"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Кликние на рекламу - поддержите Трансляриум!

Как заключенный еврейский врач изобрел вакцину от тифа в Бухенвальде

И держал свое новаторское открытие в секрете от нацистов.

Доктор Иветт Альт Миллер, 18 сентября 2021 г.

Сегодня смертельная болезнь сыпной тиф в значительной степени принадлежит учебникам истории, и в значительной степени была искоренена работами Людвика Флека, блестящего еврейского ученого, заключенного нацистами в тюрьму.

Вынужденный проводить эксперименты над заключенными в нацистском лагере смерти Бухенвальд, доктор Флек сумел изобрести вакцину от тифа и сохранить свое открытие, изменившее мир, в секрете от своих жестоких нацистских властителей.

Боязнь тифа и ненависть к евреям


Когда мы оглядываемся назад на эпоху Холокоста, нам трудно представить себе, насколько нацисты и прочие опасались тифа, и понять, каким образом нацисты использовали террор для разжигания страха и ненависти к евреям.

Однако ужас перед вспышками тифа способствовал разжиганию ненависти нацистов к евреям. Эпидемии тифа начинали свирепствовать, когда люди скученно жили в антисанитарных условиях и не могли регулярно мыться и менять одежду. Особенно подверженными вспышкам тифа были солдаты во время войны, когда они жили в ужасных условиях, при которых свирепствовали вши, распространявшие болезнь.

Доктор Людвик Флек

С ростом нацистского движения, евреев все чаще обвиняли в распространении тифа.

«Нацисты часто изображали тех, кого они преследовали, в виде червей, паразитов или болезней», — отмечается в музее Холокоста США.

В нацистскую эпоху немецкие «медицинские работники неоднократно выдвигали ложные утверждения о том, что евреи несут особую ответственность за вспышки тифа…».

В нацистской пропаганде евреев обычно изображали в политических карикатурах как вшей, подразумевая, что они переносят болезни, особенно — тиф.

«Евреи — вши; они вызывают тиф», — гласил нацистский пропагандистский плакат, распространяемый в Польше в 1941 году.

«Евреи - вши; они вызывают тиф».

Угроза сыпного тифа, в частности, использовалась в городах, оккупированных нацистами как предлог для заключения евреев в гетто.

По иронии судьбы, условия в переполненных гетто были именно такими ужасными, которые позволяли тифу распространиться .

В 1940 году 380 000 евреев были заключены в крупнейшее нацистское Варшавское гетто. В итоге, более 80 000 жителей умерли от голода и болезней. (Практически все оставшиеся евреи были депортированы в нацистские лагеря смерти, где и были убиты).

В 1941 году генерал СС Рейнхард Гейдрих поручил главному врачу СС намеренно вызвать эпидемию тифа в Варшавском гетто. Вскоре в гетто забушевал тиф, убивая большое количество голодающих и истощенных заключенных евреев.

Вскоре после этой нацистской эпидемии, в октябре 1941 года, доктор Йост Вальбаум, главный санитарный врач навязанного нацистами польского правительства, сказал аудитории врачей, что необходимо сажать в тюрьмы и убивать евреев, чтобы остановить тиф и другие инфекционные болезни.

«Евреи в подавляющем большинстве являются носителями и распространителями тифа», - заявил он. «Есть только два пути («решить» это). Мы приговариваем евреев в гетто к смерти от голода или стреляем в них... Мы несем одну единственную ответственность за то, чтобы немецкий народ не был заражен этими паразитами и не подвергался опасности. Для этого должны применяться любые средства».

Эти страшные слова были встречены аплодисментами.

Тиф во время Первой мировой войны и доктор Флек


Тиф во многом повлиял на ход Первой мировой войны. С началом боевых действий в 1914 году, в Сербии разразилась крупная эпидемия, от которой в течение года в Сербии скончалось 150 000 человек, в том числе, 50 000 военнопленных. Смертность от сербской вспышки достигала 70%.

Треть врачей в Сербии умерли от этой болезни. По данным лондонского общества микробиологов, бушующая вспышка тифа в разгар Первой мировой войны «отговорила немецко-австрийское командование от вторжения в Сербию в попытке предотвратить распространение тифа в пределы их границ».

