Кликние на рекламу - поддержите Трансляриум!

Поиск по этому блогу

Осушение болот




Human Rights Watch (HRW) издал новый доклад, в котором говорится, что «политика израильского правительства боксирования палестинских общин распространяется не только на Западный берег и сектор Газа, но и на палестинские города и деревни внутри Израиля».

Есть многое, что необходимо разсставить по местам, слишком много для одного поста, что может вызвать переутомление, поэтому я хочу, по крайней мере, в этом сообщении сосредоточиться только на одном предложении в отчете:


В начале 1920-х годов Палестинская еврейская колонизационная ассоциация, по данным израильского министерства иностранных дел, осушила болота, из которых местные жители добывали средства к существованию, разводя буйволов и плетя циновки, чтобы освободить место для новых еврейских поселений.
Это звучит так, будто первые евреи, которые возвращались на родину, осушали болота, чтобы просто «освободить место для новых еврейских поселений», как если бы болота мешали строительству.

Кроме того, HRW подразумевает, что наше осушение болот было плохим делом. Правда заключается в том, что эти болота осушались в то время с целью борьбы с малярией. И мы это делали успешно, принеся пользу всем в стране, как евреям, так и арабам.

И насколько велика была проблема малярии? Огромна.

В 2017 году американский энтомолог опубликовал документ под названием «Ликвидация местной малярии: историческая перспектива из Палестины 100 лет назад сообщает о нынешнем пути Африки к югу от Сахары». Весь документ является захватывающим чтением, и я призываю вас всех прочитать его. Но пока что, я выделю только некоторые части, а именно те, которые показывают масштабы проблемы.

До Первой мировой войны в течение нескольких веков Палестина была частью Османской империи. Палестина была настолько сильно заражена малярией, что многие ее районы были либо необитаемы, либо просто мало населены.

Палестина была охарактеризована офицером армии Алленби как «одна из самых малярийных стран в мире» (Остин, 1919).

Эта болезнь вызывала гибель населения до такой степени, что Марк Твен в 1867 году написал во время своего визита в Палестину: «Здесь такое запустение, что даже воображение не может его приукрасить пышностью жизни и действия… На всем пути нам не встретился ни один человек». (Твен, 1869).

В своем «Справочнике по Палестине и Сирии» от 1876 года туристическая компания «Томас Кук и сын» сказал о Палестине, что «в отличие от всех остальных стран мира, теперь это земля развалин. Вряд ли будет преувеличением сказать, что в Иудее...на многие мили нет ни признаков современной жизни, ни жилья, за исключением случайных козлов на склоне холма или скопления женщин у колодцев, едва ли есть вершина холма из многих в поле зрения, на которой не было бы развалин какой-либо крепости или города прошлых веков» (Кук и сын, 1876).

В 1902 году в своем докладе, озаглавленном «Географическое распространение анофелесов и малярийной лихорадки в Верхней Палестине», Дж. Кроппер написал по поводу Рош Ханикра (которая обозначала границу между провинциями Сирии и Палестины): «Его охраняла небольшая рота турецких солдат, и ее приходилось ежемесячно менять, потому что, спустя 10 дней каждый заболевал малярией и выходил из строя» (Cropper 1902).

В период с 1882 по 1914 год примерно 75 000 еврейских идеалистов прибыли из Восточной Европы для поселения в Палестине (не путать с религиозными иудеями, которые на протяжении веков пытались жить [и умирали] на Святой Земле). Однако к 1914 году, из этого числа, около половины евреев-идеалистов умерли или ушли, не в силах справиться с условиями суровых эпидемий.
Наш успех в их искоренении, принес пользу не только евреям, но и арабам, и даже всему миру.

Поэтому мы проверили гипотезу о том, что, из-за того, что Палестина началась как непреодолимая малярийная область, где малярия действительно была искоренена, не прибегая к противомалярийным сеткам, программам опрыскивания для взрослых или лекарствам, их история должна быть богатым источником подсказок для искоренения малярии в странах Африки к югу от Сахары. 

В 1922 году Палестина стала местом первого известного старта успешной национальной кампании по ликвидации малярии в любой точке мира.

Глобальные карты ликвидации показывают, что малярия была ликвидирована к 1970 году в Северной Америке и Европе вместе с Израилем — единственной страной на Ближнем Востоке, которая к тому времени уже ликвидировала это заболевание.

Кроме того, деревни и поселения приходили и уходили, как описано в отчете Анти-малярийной консультативной комиссии Департамента здравоохранения Палестины за 1926 год:

«Существуют различные записи черкесов о том, что еврейские и немецкие поселения были уничтожены или заброшены из-за эпидемии малярии в течение тридцати лет, предшествовавших войне (1914–1918 гг.), в то время как в наиболее орошаемых частях страны, многочисленные приставки «тель», указывающие на места бывших арабских деревень, подтвердили влияние малярии на сокращение арабского населения» (Палестинская анти-малярийная консультативная комиссия, 1926 год).

