*/ Your SEO optimized title

"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Кликние на рекламу - поддержите Трансляриум!

Поиск по этому блогу

Иранский шиитский полумесяц и коронавирус

Семинария в Куме, Иран (фото из Википедии).
Prof. Hillel Frisch, March 6, 2020

Перспективный документ Центра BESA, № 1471, 6 марта 2020 г. 

РЕЗЮМЕ: Исламская Республика рассматривает шиитские общины как ключевые инструменты, с помощью которых можно проникнуть и, в конечном итоге, покорить арабский мир, а также совершать паломничества туда и обратно.

Далее, шиитские святые центры в Иране и Ираке играют ключевую роль в идеологической идентичности режима.

Однако самый священный город в Иране, Кум, в настоящее время является эпицентром распространения коронавируса.

Таким образом, шиитский полумесяц превратился в бумеранг распространения эпидемии, как из Ирана, так и обратно в него. Шиитский полумесяц Ирана, который до недавнего времени отражал его имперское присутствие в арабском мире, теперь стал патологическим с распространением Covid-19 (официальное название возбудителя коронавируса).

Исследование, опубликованное 24 февраля Центром исследований и политики в области инфекционных заболеваний при Университете Миннесоты, случайно выявило, насколько возросло значение религиозных связей Ирана с шиитскими общинами в арабских государствах в распространении эпидемии. Пять стран Ближнего Востока, которые первыми сообщили о случаях заболевания Ковид-19 - Афганистан, Бахрейн, Кувейт, Ирак и Оман — все имеют значительную шиитскую популяцию, и все указанные случаи явно связаны с Ираном.

Первый подтвержденный случай в Афганистане был отмечен в провинции Герат, которая находится на западе страны на границе с Ираном. Другой заболевший недавно вернулся из города Кум, иранского шиитского религиозного центра и, что особенно важно, эпицентра болезни в Иране. Первым был Бахрейн, который был поражен вирусом Covid-19, который только что был в Иране, поскольку все три случая произошли сначала в Кувейте, Ираке и Омане.

Связь между шиитским паломничеством и распространением вируса можно найти в его источнике в регионе — Иране, в частности, религиозном городе Кум.

Как отмечается в докладе Университета Миннесоты, восемь из 18 новых случаев в Иране, были отмечены в Куме, три — в столице Тегеране, население которого в семь раз больше.

Кум стал местом, в котором было отмечено 40% случаев, выявленных до настоящего времени в Иране, хотя он составляет менее 3% населения.

Ирак и другие арабские государства с многочисленным шиитским населением по понятным причинам опасаются паломничества в Кум.

Рейсы между Кумом и Наджафом, священным городом в Ираке, который соседствует с третьим священным городом, Кербелом, обычно превышают количество рейсов между столицами Тегераном и Багдадом, что указывает на то, что большинство передвижений между странами связано, скорее, с религиозными обрядами и паломничеством, чем с бизнесом и коммерцией.

Однако иракские власти запретили въезд в страну иранским гражданам и запретили поездки иракских граждан в Иран, и прекратили полеты между аэропортом Хомейни в Тегеране (который обслуживает Кум, в трех часах езды) и Наджафом.

Такие шаги могут быть слишком запоздалыми.

На следующий день после прекращения ирано-иракских переездов, Ирак объявил о своем первом случае Covid-19.

Данные по Китаю показывают, что отмечается один летальный исход, примерно, на 30 случаев заражения вирусом (2873 случая смерти на 79 968 случаев заболевания на 1 марта).

За пределами Китая процент немного ниже, потому что большинство государств, в которых были подтверждены случаи заболевания, более продвинулись и воспользовались возможностью узнать о шагах, предпринятых Китаем для контроля распространения вируса.

Иран недавно объявил о 43 смертельных исходах на 593 подтвержденных случаев по сравнению с 29 случаями смерти на чуть больше 1128 случаев в Италии, государстве Европы, наиболее пострадавшим на сегодняшний день.

Соотношение в Италии — одна смерть на 39 случаев, примерно соответствует соотношению смертности к подтвержденным случаям в Китае и других местах.

Однако в случае Ирана это соотношение поразительно хуже: похоже, что там отмечается одна смерть на 14 инфицированных.

Это очень тревожная статистика, особенно, если учесть, что Иран не сообщает о многих случаях заболевания Ковид-19. Если это правда, это означает, что не все инфицированные больные попадают в карантин, что увеличивает вероятность распространения вируса.

На основе качества информации, предоставленной министерством здравоохранения Ирана, возникает сильное подозрение, что эпидемия «Ковид-19» внутри страны может быть гораздо более распространенной, чем утверждает режим. Также возникают сомнения относительно сообщений Ирана о том, что он способен эффективно сдерживать распространения вируса, циркулирующего, как внутри страны, так и за ее пределами.

В недавнем сообщении от корреспондента газеты London Times из Тегерана, приводятся высказывания иранцев, что, по их мнению, реальное число погибших в четыре раза превышает число, которое дают власти режима.

Последствия превращения Ирана в источник болезней являются не только медицинскими. Исламская Республика является свидетельницей широкомасштабных протестов в Ираке и Ливане против режимов, которые она горячо поддерживает. В частности, в Ираке консульства Ирана стали объектами гнева протестующих.

Неспособность Ирана контролировать свою проблему с «Ковид-19», вряд ли вызывает любовь к нему протестующих в Ираке и Ливане, многие из которых считают, что их государства пострадали от вмешательства Ирана в их внутренние дела. Недавняя неспособность вновь назначенного иракского премьер-министра Тауфика Аллави создать правительство является самым свежим свидетельством снижения статуса Ирана в регионе.

Назначение Аллави, которое было предположительно нацелено на смягчение протестов шиитов на улицах Багдада, Наджафа и Басры, было решительно поддержано двумя наиболее влиятельными про-иранскими политическими силами в Ираке: коалицией «ФАТХ», которая выступает в основном за политическое крыло иранских ополченцев; и Сайрунская коалиция во главе с Муктадой Садром. Именно армия Садра аль-Махди сражалась с американскими войсками в первые годы после Саддама.

Несмотря на такую поддержку, Аллави потерпел неудачу, потому что суннитские и курдские деятели политической оппозиции в иракском парламенте и протестующие вне его яростно выступили против него.

Без сомнения, большая часть уменьшающихся состояний Ирана в Ираке может быть приписана нападению на Кассема Сулеймани. Иранская проблема с Ковид-19 оказывает усиливающее действие.

В течение многих лет (арабское) шиитское большинство в Ираке и Бахрейне и значительные шиитские меньшинства в соседних арабских государствах считались столпами имперских замыслов Ирана в отношении этих государств.

Протесты шиитов в Ираке и Ливане против иранского вмешательства предполагают, что это больше не может быть правдой. То, что за империализм надо будет платить цену, могло быть предсказано. Не столько из-за Covid-19 и его модификаций, а еще меньше — из-за его влияния на иранский шиитский полумесяц, он, в соответствии со своей формой, быстро превращается в бумеранг, направленный обратно в сердце Исламской Республики.

Гилель Фриш — профессор политологии и изучения Ближнего Востока в университете Бар-Илан и старший научный сотрудник Центра стратегических исследований Бегина-Садата.



Перевод: Miriam Argaman

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

ПОШЛИТЕ ДРУЗЬЯМ

In article Ads

Auto

DQ