В то же время тиф начал распространяться в русской армии на восточном фронте. После русской революции 1917 года, эпидемия тифа в России вышла из-под контроля. Писатель-историк и научный деятель, Артур Аллен, задокументировал невероятную историю доктора Флека и гонку за вакциной против сыпного тифа в своей книге 2014 года «Фантастическая лаборатория доктора Вейгля: как два храбрых ученых боролись с тифом и устраивали диверсии нацистам» (Нортон и соавт.).

В интервью 2015 года он описал ужасающие потери от тифа в те годы.

«Вслед за Первой мировой войной, когда на всем Восточном фронте воцарился жуткий хаос после того, как Ленин вывел свои войска с Восточного фронта, российские солдаты стали бродить по всем частям России, что сейчас Россия, Украина, Беларусь, и в Польше были военнопленные. Болезнь распространялась просто, как лесной пожар, по всему региону. По оценкам, около 20 миллионов случаев тифа и... 3, 4, 5 миллионов умерших...».

Одним из многих солдат, сражавшихся на стороне Германии и с ужасом наблюдавших за распространением тифа во время Первой мировой войны, был Людвик Флек, молодой еврейский студент-медик из Львова, который тогда входил в Австро-Венгрию (в 1919 г. он стал частью недавно обретшей независимость Польши; сегодня он часть Украины).

Когда доктор Флек родился в 1896 году, Львов был домом для процветающего еврейского населения. Он посещал медицинскую школу, но его учеба была прервана Первой мировой войной, во время которой доктор Флек работал врачом и стал свидетелем ужасного ущерба, который этот тиф причинил, поражая как солдат, так и мирных жителей.

Во время Первой мировой войны доктор Флек познакомился с доктором Рудольфом Вайглем, старым известным биологом.

Потрясенный ужасными последствиями сыпного тифа, свидетелем которых он стал в армии, доктор Вайгль начал работу над вакциной против этой болезни, опираясь на исследования, проводимые в то время по всей Австро-Венгрии.

Доктор Вайгль сотрудничал с другими учеными, в том числе, со своей женой Зофией, и сумел создать эффективную вакцину против тифа в лабораторных условиях, используя вшей в качестве носителей болезни. Вакцина работала, но производить ее было чрезвычайно сложно, а доктор Вайгль противился экспериментам на людях.

Как отметил известный польский микробиолог Стефан Крынски, производство вакцины против сыпного тифа в годы перед Второй мировой войной было крайне ограниченным.

«Колебания д-ра Вайгля перед тем, как вводить ее для использования на людях, основывалось на крайней осторожности, усиленной тем фактом, что сам он не был доктором медицины…».


Предшествующие вакцины доктора Вайгля от сыпного тифа быстро разрушались, но он основал исследовательскую лабораторию во Львове и нанял выдающихся ученых, многие из которых были евреи, для помощи в исследованиях тифа и других болезней.

В то время евреям было трудно получить исследовательские должности в польских университетах. Доктор Флек, к тому времени уже известный вирусолог, был одним из многих талантливых еврейских ученых, которые не могли получить академическое назначение. Вместо этого, доктор Флек основал во Львове частную медицинскую лабораторию, где он анализировал несколько заболеваний, в том числе, и тиф. Его работа позволила ему познакомиться с доктором Вайглем и его командой, одной из местных научных лабораторий, которая не дискриминировала еврейских исследователей. В лаборатории доктора Вайгля доктор Флек совершил крупный прорыв, разработав кожный тест для диагностики тифа.

Растущая ненависть к евреям


В то время как нацисты консолидировали власть в Германии в 1930-х годах, правое польское националистическое правительство разжигало антисемитизм и принимало антиеврейские законы внутри Польши.

При премьер-министре Фелициане Славой-Скадковски, который занимал пост премьер-министра и министра внутренних дел Польши с 1936 по 1939 год, поляков поощряли бойкотировать еврейские бизнесы и даже восставать против евреев в различных польских городах. Еврейские мясные лавки были вынуждены закрываться, еврейские предприятия сталкивались с трудностями при получении коммерческих лицензий или банковских кредитов.

Премьер-министр Славой-Скадковски поощрял бойкот еврейских предприятий и специалистов. В польских университетах еврейских студентов заставляли сидеть в специальных секциях классной комнаты.

