"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Кликние на рекламу - поддержите Трансляриум!

Почему левые никогда не видят собственного антисемитизма?

«Люди, придерживающиеся марксистских взглядов, не могут перенести еврейские достижения», — говорит Мелани Филлипс.

Jeremy Corbyn

Melanie Phillips, 5 февраля 2021 г.

В своей новой книге «Евреи не в счет» Дэвид Баддил отмечает, что левые не рассматривают проблему антисемитизма наравне с предрассудками по поводу расы, сексуальности или пола.

Я лично начал обнаруживать двойные стандарты антисемитизма в 1980-х, когда я написал, что антисемитизм стал «предрассудком, название которого никто не осмеливается произнести».
Это было тогда, когда левые называли израильтян «нацистами» за попытки искоренить террористическую инфраструктуру ООП из Ливана. Это было тогда, когда люди начали открыто говорить: «Евреи делают слишком много денег/они такие клановые/они всегда держатся вместе против всех».

Однако простое произнесение слова «антисемитизм» среди левых вызывало мгновенный ледяной холод, закатывание глаз или обвинение: «Вы используете антисемитизм для оправдания зверств Израиля».

Только после того, как этот вопрос был так резко поднят в лейбористской партии Джереми Корбина, это последнее обвинение было наконец-то признано формой ненависти к евреям. И только тогда, поскольку Корбин был настолько левым, что его считали за гранью, евреи начали чувствовать, что использовать это слово безопасно.

Так почему же левые отрицают или скрывают свой антисемитизм? И почему многие евреи до сих пор так нервничают из-за плохой реакции, которую они могут вызвать, если скажут об этом не в контексте корбинской лейбористской партии?

Одним из очевидных факторов является здесь то, что в прогрессивных кругах марксистские гипотезы часто поглощались без признания их происхождения. Как и сам Маркс, многие левые верят, что капитализм - это зло с белым цветом кожи, что капитализмом управляют евреи, что деньги — это сила, а что у евреев так много денег и власти, что они правят капиталистическим миром.

Конечно, большинство евреев не богаты и не сильны. И не все они белые. Но вера в то, что все так и есть, означает, что их нельзя считать жертвами. Таким образом, вместо того, чтобы быть включенными в список левых угнетенных, евреи прямо помещены в квадратные скобки среди привилегированных.

Левый нарратив, состоящий из систематической лжи и клеветы об Израиле, о том, что это колониальное государство, изгнавшее коренное население страны и продолжающее его угнетать, в свою очередь, льет воду на мельницу троп о еврейской власти и угрозы.

Важно то, что левые верят, что они отстаивают бесспорную добродетель, а плохие люди — это только их противники. Так что только правые являются антисемитами, а левые никогда не могут быть таковыми. Вот почему для лейбористской партии антисемитизм в ее рядах — это кризис, который она не может разрешить.

Но все эти вещи, какими бы значительными они ни были, не дают полного объяснения. Конечно, мы должны глубже погрузиться в само это предубеждение.

В основе антисемитизма лежит ненависть, зависть и страх перед евреями как другими и исключительными. Идея о том, что евреи считают себя «избранными» только для того, чтобы нести уникальное бремя, неправильно понимается как привилегия.

Поэтому тезис о еврейской исключительности сводит антисемитов с ума. Любая ссылка на исключительное число еврейских лауреатов Нобелевской премии, или исключительную степень еврейской филантропии, или исключительное количество научных изобретений, исходящих из Израиля на благо человечества, просто усиливает страх и ненависть к еврейской «власти».

Поэтому очень многие евреи, осознавая для себя опасность того, что их считают «другими», сами уклоняются от признания еврейской исключительности. Преклоняя колени перед культурным насилием, они стараются не оскорблять левую идеологию.

А ненависть к еврейской исключительности подпитывается этой идеологией. Под мантрой «равенство», она не допускает иерархии ценностей; с подозрением относится к различиям и отличиям; считает, что особенности любой культуры должны поддаваться уплощению догмами универсалистских ценностей.

Однако еврейская идентичность, религия и традиции основаны на различиях, отличиях и моральной иерархии. Так что еврейская исключительность оскорбляет догму левых во всех отношениях. И она также включает исключительность еврейских страданий.

Ни один другой народ в мире не испытывал на себе таких решительных попыток истребить их на протяжении стольких тысячелетий.

Точно так же Холокост отличался от всех других преступлений против человечности или даже от других геноцидов, потому что Холокост был уникальной попыткой стереть целый народ, евреев, с лица земли.

Однако релятивистские левые стремятся уравнять все страдания. Вот почему увековечение памяти о Холокосте все чаще связывается с другими геноцидами и преступлениями против человечности как эквивалентами Шоа, который, таким образом, неизбежно снижается.

Вот почему было обидно, что в своем выступлении на радио Би-Би-Си «Размышления в День памяти жертв Холокоста», главный раввин Мирвис не объяснил, что он имел в виду, когда заметил, что Холокост был уникальным, и в своем размышлении о значении Шоа, он вообще не использовал слово «евреи».

Иудаизм уникален, еврейский народ уникален, и антисемитизм уникален, поскольку это самый однозначный, безумный и смертельный предрассудок в истории. Но еврейская самобытность мешает левым догмам. Вот почему среди фанатичных приверженцев культуры жертвы, антиеврейские предрассудки — не в счет.

Перевод: Miriam Argaman

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Комментариев нет:

Отправка комментария

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.

Похожие статьи и немножко рекламы

Auto