Также в 1925 году, Комиссия по малярии при Лиге Наций (эквивалент ВОЗ в то время) была единодушна в своем восхвалении и написала в официальном отчете: 
«Все члены Комиссии были под большим впечатлением от деятельности Государственного департамента здравоохранения по борьбе с малярией и его успеха в привлечении… добровольных служб самих людей» (Лига Наций [Свелленгребель] 1925)

Эта же Комиссия Лиги Наций завершила свой доклад замечанием о том, что противомалярийные работы и методы, которые они видели в Палестине, 
  «уничтожили пессимизм, породили надежды», а те, кто участвовал в этой работе, были «благодетелями не только палестинского населения, но и мира в целом» (Лига Наций [Свелленгребель], 1925).

Неутомимая работа, предпринятая евреями, которая включала в себя образование арабского населения, привела к их сотрудничеству. Похоже, что не было одного-единственного способа справиться с населением, кроме как один на один.

Каждый человек должен был понять, в чем была проблема, а именно, почему были необходимы работы, и почему было необходимо техническое обслуживание.
С таким сочетанием опыта и образования (а иногда и при его отсутствии), Клиглеру приходилось иметь дело с каждым человеком индивидуально, в своем темпе.
Поэтому для того, чтобы убедиться, что все поняли проблему и, таким образом, могли обеспечить сотрудничество населения, Клиглер и его команда начали как можно больше взаимодействовать с жителями на личной, индивидуальной основе, и не полагались на представителей-посредников от каждой из других общин.
В сельской местности руководители, как арабские, так и еврейские, вскоре без особого убеждения выставляли сельские отряды.
В сельских районах, старосты, как арабские, так и еврейские, вскоре без особого убеждения
выдвигали отряды сельских жителей и поселенцев, чтобы очищать и осушать небольшие «вади»... вблизи их домов, и эта процедура быстро превратилась в ежегодное сезонное явление с прекращением весенних дождей по установленному плану» (Департамент здравоохранения Палестины, 1941 год).

В 1925 году, Палестинская комиссия по борьбе с малярией при Лиге Наций сообщала: 
  «В начале работы было много трудностей, но благодаря терпеливым инструкциям и демонстрациям, большинство из них были постепенно преодолены, и в настоящее время люди, будь то городские или сельские, арабы или евреи, готовы и желают выполнять требования медицинских работников здравоохранения как в отношении их частных владений, так и на общинных землях» (Лига Наций [Свелленгребель], 1925).
и ложное представление о явной «палестинской идентичности». 
До Первой мировой войны некоторые перемещенные мусульманские общины из других частей Османской империи, такие как черкесы (то есть, вероятно, 1,5–2 миллиона мусульманских беженцев с Кавказа, Россия), алжирцы и боснийцы периодически ввозились и расселялись Османской империей в регионе, в том числе, в Палестине.
Кроме того, множество египтян из египетской армии, которая вторглась в Палестину в 1830-х годах, дезертировали и остались, и, хотя они часто поддерживали свои собственные общины, они не получали никакой помощи от Османской империи в переселении и иногда находили более простым и практичным объединяться с существующими деревнями. Между жителями не было национальной идентичности и сплоченности, кроме их собственной религии, отдельной группы или племени. Не было никакого понятия о палестинском образовании или нации; население, как ранее упоминал Клиглер в своем учебнике 1930 года, состояло из «смешанных народов, множества религий и всех ступеней цивилизации», оказавшихся в тот момент в Палестине.
Действительно, Британская комиссия в 1929 году даже прокомментировала, что
«в течение последних шести веков Палестина является искусственной концепцией... Ее границы также в значительной степени искусственные..., часто посещаются кочевыми племенами, которым по межправительственному соглашению разрешается беспрепятственный проход через эти границы для цели осуществления прав выпаса» (Комиссия по беспорядкам в Палестине, 1930 год).
В Справочнике британского министерства иностранных дел 1920 года, который британские делегаты использовали на последующей мирной конференции, отмечалось:
«Люди к западу от Иордана — не арабы, а люди, говорящие на арабском языке. Основная часть населения феллахи, то есть, сельхоз рабочие, владеющие землей как в качестве деревенской коммуны, так и обрабатывающие землю для сирийских эффенди.
В районе Газы они в основном египетского происхождения, а в других местах они принадлежат к самой смешанной расе» (Prothero, 1920).
Как я уже сказал, вам следует прочитать все это. Это удивительное чтение, особенно, если учесть, что это научный документ, посвященный только теме ликвидации малярии.

И все же, он проливает свет на историю Палестины начала 20-го века, рассеивая многие ложные представления, в том числе, те, которые Human Rights Watch пытается увековечить в своем недавнем докладе.



Перевод: Miriam Argaman

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

ПОШЛИТЕ ДРУЗЬЯМ

DQ