Польские мятежники нападали на евреев в городах, в том числе, Радом, Брест-Литвост, Вильно, Ченстохов и Львов, родной город доктора Флека. Власти отказывались вмешиваться, вместо этого, подвергая аресту членов еврейских групп самообороны, а не польских участников беспорядков.

Артур Аллен описывает атмосферу во Львовской медицинской школе: к 1937 году в школу уже не принимали новых евреев.

«Члены антисемитских студенческих клубов... угрожали оставшимся еврейским студентам на улицах и в холлах университета, вооруженные бритвенными лезвиями, вмонтированными в деревянные палки. Из многих избитых и атакованных еврейских студентов, по меньшей мере, трое погибли...».

Д-р Рудольф Вайгль

Многие поляки отказывались поддаваться этой атмосфере ненависти, в том числе, наставник доктора Флека, доктор Рудольф Вайгль. Однажды, доктор Вайгль вошел в лекционный зал Львовского медицинского училища, он увидел, что все его студенты-евреи стоят, им запрещено сидеть. "Что тут происходит?" — спросил доктор Вайгль. Когда студенты-антисемиты объяснили, что евреям запрещено сидеть в классе, доктор Вайгль ответил: «В таком случае, я буду стоять, пока они не сядут». (Цитируется Артуром Алленом в книге «Фантастическая лаборатория доктора Вайгля: как два храбрых ученого боролись с тифом и саботировали нацистов»).

Создание вакцины внутри львовского гетто


Нацистские войска вошли во Львов 29 июня 1941 года. Евреев заставили отказаться от своей собственности и загнали в тесное гетто. Во время создания Львовского гетто, были расстреляны около 5 000 евреев. Вскоре в стенах гетто оказалось более 110 000 евреев. Начали свирепствовать голод и болезни, в том числе, тиф.

Ликвидация Львовского гетто.

Доктор Людвик Флек вместе с женой Эрнестиной и сыном Рышардом были вынуждены переехать в квартиру во Львовском гетто вместе с двумя другими еврейскими семьями.

В течение нескольких месяцев доктору Флеку удавалось продолжать свои исследования в гетто. Вместе с тремя другими еврейскими учеными — доктором Ольгой Эльзер, доктором Бернардом Умшвайфом и третьим ученым, которого доктор Флек называл доктором Анхальтом, ему чудом удалось создать вакцину против сыпного тифа в лабораторных условиях в «Еврейской больнице» гетто. 

Их выживание во многом было связано с доктором Рудольфом Вайглем, который причислил этих еврейских ученых к сотрудникам своей лаборатории, которая теперь работала на немецкую армию.

После Холокоста доктор Флек описал исследование, которое он проводил во Львовском гетто:

«Было очень важно разработать такой метод, который позволил бы нам производить вакцину в примитивных условиях гетто… Мне удалось создать вакцину против сыпного тифа из мочи пациентов (в Еврейской больнице), больных тифом. Вакцина спасла жизни многих людей в гетто, а также в (близлежащем) концентрационном лагере Яновска, где мы вакцинировали заключенных...».

Доктор Людвик Флек

Невероятный успех вакцины доктора Флека от сыпного тифа не остался незамеченным нацистской охраной. Они спросили доктора Флека, можно ли делать прививки и немцам. «Я ответил, что это сомнительно, поскольку они принадлежали к другой расе, а вакцина была сделана из мочи больных евреев…», — вспоминал доктор Флек.

В марте и апреле 1942 года нацисты убили 15 000 евреев, живших во Львовском гетто. Их отправили в концлагерь Яновска, а оттуда поездами — в нацистский лагерь смерти Белжец. Среди тысяч убитых евреев были две сестры доктора Флека, Антония Флек-Зильбер и Хенрика Флек-Кесслер. Обе женщины работали учителями в профессиональном училище для еврейских девочек во Львове. Они были убиты вместе с мужьями в лагере Яновска.

Чудо-вакцины в Бухенвальде


Доктор Флек, его жена и сын были депортированы в Освенцим. Сначала доктора Флека заставляли выполнять изнурительный рабский труд, но вскоре официальные лица лагеря признали медицинский опыт доктора Флека и отправили его в лазарет Освенцима, чтобы он помогал проводить медицинские эксперименты, связанные с бактериями и инфекциями на заключенных.

