*/ Your SEO optimized title

"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Кликние на рекламу - поддержите Трансляриум!

Поиск по этому блогу

Интервью с Раймондом Ибрагимом: необходимо признать истину об исламе

Как идеология противоречит западным ценностям.



11 сентября 2020 г.

Примечание. Журналист Нирам Ферретти взял интервью у Раймонда Ибрагима, сотрудника Шильмана в Центре Свободы, для итальянского издания L’Informale (оригинал здесь).

Ниже помещены выдержки из английской версии.

Вопрос: Насколько концепция джихада, понимаемая как священная война, является центральной в том, как ислам представляет себя на протяжении веков?

Идея джихада была центральной с самого начала, по крайней мере, согласно самым ранним мусульманским историкам, которые часто изображают первых воинов Аллаха активно мотивированными идеями джихада.

Вопрос: В последний раз ислам пытался проникнуть в Европу с помощью войны 12 сентября 1683 года. в Каленберге, недалеко от Вены, где 65 000 тысяч христиан сражались против 200 000 турок-османов. На сколько времени после этой даты джихад против Запада прекратился, и когда и почему он был возобновлен?

Набеги продолжались, особенно с моря, вплоть до конца 1700-х годов, то есть, еще около века после успешной обороны Вены. Даже когда Османская империя начала свое медленное отступление из Восточной Европы, мусульманские работорговцы так называемых берберийских государств Северной Африки сеяли хаос на всем побережье Европы, вплоть до Исландии. Первая война Соединенных Штатов Америки, которую они вели еще до избрания своего первого президента, была против этих исламских работорговцев.

Когда Томас Джефферсон и Джон Адамс спросили барбарийского посла, почему его соотечественники порабощают американских моряков, «посол нам ответил, что это основано на законах их Пророка, что это записано в их Коране, что... это их право и обязанность — вести войну с ними [не мусульманами], где бы они ни находились, и делать рабами всех, кого они могли взять в плен…».  
Вопрос: В своей основополагающей книге 1996 года, Сэмюэл П. Хантингтон написал об исламе и Западе следующую фразу: «Кто кого? Кто правит? Кем правит? Центральный вопрос политики, определенный Лениным, является корнем противостояния между исламом и Западом». Вы согласны?
Да, поскольку мусульмане всегда должны стремиться к тому, чтобы ислам правил не мусульманами на основе их шариата, который, хотя и допускает перемирие и мирное время, особенно когда ислам слаб по сравнению с неверными, все равно стремится распространить мусульманское правление как кульминацию исламской миссии, начатой в начале 630-х гг.

Вопрос: Давайте теперь поговорим о вашей новой книге «Меч и ятаган: четырнадцать веков войны между исламом и Западом». Что побудило вас написать книгу, посвященную битвам, которые происходили на протяжении веков между исламом и Западом?

Как видно из названия, книга представляет собой историю войн между исламом и Западом, с описанием восьми из наиболее серьезных столкновений, причем, временной промежуток между первым и последним — составил более тысячелетия. Однако, хотя восемь битв/осад формируют основу восьми глав книги, основная часть повествования хронологически прослеживает и излагает общую, но сильно забытую историю ислама и Запада, большая часть которой, конечно, вращается вокруг войны со всеми ее сопутствующими смертями, разрушениями, рабством, геополитическими разграничениями и перекройкой карт.

Можно сказать, что я начал работать над отдельными частями этой книги около двадцати лет назад, примерно с 1998 по 1999 год, когда я впервые начал проводить научные исследования для своей докторской диссертации по истории, тщательно изучая и используя оригинальные арабские и греческие источники о битве при Ярмуке — первом крупном военном столкновении между исламом и Восточной Римской империей в 636 году, о котором повествуется в первой главе книги «Меч и ятаган».

Вопрос: В какой степени исламский терроризм, с которым мы сталкиваемся сегодня, является продолжением битв между исламом и Западом, которые вы описываете в книге «Меч и ятаган»?

В очень большой степени. И мотивация, и характер террористических актов являются во многом зеркальным отражением прошлых исламских мотивов и моделей. Другими словами, от начала до конца, страницы книги полны уродливых слов и поступков, совершаемых современными группами, такими как Исламское государство: приказы европейцам обратиться в ислам или столкнуться с мечом; умышленное разрушение церквей; массовые убийства, в том числе, путем обезглавливания, распятия или сожжения сторонников христианства, а также массовое порабощение и насилие над христианскими женщинами и детьми — все это пронизывает страницы моей книги.

Вопрос: Ислам — это образ жизни. Это полный набор идей и правил, которые сильно отличаются от наших западных ценностей. Есть ли шанс на примирение между исламом и западными обществами или это всего лишь принятие желаемого за действительное?

Могут ли смешиваться вода и масло? Таким же образом чистые исламские учения и чистые западные ценности часто противоречат друг другу. Например, Запад верит в свободу религии, в то время как в исламе те, кто стремится к отступничеству, наказываются, в том числе, смертью; Запад верит в свободу слова, тогда как в исламе любой критический разговор в отношении Мухаммеда может привести к смерти.

Можно продолжать и продолжать, но суть должна быть ясна. Конечно, номинальный/светский мусульманин может ассимилироваться в западном обществе, но это не отражает ислам, который вряд ли можно назвать номинальным, а, скорее, полноценным образом жизни, основанным на шариате.

Вопрос: Как, по вашему мнению, Европа, с одной стороны, и Соединенные Штаты - с другой, должны противостоять реальности ислама, чтобы это могло быть полезно, как для жителей Запада, так и для мусульман? Какие ложные предположения следует отвергнуть?

Во-первых, необходимо признать истину, в том числе, например, истину о том, что на протяжении более тысячелетия мусульмане вторгались на европейскую/христианскую территорию по той же логике, которую приводят исламские террористические группы, что это их право — вторгаться, завоевывать, убивать и порабощать неверных по одной единственной причине, что они не мусульмане.

Если мусульмане вели себя так веками, нужно ли искать «причины» того, что некоторые из них ведут себя так сейчас? Нужны ли обиды, территориальные споры и т.д., чтобы объяснить эту непоколебимую враждебность? Как только эти факты будут приняты, все остальное, включая политику, например, вопрос о мусульманской иммиграции, станет самоочевидным.

Вопрос: Насколько религиозное насилие присуще исламу, чем оно отличается от того, как оно представлено в Библии, и как оно сопровождало христианство на протяжении его истории?

Многие апологеты ислама любят утверждать, что Библия, особенно иудейские Священные Писания (или Ветхий Завет), такие же, если не более, кровавые и жестокие, как и Коран, так почему мы настаиваем на том, что мусульманское насилие коренится в мусульманских писаниях? Проблема сравнения насилия в Библии, как в Ветхом, так и в Новом Завете, с насилием в Коране состоит в том, что оно объединяет историю с доктриной. Большинство случаев насилия в Библии записаны как история; описание событий. В противовес этому, подавляющее большинство случаев насилия в Коране имеет доктринальное значение. Коран использует открытые формулировки, чтобы призвать верующих к совершению актов насилия против не мусульман. Для моего более полного и задокументированного анализа этой потрепанной апологетики, см. «Являются ли иудаизм и христианство столь же жестокими, как ислам?»


Перевод: Miriam Argaman

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

ПОШЛИТЕ ДРУЗЬЯМ

In article Ads

Auto

DQ