленные террористические нападения в течение нескольких дней, были в основном совпадением, спонтанными, а не организованными заранее. Без организованных усилий он не видел достаточно накопившегося гнева на улице, чтобы привести к очередной интифаде одиноких волков, и чувствовал, что насилие, скорее всего, упадет до стандартных уровней намного быстрее, чем Интифада ножей 2015-2016 годов.

Кроме того, сказал он: «Абу Мазен — не за террор. Он хочет государство». Харрис согласился с утверждением о том, что «дипломатический террор — это не террор» и что, хотя Аббас вызывает обеспокоенность в связи с судебным разбирательством в отношении Израиля и Международным уголовным судом против Израиля, он намного лучше Арафата, потому что «он не допускает террора» (как делал Арафат). С другой стороны, сказал он, Аббас «не принес палестинцам государство. Он ни в чем не преуспел. Ожидается, что следующее поколение сможет внести изменения, которые он не смог». 

Десятилетия работы Харриса в Шин Бет также дают ему платформу для сравнения эпох многих лидеров, при которых он служил.

Ави Дихтер (глава «Шин Бет», 2000–2005 годы), по его словам, «был одним из главных участников», помогавших построить барьеры безопасности на Западном берегу и в Восточном Иерусалиме. Описывая ситуацию до барьера, он перечислил ряд областей на Западном берегу, где «Шин Бет» мог бы набросить смирительное одеяло, иной раз не имея возможности найти иголку в стоге сена с автобусной бомбой. Он выразил признательность Дихтеру за стремление построить стену и его способность улучшить совместную координацию между Шин Бет, ЦАХАЛом и полицией в целях значительного уменьшения террора.

Он поблагодарил Ювала Дискина (шефа с 2005 по 2011 гг.) за «полную разработку идеи интеграции разведывательного сообщества и его подразделений по сбору разведданных во всех местах, включая быстрый обмен информацией в разных местах», где это наиболее актуально.
«Мы должны получить на это мировой патент. США и французы не совсем знали, как это сделать. Сейчас они развивают способность к быстрому обмену информацией между агентствами, но создали это мы».
Он сказал, что Дискин понимал: 
«Если Шин Бет, ЦАХАЛ и полиция будут считаться разными подразделениями, то мы упустим опасность, и взорвется еще один автобус. Уроки, реализованные [Дискиным], конкретно остановили реальные террористические атаки. Было много осуществленных террористических атак, когда какое-то ведомство что-то знало, но не координировало обмен информацией достаточно быстро.
Он сказал, что Дискин начал использовать большие объемы информации для борьбы с террором, но при Йораме Коэне (руководитель 2011-2016) «произошел огромный скачок в сборе сведений и разработке новых видов интеллекта на их основе».

Коэн «связал интеллектуальный анализ данных с кибер-возможностями. При Йораме кибер вырос в свое собственное отдельное подразделение. Он назначил меня первым начальником кибер-отдела. Затем я увидел, как Йорам увел организацию от классических умственных способностей, таких как HUMINT (люди-шпионы), допросов [террористов] и SIGNINT [сигнальной разведки], от Подразделения 8200, к драматическому революционному объединению кибера с интеллектом. Йорам взял это намного глубже", — сказал он. «После того, как мы вышли из Газы в 2005 году, Шин Бет впервые не мог там свободно работать. Нам нужно было развивать новые возможности», чтобы оставаться на вершине интеллекта и «устранять географические препятствия».

Йорам настойчиво пытался найти новые способы обнаружения и прекращения террора в Газе и даже на Синайском полуострове», отметив, что президент Египта Хосни Мубарак допустил, чтобы район бедуинов был наводнен ИГИЛ.
«Биби построил забор» на синайской границе, но террористическая атака ИГИЛ-бедуинов все еще продолжалась на соседней дороге.
«Йорам поспешил собрать разведданные не только с людьми в поле», но также и при совершении точечных убийств и других операций даже без агента в поле. Иногда ожидание агента может занять час с потерей возможности борьбы с террором, уточнил он.
При нынешнем директоре Шин Бет, Надаве Аргамане, работающем в офисе с 2016 года, и с которым Харрис непосредственно работал примерно год назад, он сказал: «В использовании технологий произошли новые скачки».

Он сказал, что Аргаман запатентовал некоторые новые «более смелые методы действий, провел существенную реорганизацию» различных подразделений «Шин Бет», чтобы «сделать вещи более приспособленными к конкретным угрозам», и произвел внутренние изменения для решения новых задач, а также сделал агентство «гораздо более открытым для СМИ и общественности». Отметив, что веб-сайт Шин Бет стал предоставлять больше информации, чем когда-либо, он также сказал, что Аргаман принимает участие в гораздо большем количестве конференций, таких как Cybertech, чем в прошлом.

Это привело к дискуссии об изменении времени с точки зрения Шин Бет и израильской разведки в целом, большему сотрудничеству с частным сектором.
«Нам не нужно самим разрабатывать совершенно новые технологические системы. Мы можем купить их у частного сектора, у стартапов, а затем внести необходимые изменения под наши нужды».
Есть еще некоторые проблемы, когда люди превосходят кибер. Харрис представил увлекательный рассказ о том, как на основе сообщений в соцсетях, «Шин Бет» решает, когда арестовать кого-то, а когда просто сделать ему предупреждение. Можно ожидать, что чем резче звучит пост, тем больше вероятность, что Шин Бет кого-то арестует.

Тем не менее, даже несмотря на то, что «Шин Бет» использует возможности кибера и машинного обучения для сбора информации в социальных сетях, решение о том, что делать, всегда принимается людьми-аналитиками. Он объяснил, что только люди-аналитики могут взвесить сложности каждого отдельного случая, чтобы оценить, нужна ли тюрьма или тюрьма может превратить в террориста подростка, который пока только просто хотел громко выразить беспокойство в социальных сетях. В таких случаях предупредительный звонок родителям подростка относительно его постов может принести гораздо больше пользы, как для самого подростка, так и для израильской безопасности в долгосрочной перспективе.

Такие звонки в отношении потенциальных злоумышленников-одиночек, вербовка двойных агентов и максимизация новых кибер-способностей — это лишь некоторые из способов, которыми Харрис помог обеспечить безопасность страны в последние десятилетия.



Перевод: Miriam Argaman

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

ПОШЛИТЕ ДРУЗЬЯМ

DQ