В конце 1943 года доктора Флека отправили в концлагерь Бухенвальд. Там правительство Германии пыталось создать лабораторию, чтобы изобрести прочную вакцину против сыпного тифа, которую можно было бы массово производить и отправлять немецким солдатам. Руководителем этого проекта был немецкий ученый-шарлатан по имени Иоахим Мруговски, который подделал большую часть своих исследований и был, как позже описал доктор Флек, «неграмотным с научной точки зрения».

Как описывает Артур Аллен, после того, как его лаборатория в Берлине была разрушена британскими бомбардировками, Мруговский «решил произвести вакцину в Бухенвальде, полагая, что бомбы союзников туда не упадут.

Еврейские узники концентрационного лагеря, те, кого нацисты приговорили к смерти как простых людей-вшей, были использованы для ее изготовления, тем самым спасая немецкие войска на фронте».

В то время самой известной вакциной против сыпного тифа была вакцина, созданная доктором Рудольфом Вайглем. Однако метод доктора Вейгля инкубировал сыпной тиф в телах вшей. При своем непреодолимом страхе перед вшами, нацисты никак не могли позволить исследователям разводить вшей в Бухенвальде. Было необходимо разработать совершенно новый способ изготовления вакцины против сыпного тифа.

Доктор Мруговски нанял другого немецкого ученого по имени Эрвин Динг-Шулер для создания лабораторной вакцины против сыпного тифа в Бухенвальде.

Доктор Динг-Шулер отобрал еврейских ученых из числа заключенных Бухенвальда для работы в своей тюремной лаборатории.

Многие из отобранных им людей, на самом деле, не были никакими учеными или врачами, а просто делали вид, что обладают медицинскими знаниями, чтобы оказаться полезными нацистам и остаться в живых.

Команда работала круглосуточно и изобрела новый способ вызывания сыпного тифа у животных, который обычно не использовался в исследованиях этого типа. В методах исследования доктора Динг-Шулера использовались морские свинки, кролики и мыши.

Незадолго до Рождества 1943 года вакцина была готова: доктор Динг-Шулер вводил заключенным вакцину и ждал результатов. К сожалению, вакцина против сыпного тифа не подействовала. Доктор Динг-Шулер сфальсифицировал протоколы экспериментов, чтобы создать впечатление, будто он сделал то, чего не добился никто другой: разработал эффективную вакцину против сыпного тифа, которую можно было использовать вне лаборатории, и которая не предполагала разведения вшей.

И все же ему нужна была помощь в поиске того, что пошло не так. Именно тогда в Бухенвальд был переведен доктор Людвик Флек, и Динг-Шулер назначил его ответственным за проект вакцины. Доктор Флек сразу же понял, что Динг-Шулер понятия не имел, что делает. Про себя, доктор Флек называл его «думмкопф», что на идиш означает "идиот".

Доктор Флек позже вспоминал, что нацистские ученые в Бухенвальде «смотрели в свои микроскопы и постоянно неправильно толковали то, что они видели… Не было отдельного автора ошибки. Ошибка выросла из коллективной атмосферы».

Доктор Флек скорректировал метод разведения сыпного тифа и сумел создать спасительную вакцину против него, работая с еврейскими рабами, как и его коллеги, в невообразимом аду, которым был Бухенвальд.

Одурачивание нацистов


После того, как доктор Флек скорректировал метод производства вакцины, он и его товарищи-еврейские ученые решили сохранить свое открытие в секрете.

Д-р Ойген Когон, еврейский ученый, заключенный в тюрьму в Бухенвальде, который возглавлял еврейскую команду, производившую вакцину, позже описывал случившееся. «Поскольку Динг-Шулер требовал больших количеств вакцины, мы стали производить два типа вакцины: один --, которая не имел ценности, был совершенно безвреден и отправлен на фронт, и второй тип -- в очень малых количествах, который был очень эффективен и использовался в особых случаях, например, для товарищей, которые работали в трудных местах в лагере». (Цитируется Артуром Алленом в книге «Фантастическая лаборатория доктора Вейгля: как два храбрых ученого боролись с тифом и устраивали диверсии нацистам»).

