"КАМЕННЫЙ ВЕК ЗАКОНЧИЛСЯ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ЗАКОНЧИЛИСЬ КАМНИ"

Кликние на рекламу - поддержите Трансляриум!

Распад Ливана: будущие сценарии

Доктор Айман Мансур, 6 сентября 2021 г.

Мрачные прогнозы относительно будущего Ливана основаны на фундаментальных фактах, которые нельзя изменить: коррумпированное и прогнившее правительство и господство Хезболлы. В этих обстоятельствах возможной альтернативой нынешней политике Израиля может быть усиление роли сирийского патронажа, которая подрывается с 2005 года.
На лицо продолжение ухудшения ситуации в Ливане. Правительство страны прогнило и коррумпировано. Молодежь и состоятельные семьи покидают страну; секты сталкиваются друг с другом и внутри себя из-за политического господства; известные кланы препятствуют более справедливому распределению ресурсов. Преобладают религиозные, идеологические и местные идентичности. Лояльность общественности государству как установленная в системе, никогда не была укреплена. В каком-то смысле Ливан так и не стал полностью унитарным государством, и не ожидается, что он станет им в обозримом будущем.

Тем, кто благосклонно относился к восстанию против сирийцев после убийства Харири (февраль 2005 г.), трудно понять, что Ливану, чтобы сохранить свои формальные рамки в качестве государства, необходим сильный покровитель, который сможет действовать как эффективный арбитр и авторитет для реализации его видения и взглядов.

Израиль потерпел неудачу в своих попытках выполнить эту роль после своего военного вмешательства (операция «Мир Галилее» в 1982 году).

Со времен гражданской войны 70-х и до 2005 года, Сирия была тем покровителем, который следил, чтобы ни один ливанский политический игрок никогда не накапливал слишком много власти и не диктовал государству, как себя вести. (Вот почему Сирия вмешалась на стороне христиан и против палестинцев и левого крыла в 1976 году, хотя идеологически она была не на стороне христиан).

Отступление Сирии было результатом огромного давления Запада в период расцвета американской гегемония в регионе. Это отражало гнев Запада по поводу убийства Харири и иллюзии внутренних элементов, которые думали, что могут воспользоваться ситуацией, чтобы создать функционирующую страну, которая со временем преуспеет в решении проблемы Хезболлы.

Этого не произошло, о чем свидетельствует война с Израилем в 2006 году и внутренний конфликт 2008 года.

В отсутствие сильного политического покровителя, роль которого долгое время оставалась незанятой в силу контроля над Ливаном, перешедшим к Хезболле и ее иранским хозяевам, Хезболла и Иран стали единственными элементами, у которых на данный момент есть желание и средства для выполнения этой роли, включая способность преодолевать всех других политических игроков.

Эта тенденция, несмотря на то, что она угрожает и обескураживает, при правильном подходе, может также дать положительные результаты, а это означает, что все заинтересованные стороны на арене начинают рассматривать Ливан и Сирию как политическое, военное и экономическое целое.

Финансовый крах Ливана не был результатом того, что Хезболла существовала как государство в государстве. Корни краха Ливана уходят на несколько десятилетий назад, хотя в Ливане также были периоды финансового роста, в том числе, после Второй ливанской войны (2006 г.). Нынешний коллапс в Ливане, который, кажется, приобретает неконтролируемый импульс, происходит в основном из-за коррумпированного поведения правительства Ливана и Центрального банка Ливана под руководством Риада Саламе. Они в совокупности сформировали фундаментально сломанную финансовую систему, которая приведет к полному краху банков.

В течение многих лет ливанские банки снимали долларовые депозиты, обеспечивая высокие проценты, и эти депозиты переводились в Центральный банк для финансирования правительства Ливана в области политики импорта.

Вместо того, чтобы воспользоваться доверием инвесторов и сделать Ливан продуктивной экономикой, все элементы в Ливане с упором на «прозападный» лагерь, создали финансовый пузырь, который лопнул на глазах у инвесторов и вкладчиков.

По некоторым оценкам, Центральный банк Ливана несет ответственность за потерю более $160 миллиардов, которые были разбазарены на импорт в страну потребительских товаров, от субсидированного топлива до предметов роскоши, не облагаемых налогом.

Более того, в то время как большая часть налогов была наложена на самые слабые элементы общества, которые не вносили существенных денег в казну страны, богатые, имеющие политические связи, вообще освобождались от уплаты каких-либо налогов.

Одновременно с этим в Ливане долгое время не было действующего правительства. Этот затяжной системный сбой привел в 2019 году к отставке Саада аль-Харири, с последующим формированием слабого правительства Хасана Диаба, а затем — к нынешнему кризису, когда, похоже, никто не может создать правительство.

Помогает поведение внешних игроков. Западные страны вместе с арабскими суннитскими странами хотят помешать Хезболле и ее союзникам играть какую-либо значительную роль в правительстве; в то время как Хезболла (поддерживаемая Ираном, Сирией и Россией) продолжает использовать свою мощь и власть своих союзников в парламенте, чтобы помешать созданию какого бы то ни было правительства, которое будет угрожать ее внутренним интересам и подрывать ее влияние.

Ожидается, что эти разногласия будут продолжаться, так что даже если правительство будет создано, вышеупомянутые системные недостатки останутся. Военная мощь Хезболлы неоспорима, особенно потому, что ливанская армия не может и не заинтересована в действиях против этой организации. Остальные ливанские группировки намного слабее Хезболлы. (Недавние местные инциденты, такие как местное нападение на активистов Хезболлы или беспорядки в друзской деревне Швайя, через которую проехал грузовик Хезболлы с Катюшей, не представляют реальной угрозы для организации).