Если нацисты становились подозрительными и требовали вакцины для тестирования, доктор Флек и другие еврейские ученые отправляли ампулу с драгоценной настоящей вакциной, и независимые тесты подтверждали, что вакцина работает.

Позже доктор Флек вспоминал, что отсутствие у доктора Динг-Шулера научных знаний было очень полезным в диверсионных действиях, которые вскоре предприняла группа врачей и ученых из концентрационного лагеря Бухенвальд... "Мы сознательно производили неактивную вакцину. … Динг, идиот, так и не сообразил…».

В то время как доктор Флек и другие производили небольшие количества вакцины с использованием кроликов, морских свинок и других животных, доктор Рудольф Вайгль продолжал производить вакцины, полученные от вшей в своей лаборатории во Львове. Доктор Вайгль также был полон решимости одурачить нацистов и помочь евреям.

Доктор Вайгль был вынужден передавать почти всю свою вакцину нацистам, но писатель Артур Аллен задокументировал, что доктору Вайглю было разрешено каждый месяц оставлять 8 200 доз, чтобы проводить дальнейшие эксперименты и делать прививки членам семьи и друзьям.

Вместо того чтобы отдать должное этой договоренности, доктор Вайгль действовал героически. Он передавал нацистам испорченную дозу вакцины, и жертвовал дозу, которую ему позволяли сохранить, группам сопротивления, сиротам, еврейским боевикам и священникам. Ему даже удалось переправить 30 000 драгоценных доз вакцины в Варшавское гетто, где был распространен тиф, чтобы сделать там прививку 30 000 евреев.

Свидетельства зверств нацистов


После освобождения доктор Людвик Флек рассказал об ужасах, свидетелем которых он был. «Что касается достойных осуждения экспериментов, проводимых над заключенными, у меня была возможность дать показания по этому поводу в Нюрнбергском суде», — позже вспоминал доктор Флек.

Среди множества ужасных медицинских «методов лечения», экспериментов и пыток, которые он описал, было преднамеренное заражение большого числа заключенных тифом, чтобы затем им можно было ввести вакцину. На Нюрнбергском процессе доктор Иоахим Мруговски, который организовал проект по борьбе с тифом в Бухенвальде, был признан виновным в преступлениях против человечности и был повешен. Доктор Динг-Шулер покончил с собой в американской военной тюрьме еще до суда. Он оставил письмо с просьбой к доктору Когону, еврейскому руководителю испытаний вакцин в Бухенвальде, присмотреть за его женой и детьми. Однако вскоре от тифа умерла жена доктора Динг-Шулера.

В послевоенной Польше доктора Рудольфа Вайгля ошибочно обвинили в том, что он был нацистским информатором. Польский научный истеблишмент в значительной степени его игнорировал, и он умер в 1957 году, а его великий героизм и научный талант были почти забыты.

В 2003 году, музей Яд Вашем объявил доктора Вайгля «Праведником народов мира», и в его честь на Аллее Праведников в Иерусалиме было высажено дерево.

Доктор Флек пережил Холокост вместе со своей женой и сыном. Их сын, Рышард Флек, переехал в Израиль с созданием еврейского государства в 1948 году. Доктор Флек и его жена оставались в Польше, где доктор Флек занимал выдающиеся должности в Люблинском и Варшавском университетах, проводя исследования и публикуя статьи и философские труды.

В 1957 году в Польше имел место всплеск антисемитизма, и Флеки бежали, присоединившись к своему сыну в Израиле. В Израиле доктор Флек работал эпидемиологом в Институте биологических исследований в израильском городе Нес-Циона. Он продолжал писать философские произведения. Последняя статья доктора Флека была написана в Израиле и озаглавлена ​​«Кризис в науке. Путь к свободной и более гуманной науке».

Доктор Людвик Флек умер в 1961 году, и сегодня его больше всего помнят за его философские труды, а не за новаторское открытие вакцины от сыпного тифа. Стэндфордская энциклопедия философии отмечает, что доктор Флек был одним из самых влиятельных философов науки современности. Его новаторское открытие вакцины против сыпного тифа и его настойчивое стремление использовать ее для помощи другим заключенным евреям заложили основу для научных исследований и размышлений о роли гуманности и морали в науке.

Перевод: Miriam Argaman

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.

Похожие статьи и немножко рекламы