Даже в маловероятном сценарии объединения всех ливанских группировок против Хезболлы, у них нет критической массы, необходимой для того, чтобы угрожать ее военному господству.

Внешняя военная инициатива против Хезболлы совсем необязательно приведет к желаемым результатам. Шансы на то, что такие усилия могут действительно установить эффективный международный режим, чтобы остановить всякую контрабанду оружия в Ливан, невелики.

Более того, весьма вероятно, что война, начатая против Хезболлы, приведет к сплочению рядов значительной части ливанской общественности в поддержку этой организации. Такое нападение будет рассматриваться значительной частью ливанского общества как угроза тому, что осталось от их жизни, и единственной силе, которая поддерживает подобие элементарных условий жизни в Ливане.

Наряду с военным господством Хезболлы, продолжает укрепляться ее статус финансового покровителя Ливана. Хезболла не только заботится о бедных слоях общества (особенно -- шиитах), но и поставляет энергоресурсы из Ирана. Подчеркивается, что атаки на иранские танкеры, предназначенные для Ливана, представляют собой нападение на суверенитет Ливана.

При поддержке Ирана, Хезболла фактически заполняет вакуум, образовавшийся в результате финансового краха ливанского правительства.

Хезболла и Иран также стали эксклюзивными источниками поставок топлива в Сирию.

Недавнее заявление американского посла в Ливане о том, что США будут действовать для подключения Ливана к египетско-иорданской газовой сети через Сирию, реализуется далеко не в ближайшем будущем. Это потребует формирования правительства в Ливане и внесения поправок в американский «закон Цезаря», который в настоящее время запрещает финансовое сотрудничество с режимом Асада.

Это правда, что растущее доминирование Хезболлы во всех областях жизни Ливана заставит организацию вкладывать значительные ресурсы на поддержание относительной стабильности безопасности в Ливане.

Исходя из опыта, чем больше будет расти организация, тем сильнее будет подорвано ее качество как боевой силы. (Это как раз и было причиной того, что до последних лет она пыталась избежать какой-либо прямой руководящей должности).

Более того, несмотря на то, что Хезболла является главным представителем шиитского сообщества, локальная идентификация тех, кто пополняет ее ряды, не растворится и может усилить внутреннюю напряженность, которая уже существует как в шиитском сообществе, так и в организации.

С военной точки зрения, израильская политика срыва поставок Хезболле качественного оружия, будет продолжена и сосредоточена на сирийской арене. Таким образом, Израиль избегает международной критики действий против общин в Ливане.

Более того, попытки уничтожить Иран и сирийских союзников Хезболлы в правительственной среде Асада, а также в сирийских вооруженных силах и их разведывательных подразделениях имеют значительную добавленную стоимость.

Сирийцы расплачиваются за сотрудничество в передаче оружия Хезболле. Увеличение цены, которую должны платить сирийские офицеры и официальные лица, может вынудить правительство Дамаска сдержаннее относиться к Израилю.

События в Сирии также будут иметь серьезные последствия для Ливана. Президент Асад недавно объявил, что форма центрального правительства «мертва». Он говорил о децентрализованной модели правления (la markazia), позволяющей округам самоуправляться с минимальной зависимостью от центрального правительства.

Международное сообщество должно оказать поддержку этой модели и действовать для продвижения политического решения сирийской проблемы, пусть даже частичного, путем разработки новой Конституции, которая примет децентрализованную модель в качестве основного компонента будущей Сирии.

Если это произойдет, то может способствовать продвижению аналогичной политической организации и в Ливане. Успешная модель децентрализованного управления уже существует в арабском мире, в Объединенных Арабских Эмиратах, где семь эмиратов самостоятельно управляют своими внутренними делами с относительно высокой степенью независимости, тогда как Абу-Даби диктует единую внешнюю и оборонную политику. В Ираке, например, племенное разделение, этнические группы и секты не способствуют стабильному правительству, и это ведет к вовлечению иностранных элементов, особенно Ирана, и, в определенной степени, Турции.

Децентрализованная форма правления в Сирии и Ливане не предотвратит вмешательство со стороны этих стран, но такое вмешательство удастся ограничить, если полуавтономные районы будут способны самостоятельно существовать и налаживать свои собственные внешние связи.

Укрепление местной идентичности, в отличие от продолжающейся фарсовой и лицемерной риторики глубоко укоренившегося националистического коллектива во всех частях северного фронта Израиля, в Ливане и Сирии, может усилить внимание различных групп населения к развитию своей местной экономики и конкуренции за ресурсы в ней способом, который усилит сдерживание воинствующих инициатив против Израиля.

Мечта западных держав о независимом и унитарном ливанском государстве, которое не находится под сирийской гегемонией (и где Хезболла больше не имеет парализующего влияния на ливанские государственные институты) нереалистична. При таких ложных мечтах, Хезболла только усилила свое господство в Ливане. Больше шансов на успех имеет предлагаемое здесь альтернативное видение, которое стремится к долгосрочной сирийской и ливанской стабильности на основе децентрализованных конституционных механизмов, оставляя Сирию в качестве главного арбитра.

Это должно стать основой для практических дискуссий о будущем Ливана между Израилем и его союзниками.

Автор — эксперт по межарабской политике, северному фронту и региональной стратегии.

Перевод: Miriam Argaman

Опубликовано в блоге "Трансляриум"

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.

Похожие статьи и немножко рекламы